[ Новые сообщения · Правила поведения · Участники · Поиск по темам · RSS лента ]
"Потому что Я Г-сподь, Б-г ваш, освящайтесь и будьте святы, ибо Я свят" (Левит 11:44)
"Ибо все народы пойдут – каждый во имя божества своего, а мы пойдем во имя Г-спода Б-га нашего во веки веков." (Миха 4:5)
Шалом! Данный форум устроен по типу бейт-мидраш. Эта модель призвана помочь тем, кто желает изучать Тору и еврейскую мудрость, а учеников отличает стремление пополнить свои знания и найти им достойное применение. Люди данной категории не озабочены собственной репутацией или мнением большинства; их цель – сблизиться со Всевышним путем исполнения Его заповедей. Посещение «Бейт-Мидраш» не должно рассматриваться как место, где один человек обнажает духовную несостоятельность другого и претендует на исключительность собственного мнения. Суть общения и обучения – укрепление в праведности, исправление своего характера и, тем самым, участие в исправлении всего Мира (тикун олям).

У нас приветствуются ноахиты (бней-Ноах); геры (прозелиты), принявшие официальный или неофициальный гиюр, или находящиеся на пути к этому; выходцы из христианства или иных религий и культов; караимы; иудействующие, а также все Б-гобоязненные, неравнодушные к Б-гу Авраама, Исаака и Иакова, к Торе и Иудейскому образу жизни. Добро пожаловать!
Книга Мириам Исраэли Страна Аслана. Еврейский секрет Нарнии. "Хроники Нарнии" сквозь призму иудейского мировоззрения


Страница 1 из 11
Бейт-мидраш / Дом учения » ИУДАИЗМ VS ХРИСТИАНСТВО » Межрелигиозный Диалог » Дракон, пожирающий Израиль (книга)
Дракон, пожирающий Израиль
ГалилеянкаОтправлено в: Среда, 26 Августа 2009, 20:51 | Сообщение № 1

Администратор
Сообщений: 5457
C нами с 01 Июня 2006
Откуда: Израиль
Статус: Отсутствует
Предисловие

Новое время — новые песни

В монографии Цви Бахраха “Антисемитизм в новое время” (Израиль, 1991г.) приводятся слова христианского историка Джеймса Парка: ”нет разрыва на линии, которая начинается с очернения евреев в эпоху формирования христианства, проходит через лишение евреев гражданского равенства в эпоху первой победы церкви в четвертом веке, через кровавые деяния в средневековье и дотягивается до гитлеровских фабрик смерти в наше время”. Интересно сопоставить эти слова с высказыванием Гитлера. В 1933 г. в беседе с епископом Бернингом “фюрер” сказал: “На меня нападали за мое отношение к еврейскому вопросу. Католическая церковь полторы тысячи лет рассматривала евреев как вредный элемент. Она изгнала их в гетто и прочее и прочее. Тогда понимали, что представляют собой евреи. Я поступаю так, как поступали в течение полутора тысяч лет, и тем самым оказываю церкви, пожалуй, самую большую услугу”. И христианский историк, и главный палач Рейха утверждают, по существу, одно и то же, хотя и с разных позиций. Джеймс Парк осуждает позицию церкви, “фюрер” считает ее достойной подражания.

После катастрофы европейского еврейства церковь развернула кампанию по популяризации христианского сопротивления геноциду. При этом умалчивалось, что геноцид осуществлялся руками христиан. Можно и должно восхищаться подвигом немецкого солдата Франца Прейсслера, который отказался расстреливать евреев в Варшавском гетто. Но нельзя забывать, что этот подвиг был исключением из правила и что тысячи других солдат-христиан расстреливали стариков и детей без малейшего зазрения совести. Должно восхищаться самоотверженностью польского священника Максимиллиана Кольбе, который пожертвовал собой для спасения другого человека. Но нельзя забывать, что почти вся христианская Польша безучастно смотрела на уничтожение своих еврейских граждан, а после возвращения жалких остатков еврейских общин добрые христиане устроили погромы в Кельцах и Кракове. Нельзя забывать ни о зверствах христиан-литовцев в 9-м форте, ни о толерантном отношении Пия XII к преступлениям нацистов, о которых Ватикан был хорошо осведомлен. 24 мая 1940 г. посол Германии в Ватикане сообщал, что, согласно заявлению представителя ватиканского радио, Римский папа располагает информацией о серьезных фактах бесчеловечности со стороны Рейха, но эта информация не используется ни прессой, ни радио Ватикана “из уважения к престижу Германии”. Для папы, как видим, престиж Германии был гораздо важнее человеческих жизней. Протест понтификазз против зверств нацистского режима поставил бы Рейх в трудное положение и возможно заставил бы отказаться от уничтожения евреев. Папа, однако, предпочел молчание.

Нельзя забывать, что большинство христианских стран (в том числе США, Англия и Австралия) отказались принять еврейских беженцев именно в то время, когда над еврейским народом навис топор палача, и созванные по этому поводу Эвианская конференция (1938 г.) и Бермудская конференция (1943 г.) превратились в лицедейство и показуху. Как это ни парадоксально, нехристианский Советский Союз, давший в 1939 г. убежище многим тысячам беженцев из оккупированной Польши, оказался гуманнее большинства стран. Только Доминиканская Республика согласилась принять некоторое количество беженцев, а Дания и Голландия - дать им временное прибежище.

Катастрофе европейского еврейства предшествовало массовое обращение евреев в христианство. В этом собственно и заключалась одна из главных причин геноцида: измена Всевышнему не прощается, она несовместима с самим существованием еврейского народа.

В последнее время резко усилилось миссионерское наступление на евреев, преимущественно на молодежь. Растет число выкрестов в США и в России; в Израиле “работают” десятки тысяч миссионеров. Из числа выкрестов сформирована пятая колонна. Миссионеры умело пользуются нашим невежеством и доверием. Христианские идеи преподносятся в замаскированной форме, они приправлены сионистским соусом, клятвенными заверениями в любви к евреям и к государству Израиль. Христианский «Бог-Сын» по нынешним временам уже не Иисус Христос, а Иошуа ха-Машиах, именно так он именуется в миссионерских брошюрах, рассчитанных на еврейского читателя. Распространяется христианская Библия, а также библия для детей и различный литературный ширпотреб. Авторами этих брошюр весьма часто являются выкресты из евреев. Последние, чтобы подчеркнуть свое еврейство, нередко употребляют в опусах презрительное “гой”, адресуя его своим христианским кормильцам. Словом, делается все, чтобы потрафить “еврейскому вкусу”. Определенное место в арсенале искусителей занимают песни, видеофильмы об Израиле, разумеется, с демонстрацией христианских святынь и храмов. В СНГ в качестве базы для миссионерской пропаганды нередко используются возникшие в период перестройки еврейские культурные общества. Если раньше миссионеры вынуждены были ограничиваться “работой” с отдельными евреями, то ныне, наряду с этим, появилась возможность проводить массовые мероприятия: собрания, лекции, концерты. Как правило, каждое такое мероприятие начинается с выражения симпатий к иудеям и иудаизму. В миссионерских центрах разработана новая тактика поведения выкреста. Некогда апостат разрывал все связи с еврейством, открещивался от бывшего своего народа, теперь ему рекомендуется оставаться в еврейской среде, подчеркивать свою принадлежность к еврейству и, сохраняя связь и дружеские отношения с сородичами, осторожно и корректно, но в то же время настойчиво склонять их к обращению в христианство. Цель очевидна: нафаршировать еврейское общество метастазами христианства, сформировать в недрах нации христианскую антинацию и, в конечном итоге, добиться тотальной христианизации еврейского народа. Нарастающими темпами идет духовный геноцид, за ним (если не остановить этот процесс) последует геноцид кровавый. Так уже было. Особенно активную деятельность проводит Евангелическая церковь и примыкающие к ней секты. Эта церковь, кажется, сумела преодолеть догматический кризис, связанный с возрождением государства Израиль. Евреи, отвергающие Христа, вновь получили некогда потерянную страну – это никак не соответствовало общепринятой церковной концепции, согласно которой еврейский народ за непризнание и осуждение “богочеловека” обречен на вечное изгнание, унижение и поругание; доколе иудеи не признают Христа, они должны быть презренными изгоями, бродягами, лишенными отечества. Государство Израиль никак не должно было возродиться. Однако возродилось!

Посмотрим, содержит ли Новый Завет идеологические предпосылки антисемитизма. Поборник антисемитизма, несомненно, найдет в евангелии подтверждение своим взглядам, филосемит - тоже. Но, увы, христианский “филосемитизм” всегда связан с упованием на то, что евреи, в конце концов, обратятся в христианство. Само пресловутое изречение Павла “несть ни Еллина, ни Иудея” кончается словами.- “но все и во всем Христос”, т. е. все люди равны, но лишь в том случае, если признают Иисуса Назарянина богом. Филосемитизм раннего Лютера (сменившийся в последующем лютой юдофобией), а также немецкого мистика Иоганна Рейхлина и русских философов-богословов В. Соловьева и Н. Бердяева содержит те же чаяния о тотальном обращении евреев. И такая точка зрения полностью соответствует догматике церкви, согласно которой право на “спасение” имеют только христиане, а все остальные обречены вечно гореть в “геенне огненной”. В самом фундаменте христианства, как видим, заложен шантаж: не хочешь гореть в аду, изволь признать сына иудейки Марии богом.

Антисемит найдет в Новом Завете гораздо больше подкрепления своим взглядам, чем “филосемит”. Не верующий в Христа “уже осужден, потому что не уверовал во имя единородного Сына Божия” (Иоан. 3:18). “Кто не со Мною, тот против Меня”, - говорит Иисус (Лука 11:23). “Кто не пребудет во Мне, извергнется вон, как ветвь, и засохнет, а такие ветви собирают и бросают в огонь, и они сгорают” (Иоан. 15:6). “Ваш отец — диавол, и вы хотите исполнять похоти отца вашего”, — заявляет Иисус (Иоан.8:44). “Да придет на вас вся кровь праведная, пролитая на земле, от крови Авеля праведного до крови Захарии, сына Варахнина, которого вы убили между храмом и жертвенником” (Матф. 23:35; Лука 11:50-51), - даже ответственность за грех Каина, за убийство Авеля Иисус возлагает на иудеев, хотя в те времена евреев еще не было и в помине. И, наконец, следующее: «И отвечая весь народ сказал: “кровь Его (Иисуса) на нас и на детях наших”» (Матф. 27:25).

Отцы церкви Амвросий, Иероним, Августин были антисемитами. Св. Амвросий заявлял, что он искренне желает, чтобы все синагоги были разрушены, и протестовал против решения императора Феодосия Великого восстановить разрушенную громилами синагогу в городе Каллиника (в Месопотамии), ибо, по словам Амвросия, синагога “дом коварства и дом нечестия”, она - “разсадник богохульства”.

На протяжении десятков веков господствовала доктрина Августина Блаженного, согласно которой лишь церковь является “обществом Бога” (Сivitas Dei), все, не принадлежащие к христианской церкви, составляют общество дьявола (Сivitas diaboli). Исходя из 2-й главы книги Исайи и пророчества Малахии (1:10-11), Августин стремился доказать, что евреи – навеки отверженный народ, лишившийся богоизбранности и даже самого права называться Израилем. Истинный Израиль (Israel Verus) – это христиане, богоизбранность и имя Израиль перешли от евреев к христианам. Евреев согласно концепции Августина не надо убивать, но они должны быть униженным и преследуемым народом, вечно скитающимся без родины, дабы человечество видело, к чему приводит непризнание и осуждение Христа.

В 1902 г. в Санкт-Петербурге вышла книга Г. Гордона «Сионизм и христианство». В ней приводятся мнения выдающихся деятелей русской и мировой культуры, а также писателей и журналистов. Но лишь один из опрошенных, ведущий сотрудник печатного органа «Неделя» М. О. Меншиков, осветил сей вопрос с позиций церкви. Вот, что он сказал: “Палестина, как святыня, принадлежит к несчастью для евреев не только им, но и христианам, и христианский идеализм не допустит возвращения Иерусалима народу, распявшему Христа”. Ныне же мы являемся свидетелями новой тактики церкви (по крайней мере, церкви евангелической). В основе этой тактики - вынужденная ревизия канонизированной концепции Августина, ибо история развенчала эту концепцию: Божией милостью государство Израиль возрождено.

Наряду с доктриной Августина, в недрах протестантизма с конца 16 века таился так называемый милленаризм (от латинского «милле» – тысяча, другое название милленаризма – «хилиазм», от греческого «хилиазмос» – имеющего то же значение). Милленаризм - это доктрина о предстоящем тысячелетнем царстве Христа. Согласно этой доктрине евреи, находящиеся в рассеянии, все поголовно примут христианство, и лишь после этого им дано будет вернуться на Обетованную землю. Вслед за этим осуществится «второе пришествие» и грядет тысячелетнее царствование Христа, после которого наступит конец света. Эта теория отнюдь не вытекает из «пророчеств» Нового завета, согласно которым «второе пришествие» должно было осуществиться 20 веков назад («Не прейдет род сей, как все сие будет», «Се гряду скоро» и т.д.).

Милленаризм просуществовал до конца 17 столетия и благополучно угас, в последующем отмечались лишь отдельные рецидивы этого недуга церкви. Так, на стыке 17 и 18 вв датчанин Олигер Паулли, торговавший рабами в Гвинее и Вест-Индии и сильно разбогатевший на этом, внезапно ощутил в себе мессианские поползновения и решил собрать всех евреев в Палестине. Будучи добрым христианином, он считал, что для этого надо всех их купно окрестить. Посему он обратился к главам государств с призывом насильно обратить евреев в христианство, буде последние не согласятся креститься добровольно. В 1877 г. другой «пророк», английский миссионер Иоганн Вилькинсон предсказал скорое возвращение евреев в Святую землю, разумеется после того как они примут «святое крещение».

Как и доктрина Августина, милленаризм претерпел сокрушительный провал. Выкресты, “расовые евреи“ Рейха и оккупированных стран разделили участь других своих соплеменников, так и не удостоившись увидеть еврейское государство. Возрожденный же Израиль по милости Истинного Бога достался тем, кто не торопился признать богом Иисуса. Еврейские ратники одержали ряд немыслимых побед над многочисленным и сильным противником, и, как сказано в Торе, один гнал тысячу, а тысяча гнала легион. Божией милостью государство Израиль оказалось жизнеспособным и сильным, и перед церковью замаячила задача реабилитировать доктрину Августина. Ибо как смириться с тем, что (вопреки этой доктрине) «нехристи» вновь обрели Святую землю? Необходимо их окрестить, всех поголовно!

И вот в сознание евреев пытаются внедрить представления Нового завета, с евреем разговаривают так, как будто он является христианином, так сказать, автоматически, в силу своего происхождения. Просто “заблудший иудей” сам об этом не догадывается, надобно ему помочь. Дабы потрафить его вкусу, миссионеры утверждают, что сущность иудаизма и христианства одна и та же, для достижения своей цели совратители душ иудейских готовы напялить на Иисуса талес, отрастить ему пейсы и украсить его голову кипой. В помощь традиционному миссионерству создан ядовитый суррогат – «мессианский иудаизм», его проповедуют такие организации как “Евреи за Иисуса”, “Дети Иисуса” (“Бней Иешуа”), “Мессианские евреи”. Эти объединения едва ли можно считать еврейскими, например, в США в их состав входит 60% природных христиан и лишь 40% евреев, в странах СНГ соответственно 80% и 20%. “Еврейскими” они являются только по замыслу, для приманки легковерных, ибо новоявленный гибрид стремится выдать себя за усовершенствованный иудаизм. Не следует забывать, что христианство может без ущерба поглотить любую дозу иудаизма, но даже мельчайшая примесь христианства превращает иудаизм в христианскую ересь.

Мессианским “евреям” свойственно беззастенчивое приспособленчество. Их церкви нередко называются синагогами, крещальная купель – “миквой”, сам обряд крещения именуется “микве – брит” или “церемония духовного обрезания”. Широко используется иудейская символика: шестиконечные звезды и даже менора, руководители общин порой называют себя раввинами. Отмечаются иудейские праздники, в частности проводится пасхальный седер, при этом три мацы, лежащие на праздничном столе, объявляются символом христианской троицы, а бокал вина, который выпивает “мессианский еврей” знаменует кровь Иисуса (это соответствует христианскому обряду евхаристии, “вкушению” крови и плоти Иисуса).

В конце 90-х годов в США существовало около 100 общин отступников, из них 80-90 относились к “мессианским”. В США создана также “Церковь богоизбранного народа”, ее филиал есть и в Израиле. Эта организация распространяет брошюру-инструкцию “Как представить Мессию твоим еврейским друзьям”. Рекомендуется избегать терминов и выражений, указывающих на подлинные цели миссионеров. Не следует употреблять слово “христианин”, надо говорить “верующий”, вместо выкрест – “истинно верующий”. Закамуфлированный миссионер должен посещать синагогу, носить шестиконечную звезду или значок с надписью “Шалом”, присутствовать при исполнении иудейских обрядов. Опытный “ловец душ” начинает свою проповедь не с призыва креститься, а с того, что Иешуа – это иудейский пророк, мессия и жертвенный агнец, не более того. И лишь под занавес, когда “клиент уже созрел”, он “уточняет”, что Иисус – это бог и, более того, главное лицо христианской троицы, ибо ему принадлежит власть над миром, поскольку “Отец любит Сына и все отдал в руку Его”, “Отец и не судит никого, но весь суд отдал Сыну” (Иоан. 3:35, 5:22).

Ныне в идеологический арсенал миссионеров-евангелистов включена теория “рыболовов” и “охотников“. Рыболовы – это миссионеры, а охотники – антисемиты. В основу этой концепции положено ложно истолкованное пророчество Иеремии. Сказано так: “Вот насылаю Я множество рыболовов, - сказал Вечносущий, - и будут они ловить их (иудеев), а потом нашлю Я на них множество охотников, и они будут вылавливать их с каждой горы и с каждого холма и из ущелий скал. Ибо взорам Моим открыты все пути их, не скрыты они от Меня, и не укрыта вина их от глаз Моих. И прежде всего воздам Я им вдвое за вину их и за грех их, за то, что осквернили они землю Мою гнусностью идолов их, и мерзостями своими наполнили они удел Мой” (Иер.16:16-18). Как видим, речь идет о наказании за грехи, “рыболовы”, которые будут ловить, так же как и охотники, - орудие кары. “Насылаю” (а не “нашлю”) указывает, что речь идет о событиях времен Иеремии, об этом же говорит описание вины: идолопоклонство.

Итак, новоявленные миссионеры, которые называют себя “христианскими сионистами” или “христианскими друзьями Израиля”, отождествляют себя с “рыболовами”. Сии “рыболовы” для того, чтобы обосновать спасительную роль своих сетей, не останавливаются перед фальсификацией пророчества Иеремии. Том Хесс в книжонке “Отпусти народ мой”, изданной в Вашингтоне, вносит в текст свои коррективы. Вот как это выглядит после редакционной обработки Хесса: “Вот Я пошлю множество рыболовов, - говорит Господь, - и буду ловить их” ( стр. 97), т.е. не они, миссионеры, ловят евреев в свои сети, а сам Господь. Это не случайная описка, ибо на 101-й странице брошюры цитата приводится с тем же искажением.

Для евреев крайне опасны как охотники-антисемиты, так и рыболовы-миссионеры. Последние, впрочем, опаснее. Это подтверждает наш страшный исторический опыт. 285 тыс. еврейских душ удалось поймать «рыболовам» в свои сети в Германии и Австрии. И когда явился каннибал-пожиратель, одни «рыболовы» (например, папа Римский) скромно отвернулись, а другие пожелали людоеду приятного аппетита, как это сделала Евангелическая церковь Саксонии, выразившая специальной декларацией поддержку расовой политике Гитлера. Об этом речь в последнем разделе.

Перемена шкуры не меняет сущности миссионерского змия. Крещение – наша духовная смерть. Еврейский народ - понятие не только расовое, но и духовно-этническое. Да, мы несомненно этнос, нация, а не просто представители определенной конфессии, мы потомки Авраама, Ицхака и Яакова, и только этим (а не нашими достоинствами) обусловлена наша Богоизбранность. Но для праведного еврея преданность Всевышнему и Его Учению, чистая (не профанированная мистицизмом) Синайская Эмуна: Синайский Завет и Синайский Закон, важнее, чем расовые признаки, и мы встречаем, как братьев и охотно принимаем в свою среду русских прозелитов из Ильинки и черных иудеев из Эфиопии. И в то же время мы решительно отвергаем тех “евреев по крови”, которые стали христианами, изменили Истинному Богу и Его Закону, которые нанесли тяжкое оскорбление имени Всевышнего, признав богом Иисуса из Назарета. И дело отнюдь не в том, что мы видим в личности Иисуса сына своей эпохи, суеверного человека, наивно верившего в бесов, лечившего людей изгнанием этих сказочных существ, и «плюновением», а также заложившего основы новой языческой религии. Даже если бы на месте Иисуса был идеальный человек, с оригинальным, а не компилятивным учением, подлинный пророк и альтруист, - все равно обожествление этого человека было бы непростительным грехом. Поклонение фетишу или истукану, поклонение обожествленной природе (пантеизм), поклонение обожествленному человеку (Будде, Конфуцию, Иисусу и т.д.) поклонение «Духу» (обожествленному интеллекту), поклонение Логосу (обожествленному слову), - все это разновидности язычества. Другие народы могут идти своим путем, путь Израиля – безукоризненная верность только Вечносущему.

Измена Истинному Богу, в частности, обращение в христианство, само по себе безнравственно. Кроме того, эта измена несовместима с самим существованием еврейского народа. Поэтому миссионеры – наши самые опасные враги, особенно пятая колонна, - выкресты из евреев. Сейчас, толкая нас на путь ренегатства, они убивают наши души, потом придет палач, который лишит нас жизни. Так уже было, и не раз. Миссионерский филосемитизм – это новая тактика воинствующей церкви при сохранении прежней стратегии. Ныне методы физического насилия не практикуются, не та эпоха, однако сохранило свое значение насилие духовное: обман (о нем и пойдет речь в настоящей книге), шантаж (дескать, спасутся только те, которые считают Христа богом, а остальным гореть в “геенне огненной”) и, наконец, весьма эффективный “метод дьявола“ – соблазн (покупка душ, денежные подношения, привилегии, лесть и клятвенные заверения в любви).

Настоящая книга отнюдь не направлена против христиан, которым я желаю мира, нравственного совершенства и добра. Она не направлена и против христианства – религии, отшлифованной временем, требованиями жизни и общественным сознанием народов. Несмотря на чуждую Торе догматику, эта религия сохранила в качестве моральных норм предписания Пятикнижия, в первую очередь, 5-10-ю заповеди и требование любить ближнего, как самого себя. Многое нежизнеспособное, ущербное: вера в то, что болезни вызываются «диаволом» и «бесами» и оккультные опыты по изгнанию этих химер, отрицательное отношение к труду, к браку, оскопление ради “Царства Небесного”, требование подставлять насильнику щеку для удара, призыв к слугам принимать как должное незаслуженные побои и обиды, ксенофобия: («Не хорошо взять хлеб у детей и бросить его псам») и т.д. погибло само по себе. Но отношение к миссионерам, то есть к наступательному, экспансионистскому, христианству не может быть доброжелательным или терпимым. Наступлению следует противопоставить активную оборону, ибо речь идет о нашей верности Богу. Это главное. Кроме того, под угрозой наша честь и наше благополучие. Впрочем, не только наше: евреи ведь никогда не страдают в одиночку. Обуздание миссионеров – задача не только еврейского народа. Это – общечеловеческая задача.

Здесь уместно вспомнить, что в христианском мире у нас были и есть подлинные друзья. Даже предвозвестниками возрождения еврейского государства были не евреи, а христиане. Задолго до появления брошюры Герцля «Еврейское государство» (1895) Наполеон Бонапарт (во время сирийско-египетского похода 1798-99 гг) обратился к еврейскому народу с призывом принять участие в восстановлении «Иерусалимского царства». Призыв был адресован в первую очередь азиатским и африканским евреям. Возможно Наполеон при этом руководствовался не только сочувствием к евреям, но и иными соображениями. Но этого никак нельзя сказать о выдающемся гуманисте, основателе международного Красного Креста, Анри Дюнане, который прилагал титанические усилия, чтобы возродить государство Израиль. Он обращался по этому поводу к раввинам Парижа и Лондона, к общественным деятелям и даже к императору Наполеону III. В 1868 г. Дюнан вступил во Всемирный Еврейский альянс, в программе которого говорилось о приверженности к «древней религии наших отцов». Он состоял в Англо-Еврейской ассоциации и основал Сирийско-Палестинское колонизационное общество с целью заселения Палестины евреями. Во Всемирный Еврейский альянс вступил также выдающийся драматург Александр Дюма-Сын. Он также ратовал за возрождение еврейского государства, что вызвало возмущение не только антисемитов, но и ассимилированных евреев, которым страшно хотелось оставаться «французами». В его пьесе «Femme de Claude» главный герой, Даниил, говорит: “Мы не хотим оставаться группой, мы хотим быть народом, нацией”. Эти слова вызвали недовольство среди “французов еврейского происхождения”, автора даже обвинили в антисемитизме.

Благородные поборники еврейского возрождения - Анри Дюнан и Александр Дюма-Сын - отнюдь не ставили своей целью обращение евреев в христианство. Напротив, они ратовали за восстановление такого государства, в котором возродилась бы древняя израильская вера, ее духовные ценности и оригинальный облик древнего еврея. Этим они резко отличались не только от тех “друзей”, которые стремились христианизировать “заблудших иудеев”, но и от секулярных сионистов, вчерашних и нынешних, которые лезут из кожи вон, чтобы превратить возрожденный Богом Израиль в некую копию США или Швеции; вместо копии получается карикатура. Подлинный Израиль немыслим без соблюдения чистой Синайской Торы, свободной от многовекового религиозного творчества “мудрецов”, немыслим и без соблюдения моральных норм Синайского Закона. Только в этом основа возрождения национального облика Богоизбранного народа, призванного быть эталоном нравственности, справедливости и милосердия, примером для других народов.

Обращение евреев в христианство и миссионерская деятельность в ряде случаев встречали противодействие со стороны честных и благородных представителей христианского мира. Во время Первого крестового похода (ХI век), сопровождавшегося погромами и насильственным обращением в христианство, Генрих IV, император Священной Римской Империи, особым указом разрешил принудительно крещеным евреям возвращение в иудаизм. Поистине это был героический поступок, ибо законы всесильной церкви категорически запрещали выход из христианства, в том числе и жертвам насилия. Точно так же поступил и папа Иннокентий IV (в XIII в.), разрешивший насильственно крещеным еврейским детям вернуться в иудаизм. В 1827 г. датский король Фридрих VI запретил Лондонскому миссионерскому обществу проводить христологическую пропаганду среди датских евреев. Эмиссару общества Морицу был запрещен въезд в страну.

И ныне в христианском мире у нас есть друзья. Это те, кто осуждает миссионерскую экспансию и говорит, что после геноцида, осуществленного руками христиан, преступно совращать евреев в христианство, продолжая уничтожение еврейского народа, хотя и бескровным путем. Надо различать рукопожатие друзей от поцелуя Искариота.

Настоящая книга содержит опровержение аргументов, к которым прибегают христианские богословы и миссионеры. Книга будет полезна как тем, кто намерен активно сопротивляться их наступлению, так и массовому читателю. Надеюсь, она будет интересна и полезна также студентам теологических факультетов. В конце книги дано популярное приложение “Письма о миссионерах”, отчасти повторяющее и дополняющее сказанное в основном корпусе книги.

Аргументацию против миссионерской агитации можно и должно черпать только в ТАНАХе, в Пятикнижии, в ранних пророческих книгах и в книге Хроник (Диврей hа-ямим), не прибегая к так называемой “Устной торе”, содержащей бесчисленные разногласия и споры мудрецов (махлокет) и весьма часто вступающей в противоречие с Торой Богооткровенной. В 1263 г. во время диспута Нахманида (Рамбана) с выкрестом Пабло Христиани, последний искал опору в «Устной торе» и цитировал агаду из мидраша Эха раббати (1,57), а Нахманид вынужден был заявить: “Я не верю в эту агадy”. Усилия миссионеров были бы тщетны, если евреи в своей массе были бы воспитаны в духе Богооткровенной Синайской Торы, не профанированной человеческими домыслами. Только возрождение чистой Торы: Синайского Завета (клятвенной верности Богу), Синайской Эмуны (сердечного и интеллектуального побуждения быть преданными только Ему) и Синайского Закона (нормативной части Торы: ее заповедям, законам и предписаниям) может уберечь наш народ и от миссионерской экспансии, и от индуистских сект, и от безнравственности, которую нам навязывает ненормативная “демократия”, поощряющая (под маркой прав и свобод) аморальную вседозволенность.

Автор просит извинения за встречающиеся в книге повторы, таков уж стиль. Впрочем, это не затрудняет, а облегчает чтение книги. Выделение слов и их сочетаний (курсив, подчеркивание, разрядка) в текстах ТАНАХа и Нового завета сделаны автором.

Читателю, которому содержание книги покажется трудным, следует вначале прочитать приложение ("Разговор начистоту" и рассказ "Давид и Голиаф" и лишь потом обратиться к основному корпусу книги.

1. Введение

“И сказал: скрою лицо Мое от них, увижу каков будет конец их; ибо они род развращенный, сыны, в которых нет верности; они досаждали Мне не богом, гневили Меня суетами своими:и Я досажу им не народом,
народом-извергом гневить их буду” (Дварим-Второзаконие 32:20-21).

В этих словах – предупреждение: если Израиль признает “небога”, изменив таким образом Всевышнему, он будет отдан на растерзание “ненароду”, т.е. народу жестокому, потерявшему человеческий облик. Сбылось ли это пророчество?

На протяжении 19 века число крещений в еврейских общинах Германии и Австрии неуклонно росло, параллельно этому рос и антисемитизм. В 1904 г. в Германии ежегодно крестилось 552 еврея, а в Австрии даже 900. Австрия занимала первое место в мире по числу крещений, и она стала мировым центром юдофобии. В 1938-1939 гг. Третий рейх (Германию вместе с аннексированной Австрией) стремилось покинуть 600 тыс. “расовых евреев”, из них 285 тыс. (почти половина!) были выкрестами, а те, кто сохранил причастность к иудаизму, относились к отступничеству своих братьев терпимо, толерантно. Массовое крещение, признание Богом “небога”, Иисуса, сделало еврейский народ жертвой “народа-изверга”. Вспыхнувший пожар поглотил также и другие общины, пораженные каббалистическим мистицизмом, воинствующим атеизмом и тягой к ассимиляции.

Израиль был предупрежден об аморальности и гибельности уклонения в язычество, в том числе и в христианство, задолго до возникновения этой религии: “Усмотрите же ныне, что Я, Я это, и нет богов при Мне” (Двар.-Второз. 32:39),- восклицал Превечный (Вечносущий) устами пророка Моше. Следовательно, нет ни “сына”, ни “святого духа”, ни самой троицы с ее «богом-Отцом». Не было, нет и не будет. Кто отступает от этих слов, тот ренегат, изменивший Истинному Богу. Ренегат и язычник не только тот, кто служит иному богу, но и тот, кто признает иное божество наряду с Превечным. Более того, это наиболее недопустимая и кощунственная форма измены, ибо это поругание Имени Истинного Бога: рядом с Превечным нельзя ставить никого! Религиозная эклектика хуже ренегатства! “Да не будет у тебя иных богов пред лицом Моим”, - гласит вторая заповедь, и этой великой истиной проникнуто все Священное Писание. “Ибо ты не должен поклоняться богу иному, потому что Превечный – ревнитель имя Ему, Бог-ревнитель Он” (Шем.-Исх. 34:14). “Познай же ныне и тверди сердцу твоему, что Превечный есть Бог на небе вверху и на земле внизу, нет более (на иврите: эйн од – нет еще)” (Двар-Второз. 4:39). “Так сказал Превечный, Царь Израиля и Избавитель его, Превечный воинств: Я – первый и Я последний, и кроме Меня нет Бога” (Ис. 44:6). Наш пророк Моше-рабейну вдохновенно восклицал:

“Слушай, Израиль!

Вечносущий, Бог наш – Вечносущий ОДИН (ЭХАД)”.

...Правда лишь тогда правда, когда это только правда и чистая правда. Правда, к которой добавлены измышления и легенды, уже не есть правда. Богооткровенное Синайское Учение лишь дотоле истинная вера, доколе она не осквернена никакими заимствованиями из других конфессий, суеверий, философских доктрин, «иудейских» домыслов и т.д. К Синайскому Закону нельзя ничего добавлять, от него нельзя ничего убавлять (Двар.-Второз. 4:2; 13:1), нельзя уклоняться ни вправо, ни влево, нужно идти точно по пути, указанному Всевышним (Двар.-Второз. 5:29-30). Любое добавление к Синайскому Учению есть профанация Божьего слова. Что касается христианства и Нового завета – это не только профанация Божьего слова, но и абсолютная измена Истинному и Единому Богу, подмена Его иным богом. Синайское Учение – не “Ветхий” Завет: Слово Вечносущего не ветшает. Оно дано “нам и сынам нашим навечно” – «лану у леванену ад олам» (Двар.-Второз. 29:28). Чистая Синайская Тора, не оскверненная мистицизмом, - наша мудрость и наш разум перед глазами народов (Двар.-Второз. 4:6).


Обращение к Вселенской Церкви: "отпусти народ Мой!"
Гибнет народ от недостатка ведения...
 
ГалилеянкаОтправлено в: Воскресенье, 04 Октября 2009, 23:16 | Сообщение № 2

Администратор
Сообщений: 5457
C нами с 01 Июня 2006
Откуда: Израиль
Статус: Отсутствует
2. Истоки христианства

Вера в сверхъестественного Мессию и связанные с этим мессианские движения были широко распространены и в древности, и в средние века, и в новое время. Чаяния пришествия Мессии сопровождались попытками предсказать очередную дату его прихода. Эти даты нередко совпадали с национальными трагедиями, в чем нельзя не увидеть Божью кару за мистические “пророчества“. В частности, “даты прихода Мессии” совпали с крестовыми походами, уничтожением еврейских общин в эпоху «Черной смерти», изгнанием из Испании и страшными погромами Б. Хмельницкого. Время от времени появлялся очередной кандидат в освободители, нередко глубоко убежденный в своей миссии.

На самом деле мессия, то есть помазанник Божий – это первосвященник или царь, которые при посвящении в сан подвергались обряду помазания священным елеем (машиах бэшемен). Никакой веры в сверхъестественного “Мессию” Синайская Тора не содержит. В эпоху Мишкана и Первого храма, были уклонения в язычество, но мессианских ересей еще не было. Согласно Хумашу избавление рассеянному среди народов Израилю ниспошлет сам Превечный, никакой “машиах” при этом не упоминается (Двар.-Второз. 4:29-31). Вечное пребывание на престоле обещано дому Давида лишь в том случае, если его наследники будут безукоризненно верны Превечному, Истинному и Единому Богу, о чем говорится в 1-й книге Царей (Мелахим Алеф, 2:4). Об этом сказано также во 2-й книге Хроник (Диврей hа-Ямим Бет, 6:16): “Не переведется у тебя [то есть в роду у Давида] пред лицом Моим муж, сидящий на престоле Израиля, если только сыновья твои будут соблюдать пути свои, следуя Торе Моей, как ты ходил предо Мной”. Об этом же говорится в 132 псалме. Как известно, уже Соломон (Шломо) под влиянием своих многочисленных жен-язычниц, изменил Богу, построив в Израиле множество языческих храмов и капищ; карой за это стал распад единого Израиля на Северное (Израиль) и Южное (Иудея) царства. Неправедным путем шли и другие цари из династии Давида, что согласно сказанному выше, лишило потомков этого царя священного права на престол. Вера в пришествие сверхъестественного Мессии и в воскресение мертвых как часть эсхатологии (эсхатология [от греческого eschatos – последний] - это учение о “конце света”) сложилась у иудеев в последние годы вавилонского пленения под влиянием завоевателей-персов. Согласно Авесте, священной книге зароастризма (религии древнего Ирана), в конце 6000 лет родится от девы спаситель Созиош, потомок Заратустры, с приходом сего персидского “мессии” произойдет воскресение мертвых. У персов эта вера оформилась еще до эпохи Александра Македонского (356-323 гг до н.э.). В еврейских же священных книгах этого периода упоминания о сверхъестественном “мессии” и о воскресении мертвых еще нет. “Впервые с идеей предвечного Мессии небесного происхождения мы встречаемся в эсхатологической части книги Эноха (37-71)” (Е.Э. Брокгауза-Ефрона, т. 10, кол. 907). Книга Эноха – это иудейский апокриф, написанный в 1-м веке до н.э., "мессия" в ней назван “сыном человеческим” (отсюда, по-видимому, евангельское название Иисуса “Сын Человеческий”. Зачатки сверхъестественного Мессии обнаруживаются в учениях иудейских мудрецов, в созданной ими “Устной торе“. Р. Акива еще признавал за Мессией чисто человеческую природу и даже возвел в этот сан Бар-Кохбу, однако уже он, Акива, утверждал, что Мессия займет “престол рядом с Богом”; талмудический трактат Сукка (52а) приписывает Мессии бессмертие. Иудейские секты эпохи Второго храма, в частности, ессееи, кумраниты, гемеробаптисты – "утренние купальщики" (на иврите товлей шахарит -“окунающихся на заре“), к которым по мнению исследователей принадлежал и Иоанн Креститель, в качестве важнейшего религиозного догмата включали веру в сверхъестественного мессию. Саддукеям – потомкам и последователям законного первосвященника Цадока– мессианские чаяния были чужды, посколько противоречили Синайской Торе.

Вера в сверхъестественного Мессию в конечном счете породила “Богочеловека“ и новоязыческую христианскую религию. О психологической близости христианства и язычества говорят сами христианские мыслители. Николай Бердяев в статье “Христианство и антисемитизм” пишет: “Есть глубокая парадоксальность в том, что явление Христа, то есть боговоплощение и боговочеловечивание, свершилось в недрах еврейского народа. Евреи с большим трудом могли принять боговочеловечивание, это было легче для язычников... Тут пропасть между христианским и юдаистическим сознанием. Христианство есть религия Богочеловечества и религия Тринитарная. Юдаизм же есть чистый монотеизм. Главное религиозное обвинение, которое евреи выдвигают против христианства, есть измена монотеизму. Вместо единого Бога является Троица. Христиане основали свою религию на том, что в истории явился человек, который назвал себя Богом, сыном Божьим. Для закостенелого юдаистического сознания это было кощунством. Человек не может быть Богом. Человек может быть пророком Божьим, Мессией, но не Богом. И тот не настоящий Мессия, кто назвал себя Богом. В этом завязка мировой религиозной трагедии. У язычников было много богочеловеков и человекобогов, боги были имманентны космической и человеческой жизни. Никакой трудности не было для языческого сознания принять боговочеловечивание. Это соответствовало художественной образности языческого созерцания мира. Но для евреев это был ужас”. Итак, Бердяев сам утверждает, что психологически христианство ближе к язычеству чем к иудаизму: язычники приняли бы вселение божества в человеческую плоть без возражений, для них это рутина, им это привычно. Но из сказанного Бердяевым вытекает, что христианство родственно язычеству также и догматически, ибо и в дохристианских языческих религиях и в христианстве «вочеловечение» божества суть догма, без которой религия немыслима. Зачем же христианскому богу понадобилось так слепо подражать языческим богам, следовать по проложенной ими дорожке? Не логичнее ли считать, что апостолы и отцы церкви, обожествляя “мессию” из Назарета, попросту подражали язычникам?

Не только Бердяев, но и другие христианские авторы подчеркивают наличие общих идей, присущих и язычеству и христианству. В книге “История религии”, в подготовке которой принимал участие известный христианский богослов П. Флоренский (Изд. «Польза» М., 1909) отмечается, что в христианстве “после кропотливого философского и, главным образом, филологического, исследования, не оказалось ни одной идеи, которой не было бы в буддизме, в философских школах древности, в космогониях первобытных племен, в воззрениях мексиканцев и перуанцев” (стр. 70). Автор этого замечания А. Ельчанинов подчеркивает также значение философии Платона для формирования представлений о “триединстве”.

Попытаемся найти следы буддизма в христианской доктрине. Буддизм старше христианства на 5 столетий. К моменту завоевания Александром Македонским Индии (327 г. до н.э.) буддизм существовал уже 200 лет. С этого времени наверняка осуществлялся обмен идеями между Индией и античным миром. Иначе чем объяснить столь отчетливое влияние индийских доктрин на античную философию и мистику? Но к числу эллинизированных стран, находившихся под влиянием греческой культуры, философии и религии, относились также Сирия и Иудея. Три с лишним века – срок достаточный для постижения некоторых представлений буддизма, иудейскими мистиками (которые вообще склонны к усвоению чужих идей). Так зародилась ересь ессеев, кумранитов, гемеробаптистов и их последователей - христиан. Приведу черты сходства между буддизмом и христианством:

1. Предсказание о рождении сверхъестественного субъекта (в буддизме – брахманами, в христианстве – волхвами).

2. Непорочное зачатие. Будда зачат от звезды, Иисус от “Святого духа”. Заслуживает внимания тот факт, что в иврите и арамите “дух“ – существительное женского рода. Посему догмат о «непорочном зачатии» от «Духа Святого» не мог возникнуть в Иудее и других областях Эрец-Исраэль, где разговорным языком был арамит.

3. Богочеловечество и воплощение (то есть обретение божеством человеческого облика, превращение “духа“ в плоть). О Будде сказано: “Из любви к людям он согласился воплотиться и войти в цепь человеческих страданий, чтобы проповедовать людям избавление “ (История религии. М. 1909. стр. 82).

4. Форма обращения к божественному учителю: «Господи».

5. Апостолы. Наставление апостолам: “Идите, сказал им Будда в напутствие, - странствуйте для блага людей... Проповедуйте закон“ (там же, стр. 76).

6. Притчи, т.е. иносказательные беседы с учениками.

7. Отречение религиозной элиты от брака, семьи, собственности.

8. Искушение “нечистой силой“ (Будду искушает буддийский дьявол, Мара, Иисуса искушает христианский дьявол).

9. Благочестивая блудница (в буддизме – Амбапали, в христианстве – Мария Магдалина.

10. Изменник (в буддизме злодей Давадатта, в христианстве – Иуда Искариот).

11.Образование общины, идея о совместном спасении (в христианстве – идея церкви).

12. В позднем буддизме (ламаизме) - монастыри, церковные колокола, изображения, реликвии наподобие христианских мощей, например, зуб Будды

Из этого вовсе не следует, что христианство суть религия, родственная буддизму. Скорее всего, авторы евангелий бессознательно позаимствовали из буддизма некоторые черты биографии “богочеловека”, а также детали священного сюжета.

Христианское учение о Троице также не является оригинальным. Троица есть в древнеегипетской и вавилонской религиях, в митраизме (религии, возникшей в Персии в последние века до н.э.), в древнеиндийской религии — брахманизме и более поздней - индуизме, где она называется Тримурти (на санскрите “три” - три, “мурти” - образ, лицо). Энциклопед. словарь Брокгауза-Ефрона характеризует индуистскую троицу как три различные формы проявления одного и того же верховного божества. Троица – довольно позднее приобретение христианства, в Новом завете троицы еще нет. Непорочное зачатие - также языческая идея, в частности, непорочно были зачаты Будда и Митра. Конец света, загробный суд позаимствованы из Авесты и митраизма.

Итак, непорочное зачатие, богочеловечество, рождение, смерть и воскресение божества, "триединство" - все это содержится в языческих религиях, предшествовавших христианству, также как и вера в предсказания волхвов, вера в бесов, оккультизм. Посему, определяя христианство как новоязыческую религию, мы отнюдь не грешим против истины.

На новозаветную биографию христианского мессии-божества повлияли языческие мифы; на христианскую догматику, а также на ритуал – культы и мистерии древней Греции. В “Истории религии” (М. 1909) Ельчанинов описывает тайные греческие секты орфиков. Главными моментами мистического культа в этих сектах были изображения страданий, умирания и воскресения богов, приобщение к их телу и крови, радость по поводу воскресения. Орфикам же принадлежит воззрение, что “человек весь в грехе от рождения и чтобы жить вечно, он должен очиститься милостью богов и приобщиться к их вечной жизни” (“История религии”, стр. 63). Не напоминает ли “приобщение к их телу и крови” христианское таинство евхаристии (вкушение “тела” и “крови” Христа), а очищение милостью богов и приобщение к их вечной жизни – христианское учение о благодати? Да и само понятие “таинство”- языческого происхождения (таинство – точный перевод греческого слова “мистерион”). Языческое происхождение имеет и христианский термин “богоявление” (эпифания) – это название одного из праздников в честь Диониса.

Свой вклад в формирование христианской религии сделала и античная философия, в частности, учение Платона. Особое значение имело учение о Логосе (Слове) – посреднике между небесным и земным. Это учение было воспринято и иудаизировано Филоном Александрийским, который, ничтоже сумняшеся, называл Платона и других греческих философов “святыми”.

Надо учесть, что христианская доктрина формировалась постепенно. Три первых евангелия (от Матфея, от Марка и от Луки), содержание которых схоже (поэтому их называют синоптическими, то есть придерживающимися одинаковых воззрений) не содержат упоминания о Слове-боге, Иисус этих евангелий весьма близок к реальному человеку. В 4-м евангелии (от Иоанна) отчетливо ощущается и влияние платонической философии, и влияние языческих мистерий. Иисус там не что иное, как воплощенное Слово, но он же и некое подобие жертвенного агнца.

Христианство никоим образом не могло бы возникнуть из чистого, первозданного Синайского вероучения. Тора, изложенная в Хумаше (Пятикнижии), представляет собой совершенное и законченное вероучение, не нуждающееся в дальнейшем развитии. Оно актуально, свято и неизменно для всех поколений, о чем неоднократно говорится в книге Дварим-Второзаконие. Если бы Израиль твердо и последовательно придерживался Торы Богооткровенной, Синайской, не профанируя ее вычурными комментариями мудрецов, мистическими домыслами и заимствованиями из чужих религиозных и философских доктрин, агадическими легендами и кощунственными домыслами мидрашей — христианство едва ли могло бы возникнуть. Зарождению христианства способствовали прежде всего еретические книги – апокрифы, в частности, Апокалипсис Баруха и Иудейские Сивиллы. Но наряду с этим возникновению христианства – «дочерней религии иудаизма» - способствовала и сама «Устная тора» - создание которой было начато соферами (книжниками-писцами), продолжено прушим (фарисеями), а в последующем таннаями (авторами Мишны) и амораями (создателями Гемары). Подлинная, Богооткровенная Тора (Пятикнижие) запрещает любые добавления к Синайскому Закону, изъятия из него, уклонения “вправо или влево”, следовательно, само творчество упомянутых “мудрецов” было недопустимым. Кроме того, сам процесс созидания мудрецами альтернативной “Устной торы”, представлял собой прецедент, легализацию религиозного творчества, что открывало путь для создания новых ересей, в частности, учения ессеев и иудео-христиан.

Существенное значение для формирования иудео-христианской ереси имело учение кумранитов. "Кумранские манускрипты написаны в период от 2 в. до н.э. до 1 в. н.э." (КЕЭ, т. 5, кол. 268). Все христианские произведения написаны позднее этого периода. Кумранитам была свойственна идея спасения благодатью (которая стала впоследствии одной из фундаментальных основ христианства). В кумранских свитках говорится об “Учителе праведности”, преследуемом “Нечестивым священником”; он представлен в них как страдающий Мессия и наделен сверхъестественными качествами. В комментариях к пророчеству Хаввакука и 37-му псалму говорится о жестоких гонениях, которым подвергался “Учитель”. Вот цитаты из этих рукописей в переводе Старки (J. Starcky): “его мудрость будет велика, но ему предстоит страдать от противников”; “он совершит искупление за всех сынов его поколения ”; “у них будут для него слова презрения, и они покроют его позором”. В других кумранских документах описана смерть “Учителя” (как уже свершившийся факт), и есть основания полагать, что такой предшественник Христа действительно существовал, возможно, не один. Кумраниты называли себя “Новый союз”, так себя именовали и раннехристианские общины, кумраниты именовали себя Сынами Света, так же названы христиане в евангелиях от Иоанна (12:36) и от Луки (16:8) и в Первом послании ап. Павла к Фессалоникийцам (5:5). Кумраниты называли себя “малые сии” или “простецы”, то же самое находим в евангелиях. У кумранитов был также в ходу термин “Новый Завет”, что предполагает замену “старого” Завета новым. По утверждению французского ученого А. Дюпона-Соммера (A. Dupont-Sommer) Иисус “до галлюцинаций” напоминает Учителя кумранитов. Содержание и дух кумранских рукописей ввели в заблуждение авторитетного ученого Тейхера (J. L. Teicher, 1963 г.), который считал, что авторами этих документов являются христиане. По этому факту можно судить, сколь близка первоначальная христианская религия к верованиям кумранитов. Напомню, что учение кумранитов на 200 лет старше христианства.

Христианство предстает перед нами как проязыческая религия. Речь идет, разумеется, не просто о заимствованиях. Представления буддистов и греческих мистиков - орфиков, фрагменты из спекуляций Филона, бытовые суеверия (вроде веры в бесов), идеи ессеев и кумранитов подверглись богословской переработке апостолами, авторами евангелий, отцами церкви. Христианство возникло на иудейской почве, но из языческих семян, которые были занесены на эту почву. Связь христианства с иудейскими мистическими сектами (ессеев, кумранитов, гемеробаптистов) несомненна, связь же с Богооткровенной Синайской Торой – искусственная и формальная, если не считать того, что христианство почерпнуло из Синайского Откровения важные моральные законы, от заповеди “Не убивай” до “Люби ближнего как самого себя”. Это хорошо. Кроме того, христианство позаимствовало у иудаизма компоненты литургии, псалмы, терминологию. Это, конечно, очень плохо. Нельзя посвящать христианской троице то, что должно служить прославлению только Бога, Истинного и Единого.

Теперь о главном. Как любая другая религия, христианство не может сравниться с Синайской Торой – единственным Богооткровенным учением. Синайский Завет (Брит, союз с Вечносущим), Синайский Закон (нормативная часть Торы: заповеди, установления и законы) и Синайская Эмуна [от эмун – доверие и преданность] - (сердечная, волевая и разумная мотивация быть верным только Вечносущему, любить Его всем сердцем и всею душою, блюсти Его заповедь «Да не будет у тебя иных богов пред лицом Моим»), - такова сущность израильского вероучения эпохи Мишкана и Первого храма, оно существенно отличается от современного иудаизма. В своем первозданном виде Синайская вера (точнее, Синайская Эмуна) вообще не религия. 0на несравненно более высокое понятие, ей нет аналогов.

Утверждение, что Синайская Эмуна – не религия, а нечто гораздо более высокое, может показаться безосновательным. Но давайте подумаем вместе. В основе любой религии лежит неосознанное творчество, попытка объяснить природные явления и вообще все непостижимое, все недоступное разуму (а посему таинственное) деятельностью богов. Конструируя себе божество, человеческое сознание берет прототип этого божества из реального мира. Такое божество представляет собой нечто видимое, слышимое, осязаемое или представляемое. В примитивных языческих религиях – это фетиш или истукан, животное, растение или человекоподобное существо, планета, явление природы или вся природа в целом, в буддизме, конфуцианстве и христианстве – обожествленный человек, реальное или вымышленное лицо. В платонизме, неоплатонизме и сконструированных на этой основе мистических религиях — это бесплотный истукан, дух. Не следует думать, что “дух” не имеет своего прообраза в реальном мире, не имеет эмпирических корней. Вспомним, что прототипом мира (”макрокосма”) в глазах философов древности, средневековья и эпохи Ренессанса был человеческий организм (”микрокосм”). Так вот. Как эталоном для построения материального мира была человеческая плоть, так образцом для построения Духа был человеческий интеллект. Философия, восточная и античная, мистицизм восточный и античный, легли в основу не только христианской и мусульманской мистики, но и в основу мистики иудейской, но чистая Синайская Эмуна не имеет к этому никакого отношения. Все эти порождения человеческой фантазии, от материального фетиша до обожествленного человеческого интеллекта, бесплотного истукана, глубоко чужды Синайскому Откровению, чужды вере в Единого Бога, Творца и Вседержителя, Господа и Хранителя вселенной, создавшего мир, стоящего над миром и управляющего им, величие Которого не может быть охвачено человеческим сознанием и об образе Которого запрещено даже думать.

Тора, Пророки и Писания никаких пророчеств о пришествии Иисуса не содержат. Для того, чтобы доказать обратное, апостолы, авторы евангелий и христианские теологи прибегают к заведомо неправильной интерпретации и даже к заведомой фальсификации текста.

Один из приемов христианского богословия, цель которого – сделать догматы христианской религии неуязвимыми – отрицание роли разума. Синайская эмуна, напротив, не отрицает значение разума и не выдвигает никаких догматов, противоречащих разуму. “К правде, к правде стремись”, - требует Тора (Двар.-Второз. 16:20). Но стремление к правде не может противоречить разуму, иначе как же отличить правду от лжи? Пророк Моше говорил о Синайском Законе: “Храните же и исполняйте, ибо это мудрость ваша и разум ваш пред глазами народов, которые, лишь услышат о всех этих уставах, скажут: однако народ мудрый и разумный этот народ великий” (Двар.-Второз.. 4:6). Совсем иное дело в христианстве. Поскольку догматы христианства противоречат разуму и логике и несовместимы с Синайской Торой, христианские богословы отвергают разум, предлагая верить вопреки разуму. При этом, пока речь идет об истинах “Ветхого” Завета, т.е. ТАНАХа, например, о сотворении мира, о его совершенстве, о приспособленности живых существ, о гармонии бытия, христианские богословы охотно прибегают к разуму и логике; но как только речь заходит о христианских догматах, заявляют: не думай, не рассуждай, а верь. Верь вопреки разуму! Но ведь таким образом можно доказать любую языческую бессмыслицу, любой вздор, любое суеверие! Суеверия-то потому и живучи, что они отрицают суд разума. Пьер Бейль, профессор философии и истории Роттердамского университета, выдающийся мыслитель конца 17 и начала 18 вв, писал: “И поймите, что нет никакого другого учения, против которого разум выдвигал бы больше возражений, чем против учения Евангелия. Тайна троицы, воплощение, смерть [Христа] ради искупления наших грехов, ответственность всех за грехопадение Адама, вечное предопределение небольшого числа людей к блаженству рая, вечное предопределение всех людей к мучениям ада, которые никогда не закончатся...” (П. Бейль. Исторический и критический словарь. М. АН СССР, 1968. Т.1, стр. 358). Высказывания Бейля представляют большой интерес, ибо он был убежденным христианином и апологетом христианства. Вот еще одно: “Ведь если все ортодоксальные богословы, как римские католики, так и протестанты, в вопросах таинства троицы и таинства единства ипостасей единодушно отвергают суд разума, то это явный признак того, что они считают разум неспособным дать какие-либо доказательства или решить споры об этих таинствах, хотя, пока речь идет о существовании Бога, они не находят ничего лучшего, как спорить при помощи света разума” (там же, т. 2, стр. 161). Такое противоречивое, избирательное отношение христианских теологов объясняется только одним: истина не боится света разума, но он опасен для домыслов, для ошибочных утверждений, не выдерживающих праведной критики и несостоятельных с позиций морали. Ибо едва ли разумно верить в “непорочное зачатие” женщины от божества. И едва ли нравственно и благородно пользоваться благами, купленными ценой страданий и смерти несчастного Иисуса из Назарета, даже если он, Иисус, не сверхъестественное существо, а простой смертный, не “богочеловек”, а просто человек. И едва ли допустимо уповать на благодать, даруемую не за добрые дела, а за то, что человек верит в то, во что разум, сострадание и чувство справедливости запрещают верить.

Исторические документы и произведения христианских ученых позволяют установить языческие источники таких представлений как «непорочное зачатие», “богочеловечество”, троичность божества, таких обрядов как евхаристия, таких терминов как Спаситель, Учитель, Слово-Бог (Логос), таинство (мистерион), богоявление (эпифания), Новый Завет, Сыны Света, Сыны Тьмы. Дело, конечно, не только в этом. Христианское вероучение во всех отношениях противоречит “Ветхому” Завету, ТАНАХ и Новый завет несовместимы. В этом мы убеждаемся, читая “первоисточники”.

О некоторых мессианских движениях - речь в следующем разделе. Пока попробуем ответить на вопрос: возможны ли подобные движения в наше время? Доколе Богооткровенная Синайская Тора подменяется человеческим творчеством – “Устной торой” и (что особенно важно) доколе не искоренен зародившийся в Средние века каббалистический мистицизм, появление новых “мессий” весьма вероятно. Последний “Мессия”, “машиах нашего времени” - это Любавичский ребе Менахем-Мендл. Некогда считавшаяся еретической, Любавичская секта ныне завоевывает все более важные позиции, вытесняя другие течения ультраортодоксального иудаизма, особенно в России и бывших республиках СССР. Хабад меняет сам лик иудаизма, решительно приближая его к буддизму и индуизму. Вот один лишь пример для иллюстрации: по сообщению еженедельника Хабада “Восхождение” № 662 от 23. 5. 2003, (статья “Крик души“) Любавичский ребе заявил: “Надо спасать души в Малайзии“. Ребе направил туда супругов Гасофер, Атару и Михаила, сказав в напутствие: “В Малайзии вы сможете углубленно изучать основы медитации, чтобы затем спасать еврейскую молодежь от языческой медитации”. Упомянутая “иудейская” чета, покорная воле грядущего “Машиаха”, отправилась в Малайзию, где изучала медитацию у буддийского монаха и, в то же время познакомила последнего с “основами учения ХАБАД“, это учение нашло с его стороны понимание и одобрение.

По нынешним же временам Хабад приближается и к иудео-христианству; покойный Любавичский ребе уже не просто руководитель Хабада, а подобно Иисусу “Машиах”, “Господь” и “Царь”, предмет благоговения и поклонения. К покойному главе Хабада обращаются с просьбами, ему пишут письма на “тот свет”, прибегая к своеобразному виртуальному спиритизму. Разумеется, Хабад не сходен с современными христианскими конфессиями, но различные течения в нем напоминают ранние иудео-христианские секты эбионитов и назареев. Эбиониты (от ивритского эвионим – “бедные”, секта существовала во 2-4 вв н.э.) строго соблюдали все предписания Галахи, считали Иисуса пророком и мессией, но отрицали его божественность. Назареи уже обожествляли новоявленного “машиаха“, у них было свое «Евангелие согласно евреям» (секта просуществовала до конца 5 века, отец церкви Иероним писал о них: “так как они себя считают и евреями и христианами, то они суть ни то, ни другое”). Любавичские хасиды, возведшие покойного р. Менахема Мендла в сан «Машиаха», «Царя» и «Господа» и считающие его живым, деятельным и могущественным, несомненно, перешагнули стадию эбионитов. Станут ли они назареями, покажет время.


Обращение к Вселенской Церкви: "отпусти народ Мой!"
Гибнет народ от недостатка ведения...
 
ГалилеянкаОтправлено в: Среда, 09 Декабря 2009, 15:00 | Сообщение № 3

Администратор
Сообщений: 5457
C нами с 01 Июня 2006
Откуда: Израиль
Статус: Отсутствует
3. Аутомессианство. Иисус как личность. Сколько Иисусов в Новом завете, один или два?

“Аутомессианство” — вера субъекта в свое мессианское предназначение явление в иудаизме нередкое. В эпоху римского владычества Иисус был далеко не единственным «Мессией-избавителем», их было немало. Наиболее значительный из них – вождь антиримского восстания Шимон бар-Кохба, возведенный в этот сан р. Акивой. Трудно даже приблизительно сказать сколько “Мессий” было в еврейской истории. Некоторые из них имели немало общего с Иисусом. Речь идет не об авантюристах типа Якова Франка, а об искренне заблуждающихся и самоотверженных людях, таких как Соломон Молхо, сожженный милосердной церковью в 1532 г. Можно не сомневаться, что если бы в средневековом христианском государстве появился новый Христос, как две капли воды похожий на Иисуса, и если бы он стал творить чудеса, изгонять бесов и вселять их в свиней, подвергаться искушению “диаволом”, утверждать, что при его участии царство сатаны разделилось, - словом, делать все то, о чем пишут евангелия, и если при этом он стал бы приводить доказательства своей сверхъестественной сущности, ссылаясь на Священное Писание, святые отцы от инквизиции, оказавшись в положении иудеев I века, незамедлительно отправили бы новоявленного Христа на костер. Не понадобились бы даже ни Иуда Искариот, обреченный по воле Христа стать предателем, ни сатана, которого Иисус, прибегнув к магии, коварно вселил в несчастного апостола. Вот что по этому поводу пишет Новый завет: “И, обмакнув кусок, подал Иуде Симонову Искариоту. И после сего куска вошел в него сатана. Тогда Иисус сказал ему: что делаешь, делай скорее” (Иоан. 13:26-27).

Ф. Достоевский, истый христианин и, между прочим, убежденный антисемит, в “Братьях Карамазовых” приводит притчу о сошествии Христа на землю. Вот ее содержание, цитаты из самой книги выделены курсивом. Накануне «в “великолепном автодафе“ в присутствии короля, двора, рыцарей, кардиналов и прелестнейших придворных дам при многочисленном населении всей Севильи была сожжена кардиналом, великим инквизитором чуть не целая сотня еретиков ad majorem gloriam Dei» (что означает “к вящей славе господа”, то есть того же Иисуса Христа). И вот, на следующий день, Иисус спускается с небес и является народу в том самом образе, в котором его знает христианский мир. Люди устремляются к нему, окружают его, дети бросают ему цветы. Он благословляет народ, исцеляет слепого, останавливается на паперти Севильского собора, как раз накануне отпевания мертвой семилетней девочки. Мать девочки повергается к ногам Иисуса: “Если это ты, то воскреси дитя мое“. Иисус смотрит с состраданием, затем повторяет то действо, которое он осуществил 15 веков назад: произносит упоминаемое в евангелии заклинание “Талифа куми” (арамейское: “девица встань”), и девочка воскресает, встает, улыбается, в руках у нее букет белых роз. Народ ликует. В это время мимо собора проходит сам великий инквизитор, он уже не в парадном кардинальском одеянии, а в грубой монашеской рясе, за ним – его мрачные помощники и стража. “Он все видел, он видел как поставили гроб у ног его [Иисуса], видел, как воскресла девица, и лицо его омрачилось. Он хмурит седые густые брови свои, и взгляд его сверкает зловещим огнем. Он простирает перст свой и велит стражам взять его“. Люди расступаются, наступает гробовая тишина, стража налагает руки и уводит Иисуса. “Толпа моментально вся, как один человек, склоняется головами до земли перед старцем-инквизитором, тот молча благословляет народ и проходит мимо“. Иисуса помещают в мрачную и темную тюремную камеру. Ночью со скрежетом открывается дверь, в камеру со светильником в руках входит кардинал и говорит ему: “Это ты? Ты? – Но, не получая ответа быстро прибавляет: - Не отвечай, молчи. Да и что бы ты мог сказать? Я слишком знаю, что ты скажешь. Да ты и права не имеешь ничего прибавлять к тому, что уже сказано тобою прежде. Зачем же ты пришел нам мешать? Ибо ты пришел нам мешать, и сам это знаешь. Но знаешь ты, что будет завтра? Я не знаю кто ты, и знать не хочу: ты ли это или подобие его, но завтра же я осужу и сожгу тебя на костре как злейшего из еретиков, и тот самый народ, который сегодня целовал твои ноги, завтра же по одному моему мановению бросится подгребать к твоему костру угли, знаешь ты это? Да, ты может быть знаешь...” (цитировано с сохранением орфографии советского издания, без заглавных букв в местоимениях). И в самом деле, сказано ведь в евангелии: “Кто не пребудет во Мне, исторгнется вон, как ветвь, и засохнет; а такие ветви собирают и бросают в огонь, и они сгорают”. Следовательно церковь делала то, что предписано Новым заветом

Один из мессий, взбудораживших общественное мнение, - Шабтай Цви (в русской транскрипции Саббатай Цеви). Появление очередного “христа” было предсказано мистиками. Иудейские провидцы ссылались на каббалу (на книгу Зоар); христианские же ведуны пользовались Апокалипсисом Иоанна и тоже пришли к выводу, что в 1666 году нечто произойдет, не то евреи примут христианство, не то возвратятся в Святую Землю. Саббатай был убежден в своей сверхъестественной сущности и свои послания подписывал “ваш Господь Шабтай Цви”. Уверенность его была столь велика, что в начале 1666 года он прибыл в с Стамбул, чтобы свергнуть султана и освободить Святую Землю. И, как знать, если бы новоявленный “мессия” был столь мужествен, чтобы предпочесть смерть ренегатству, если бы он не принял по требованию султана ислам, - не появилась ли бы новая версия христианства, не был бы ли окутан образ “Мессии” фимиамом легенд и преданий? Надо отметить, что у этого очередного мессии были свои резоны считать себя таковым, поскольку его кандидатура соответствовала критериям мистических книг. Так, согласно семейному преданию, переходившему из поколение в поколение, Саббатай Цеви был прямым потомком царя Давида. Он родился в 1626 году, в субботу, выпавшую на траурный день 9 ава, то есть именно в такой день, когда согласно мистическим прогнозам должен был родиться Машиах. Изучая каббалистическую книгу Зоар, Шабтай обнаружил и другие откровения, из которых следовало, что именно он и есть ожидаемый Мессия. Историческая обстановка тоже соответствовала мистическим критериям: кровавая эпопея хмельнитчины истолковывалась как муки, предшествующие приходу “машиаха” (хевлей машиах). При всем том, в душе новоявленного "Мессии" оставались сомнения, и его “мессианство” едва ли состоялось бы, если бы он не встретился в 1665 г. с мистиком-провидцем, молодым раввином-каббалистом Натаном из Газы. Последний не только руководствовался прогнозами Зоара, но и (после семидневного поста) имел видение, что Саббатай и есть долгожданный истинный Мессия. Натан убедил в этом Саббатая Цви и немалую часть раввинов. Конечно, Саббатай как личность не идет ни в какое сравнение с Иисусом Назарянином, не тот интеллект, не то мужество, не те следствия. Результатом деятельности Иисуса явилось возникновение новой религии, Саббатай оставил после себя лишь небольшую оргаистическую секту Дëнме. Но корни зарождающихся ересей и психологический механизм их становления сходны: это “аутомессианство”, то есть вера субъекта в свою сверхъестественную сущность и, главное, наличие апостола: активного и талантливого прозорливца, способного рассеять сомнения и превратить эту веру в глубокое убеждение. Подобно тому как Саббатай не состоялся бы без Натана из Газы, задолго до него Иисус не состоялся бы без Иоанна Крестителя и, особенно, без апостола Петра, который укрепил все еще сомневающегося Иисуса в уверенности, что он и есть ожидаемый мистиками сверхъестественный "Мессия, сын Божий”. Вот как это выглядит в евангелии: “Пришед же в страны Кесарии Филипповой, Иисус спрашивал учеников Своих: за кого люди почитают Меня, Сына Человеческого? Они сказали: одни за Иоанна Крестителя, другие за Илию, а иные за Иеремию или одного из пророков. Он же говорит им: а вы за кого почитаете Меня? Симон же Петр отвечая сказал: Ты Христос, Сын Божий. Тогда Иисус сказал ему в ответ: блажен ты, Симон, сын Ионин, потому что не плоть и кровь открыли это тебе, но Отец Мой, сущий на небесах ... С того времени Иисус начал открывать ученикам Своим, что Ему должно идти в Иерусалим и много пострадать от старейшин и книжников, и быть убиту, и в третий день воскреснуть” (Матф. 16:13-17, 21). Слова Петра явились той соломинкой, которая сломала горб верблюду; тем семенем, которое упало на вспаханную почву, на опьяненную мистицизмом психику Иисуса. С этого времени Иисус шел навстречу своей гибели, не будучи, однако, абсолютно свободным от сомнений (это следует из его молитв накануне суда и казни). После предсказания Иисуса об уготованной ему (Иисусу) судьбе, Петр осознал, что обрек своего учителя на добровольную гибель, но было поздно: “И отозвав Его Петр начал прекословить Ему: будь милостив к Себе, Господи! Да не будет этого с Тобою! Он же (Иисус), обратившись, сказал Петру: отойди от Меня, сатана! Ты Мне соблазн, потому что думаешь не о том, что Божие, но что человеческое” (Матф. 16: 22-23).

Из сказанного в евангелиях следует, что Иисус, если отбросить домыслы о “бесах”, был одним из вольномыслящих иудейских “мудрецов”, которые учили в синагогах и в храме. Поэтому синедриону и "первосвященнику" (хотя в эпоху Ирода и в последующие времена таковыми являлись не потомки Аарона, а те, кого назначал царь по своему произволу) было нелегко осудить Иисуса. Тем, кто явился его задержать Иисус говорит: “как будто на разбойника вышли вы с мечами и кольями, чтобы взять Меня. Каждый день бывал Я с вами в храме и учил, и вы не брали Меня; но да сбудутся Писания” (Марк 14:48-49). Как пишет самое раннее (и потому более достоверное) евангелие от Марка первосвященник и синедрион не нашли возможным осудить Иисуса на основании свидетельств (или лжесвидетельств). Даже слова Иисуса: “Я разрушу храм сей рукотворный и и через три дня воздвигну другой, нерукотворный” были признаны недостаточными для осуждения (Марк 14:55-59). Осудил себя на смерть сам Иисус своими ответами суду. “Тогда первосвященник стал посреди и спросил: что Ты ничего не отвечаешь? Что они против Тебя свидетельствуют? Но Он молчал и не отвечал ничего. Опять первосвященник спросил Его и сказал Ему: Ты ли Христос, Сын Благословенного? Иисус сказал: Я, и вы узрите Сына Человеческого, сидящего одесную силы и грядущего на облаках небесных. Тогда священник, разодрав одежды свои, сказал: на что еще нам свидетелей? Вы слышали богохульство; как вам кажется? Они же все признали Его повинным смерти” (Марк 14:60-64). Разрывание одежды – это символ траура, из этого следует, что осуждение Иисуса было для первосвященника отнюдь не легким делом.

Рассуждая о формировании мифологического образа Христа, нельзя не считаться с особенностями народной психологии, со стремлением обожествлять харизматические личности. Ни Будда, ни Конфуций, ни реальный Иисус из Назарета при жизни не считали себя богами, их обожествила религиозная психология их приверженцев.

Новый завет дает возможность проследить формирование кредо Иисуса и эволюцию представлений о нем. В евангелиях синоптиков (синоптиками называют авторов трех первых евангелий: Матфея, Марка и Луку, сами эти евангелия называются синоптическими, то есть “зримыми одновременно”, так как в них изложены сходные версии) Христос видится почти реальным человеком. Он искренне верит в свое предначертание, но отнюдь не называет себя богом; не называют его богом и апостолы (термин “Господь” как форма обращения к Иисусу означает “наш господин”). Иное дело – Иисус четвертого евангелия (от Иоанна), наделенный титулом Логос (то есть «Слово»), об этом речь ниже. Стоит только отбросить побасенки об изгнании “бесов” и о воскрешении мертвых, и Иисус синоптиков предстанет в роли одного из мудрецов и ересиархов эпохи Второго храма, эпохи религиозного брожения и распада иудаизма. Это человек с мистическим складом ума и со всеми человеческими слабостями. Он не только проповедует свое учение, он прибегает к дипломатическим ухищрениям, избегая в словопрениях с фарисеями подстроенных ловушек. Притчи Иисуса остроумны, но не мудры, логически не безупречны. Иисус не аскет. Он “возлежит” в обществе мытарей, ест и пьет с ними. Он тоскует, предчувствуя свой страшный конец, и не без труда преодолевает искушение отказаться от своей иллюзорной миссии. В его сознании – представления мистиков той эпохи, вера в рай и в “геенну огненную”, вера в воскресение мертвых. Его моральные воззрения лишь отчасти связаны с Торой, он, например, проповедует непротивление злу насилием, отдает предпочтение безбрачию перед браком, не осуждает рабства, занимается оккультизмом. Он далек от универсализма и космополитизма, его скорее можно упрекнуть в иудейском национализме и ксенофобии; он не приемлет даже прозелитизма («Я послан только к погибшим овцам дома Израилева»). К мысли о своем мессианстве он приходит постепенно; этому, как уже говорилось, способствовали ап. Петр и Иоанн Креститель. Христос разделял мнение иудейских “мудрецов”, что о приходе мессии, потомка Давида, должен возвестить Илия-пророк. Поскольку последний не торопился выполнить эту функцию, таковым, за неимением другой кандидатуры, Иисус объявил Иоанна Крестителя. Впрочем, этот “Илия-пророк” вместо того, чтобы возвестить о мессианстве Иисуса, сам запросил по этому поводу предполагаемого мессию. Вот что пишет Новый завет: “Иоанн, призвав двоих из учеников своих, послал к Иисусу спросить “Ты ли Тот, Который должен придти, или ожидать нам другого?” (Лука 7:19), в ответ на что Иисус сослался на творимые им чудеса. В свете этого совсем не убедительны ссылки Иисуса на свидетельство Иоанна о его (Иисуса) мессианской сущности. “Если Я свидетельствую Сам о Себе, - говорит Иисус, - то свидетельство Мое не есть истинно. Есть другой свидетельствующий о Мне, и Я знаю, что истинно то свидетельство, которым он свидетельствует о Мне; вы посылали к Иоанну, и он засвидетельствовал об истине” (Иоан. 5:31-33). Но Иоанн “свидетельствовал” не сам, он лишь повторил то, что утверждал о себе Иисус, свидетельство же Иисуса по его собственному признанию «не есть истинно». Нетрудно видеть, что в данном случае имеет место паралогизм (непреднамеренная логическая ошибка) или даже софизм, именуемый в логике “круг в доказательстве": доказательство мессианской сущности Иисуса основана на вердикте Иоанна Крестителя, но сам Иоанн обосновал свой вердикт словами Иисуса, ответом Иисуса на его (Иоанна) запрос. Описанное существенно дополняет образ Христа, его склонность к самообману и к неосознанному обману своих адептов.

Христианские авторы давно заметили, что со страниц четвертого евангелия глядит иной Христос, не похожий на Христа синоптиков. Вот что сказано по этому поводу в “Истории религии” (Изд. «Польза» М. 1909): “Евангелие от Иоанна уже с самого начала коренным образом отличается от синоптиков (...) Евангелист не рассказывает о Христе все, что знает, а у ч и т о Нем, подбирая факты наиболее пригодные для представления личности Христа божественной” (стр. 125-126). Уже упоминалось, что в четвертом евангелии Христос представлен как Логос (Слово). Логос в философии Филона это посредник, так сказать, божество второго порядка, отсюда новозаветное “и Слово было Бог” (Иоан.1:1); но в отличие от филоновского Логоса, в евангелии от Иоанна Иисус – не второстепенная, а главная персона новозаветного мифа. В то же время Иисус является там и пасхальной жертвой (Иоан. 19:36). К таким одиозным выводам христианская мысль пришла не сразу: в первых трех евангелиях “Логоса” нет.

Итак Новый Завет предлагает читателю двух разных Иисусов. Иисус синоптиков и более поздний Иисус Иоанна – это два несхожих персонажа. Первый (если отбросить легенду о творимых им чудесах) близок к реальному человеку. Он отнюдь не считает себя богом. На обращение юноши “Учитель благий” Иисус отвечает: ”Что ты называешь Меня благим? Никто не благ как только один Бог” (Матф. 19:16-17). Иоаннов Иисус, напротив, не страдает излишней скромностью: “Я – свет миру”, “Я – дверь овцам”, “Я есть пастырь добрый”, “Я – хлеб жизни”, “Я есть воскресение и жизнь”, “Вы называете Меня Учителем и Господом и правильно делаете”, “Видевший Меня видел Отца” и т.д. Более того, в Евангелии от Иоанна Иисус - главное божество:”Все через Него начало быть, и без Него ничего не начало быть”; “Отец любит Сына, и все дал в руку Его”; “Ибо Отец и не судит никого, но весь суд отдал Сыну” (Иоан.1:3; 3:35; 5:22). Однако, поскольку христианские фундаменталисты говорят, что все четыре евангелия “богодуховенны” и что везде речь идет об одном и том же “богочеловеке”, нам приходится рассматривать этот собирательный образ как единое целое.

Не исключено, что и догмат о непорочном зачатии появился не сразу, а был дописан позднее. Евангелие от Матфея начинается словами: Родословие Иисуса Христа, Сына Давидова, Сына Авраамова” (1:1). Далее (1:2-16) приводится длинная родословная с целью доказать, что муж Марии, Иосиф, - потомок Давида и, таким образом, подтвердить, что Иисус есть законный помазанник на иудейский престол. Но если Иисус – дитя непорочного зачатия, если Мария зачала и родила его не от Иосифа, а от “Святого Духа” какой же смысл доказывать, что Иосиф - потомок Давида, ведь он же Иисусу не отец! Ведь написано же: “Рождество Иисуса Христа было так: по обручении Матери Его Марии с Иосифом, прежде нежели сочетались они, оказалось, что Она имеет во чреве от Духа Святого” (Матф.1:18). Но, коль скоро Иисус не потомок Давида, все пророчества (не станем разбирать, истинные или ложные) о грядущем воцарении помазанника из потомков Давида к Иисусу отношения не имеют. Можно не сомневаться, что христианские экзегеты найдут (наверняка уже нашли) выход из положения. Это говорит об их незаурядных способностях, но не устраняет противоречий, содержащихся в Новом завете. Кстати, Синайская Тора знает никакого “Духа Святого”, сама вера в существование такой личности – уже нарушение Второй заповеди, отказ от этой заповеди. Кроме того, как упоминалось выше, в иврите и арамите “дух“ – существительное женского рода. Если представлять себе этот «дух» не как иносказание или философскую категорию, а как живое сверхъестественное существо, окажется, что это существо женского пола. Зачатие от “Духа Святого” мог изобрести лишь человек не знающий иврита и арамита, по мнению исследователей версия о “непорочном зачатии” родилась за пределами Эрец Исраэль.

Догмат о непорочном зачатии невозможно совместить еще с одним казусом: в евангелиях упоминаются братья и сестры Иисуса: “Матерь и братья Его стояли вне дома, желая говорить с Ним” (Матф.12:46-47); “Не плотников ли Он сын? - говорят об Иисусе его земляки, - не Его ли мать называется Мария, и братья Его Иаков и Иосий, и Симон и Иуда, и сестры Его не все ли между нами?” (Матф.13:55-56).

Где родился Иисус? Несомненно, в галилейском городе Назарете. Новый Завет называет Иисуса Назарянином или Назореем не менее одиннадцати раз. Назореем в Священном Писании называется человек, давший обет не пить вина, не касаться трупа, не стричь волос. К Иисусу такое определение назорейства никак не подходит. Он “возлежал” с мытарями, пил вино, касался трупов. Евангельское “назорей” указывает на место его рождения – Назарет (город в Галилее), евангелия от Матфея (13:54) и от Марка (6:1) называют Назарет отечеством Иисуса. Галилея – место для рождения “мессии” неподходящее. Само название Галилея (Гелил hа-гоим) означает “круг язычников”, там кроме иудеев жили финикийцы, греки, сирийцы и так далее. В евангелии от Иоанна иудеи восклицают: “рассмотри и увидишь, что из Галилеи не приходит пророк” (7:52). Кроме того, рождение “мессии” в Назарете не соответствовало пророчеству Михи (Михея), согласно которому мессия должен был родиться в Бейт-Лехеме (Вифлееме). Возникла необходимость перенести место рождения Иисуса туда, где ему надлежало родиться, что и было сделано автором евангелия от Луки, но, увы, весьма неуклюже.

И Матфей (2:1,9) и Лука, (1:5 и далее) утверждают, что Иисус родился при царе Ироде, следовательно, не позднее 4 года до н.э., так как в 4 году до н.э. Ирод уже умер. В то же время Лука пишет, что Иисус появился на свет во время переписи, проводившейся римским проконсулом Квиринием. Эта версия понадобилась чтобы объяснить, каким образом жители Назарета, Иосиф и Мария, оказались в Вифлееме как раз в нужный момент, когда должен был родиться Иисус. Дескать, поскольку Иосиф потомок Давида, он пожелал пройти перепись именно там, где родился этот царь – в Вифлееме. Однако точно известно, что перепись проводилась Публием Сульципием Квиринием в 6 году н.э., после отстранения от власти и ссылки царя Иудеи Архелая. Тогда Иудея была присоединена к Риму в качестве новой провинции, и возникла необходимость переписи. Перепись проводилась для взимания податей и посему едва ли ее можно было проходить вне мест постоянной оседлости; уже с этой точки зрения вояж Иосифа и Марии невозможен. Но главное не в этом. Если Иисус родился при Ироде, к моменту переписи Квириния ему было не менее 10 лет! Таким образом, версия о рождении Иисуса в Вифлееме несостоятельна, не мог же он родиться дважды! Согласно евангелию от Луки “святое семейство” пребывало в Вифлееме в течение периода очищения Марии от ритуальной нечистоты, связанной с рождением сына (согласно Торе 40 дней): «А когда исполнились дни очищения их по закону Моисееву, принесли Его в Иерусалим, чтобы представить пред Господа, как предписано в законе Господнем, чтобы всякий младенец мужского пола, разверзающий ложесна, был посвящен Господу» (Лука 2: 22-23); к слову сказать, ритуальная нечистота тоже не очень гармонирует с «непорочным зачатием», она указывает на то, что зачатие было вполне “порочным”, точнее естественным. Евангелие от Матфея дает совершенно иную версию. “Святое семейство” жило не в Назарете, а в Вифлееме. И лишь после рождения Иисуса и бегства в Египет “Господь” и его родители поселились в Назарете. Матфей пытается объяснить, почему было принято такое решение, а заодно, почему Иисуса называют Назореем. По сему случаю якобы имеется в Ветхом Завете пророчество: “И пришед поселился в городе, называемом Назарет, да сбудется реченное через пророка, что Он Назореем наречется” (Матф. 2:23). Но это домысел: у пророков ничего подобного нет. Иисуса наверняка называли Назореем по названию города, где он родился и вырос.

Человеку, рожденному и воспитанному в христианстве, личность Иисуса может показаться идеальной. В. Марцинковский в брошюре “Сущность христианства” (Яффо, Израиль, год издания не указан), утверждает, что евангелие раскрывает обаяние Христа, “благоуханную красоту Его характера” (стр. 20). С этим не стоило бы спорить, если бы брошюра не была адресована евреям и если бы ее автор слащаво-елейно не утверждал бы, что “сущность обеих вер одна и та же”. Но когда В. Марцинковский, обращаясь к нам, евреям, пытается внушить, что “Он, Христос, образ совершенного человека есть в каждой человеческой душе”, что “все мы созданы по Его (Христа!) образу”, что Мессия – это тот, через которого “все начало быть и без Него ничего не начало быть”, когда мне, еврею, пытаются внушить, что галилейский “повелитель бесов” (”И бесы повинуются нам о имени Твоем”) есть бог, что он обитает в моей душе, что я создан по его образу, когда вышедшего из женской утробы пытаются навязать мне в качестве бога – я обязан защищаться от этого наваждения. К этому меня обязывает верность Истинному Богу. И если кого-то из христиан коробит от моей оценки Нового завета и личности Иисуса, свои претензии он должен адресовать миссионерам, Марцинковскому и ему подобным. Они наступают, я – защищаюсь. Они кощунствуют, я – протестую. Они приписывают прерогативы Бога иудейскому мистику, и я обязан это опровергать. Я скорее умру, чем изменю Всевышнему. Их лобызания, нежные, как поцелуй Искариота, мне гораздо более отвратительны, чем инсинуации антисемитов. Разумеется, они имеют право верить, что их бог (подобно Будде, Митре и т.д) превратился в зародыш и поселился в чреве женщины, чтобы появиться на свет согласно всем правилам акушерской техники (его матери даже пришлось пройти период послеродового очищения – см. выше). Эта вера дана им с рождения, так их учили, и никто не вправе их осуждать. Но никто не вправе навязывать эту веру нам, евреям. Исповеднику Синайской веры личность Иисуса отнюдь не кажется “благоуханной”, в первую очередь из-за его “мессианства” и увлечения оккультизмом. Вспомним, что Синайский Закон запрещает лжепророчество и колдовство. Следуя логике Нового Завета, надо поверить в истинность предсказаний волхвов, гадателей по звездам (Матф. 2:1-2), в то, что болезни вызываются бесами, вселяющимися в людей и что слепоту можно исцелить “плюновением”. Дело, однако, не только в мистификации и оккультизме, не только в том, что Иисус – суеверный сын своего века, наивно веривший в “нечистых духов”. Не оригинально также его моральное учение, оно представляет собой коллекцию чужих мнений, в ней есть нечто почерпнутое из Синайской морали, и есть кое-что позазаимствованное у ессеев и фарисеев, есть нечто взятое у буддистов и нечто - у античных философов-стоиков, есть положительное и отрицательное, утопическое и жестокое, - моральное учение Нового Завета напоминает покрывало, сшитое из разноцветных лоскутков. Иисус честен в своих заблуждениях, но он человек с неустойчивым характером, то умильный до самоуничижения, когда он моет ноги апостолам (Иоан. 13:5), как-будто они безрукие инвалиды, то необыкновенно жестокий и черствый, - когда запрещает своему ученику похоронить отца, цинично заявив: “Иди за Мною и предоставь мертвым погребать своих мертвецов” (Матф. 8:22), то кроткий (”что ты называешь Меня благим”), то надменный и нетерпимый: “Кто не со Мною, тот против Меня” (Лука 11:23). Впрочем, дело не в том, считать ли Иисуса идеальной личностью или, напротив, заблудшим грешником. И в том и в другом случае он не бог и не полубог (”богочеловек”).

Выше упоминалось, что у Иисуса были братья и сестры (Матф. 13:55-57; Марк 6:3; Лука 8:19-20). Евангелие упоминает братьев и сестер Иисуса всегда рядом с его матерью, что указывает на то, что Мария – также и их мать. На то, что Иисус не был единственным сыном Марии, косвенно указывает евангелие от Матфея: “Она родила Сына Своего, первенца, и он (Иосиф) нарек ему имя Иисус” (1:25). Первенцем называют не единственного, а старшего сына, автор евангелия косвенно утверждает, что Иисус не единственное дитя, или, по крайней мере, что он может оказаться не единственным. Для полноты картины стоит упомянуть, что в трактате греко-римского философа Цельса “Правдивое слово”, написанном сравнительно поздно, в 177 г., утверждается, что отцом Иисуса был римский легионер Панфера, грек по национальности. Эту версию невозможно ни подтвердить, ни опровергнуть. Сама Мария, обращаясь к юному Иисусу, сбежавшему от родителей во время пребывания в Иерусалиме, отцом Иисуса называет Иосифа: “Чадо! Что ты сделал с нами? Вот отец твой и Я с великой скорбью искали Тебя” (Лука 2:48).

Братья Иисуса, подобно другим жителям Назарета, относились к “пророчеству” и чудесам Иисуса весьма скептически: “Ибо и братья Его не веровали в Него” (Иоан. 7:5), они просили его покинуть Галилею и отправиться в Иудею (Иоан. 7:3). Наиболее раннее евангелие - от Марка - сообщает, что родные считали Иисуса обезумевшим: “И, услышавши, ближние Его пошли взять Его, ибо говорили, что Он вышел из себя” (Марк 3:21). К сказанному, по-видимому, имеет отношение и то, что написано ниже в той же главе: “И пришли Матерь и братья Его и, стоя вне дома, послали к Нему звать Его. Около Него сидел народ. И сказали Ему: вот Матерь Твоя и братья Твои и сестры Твои вне дома спрашивают Тебя. И отвечал им: кто Матерь Моя и братья Мои? И обозрев сидящих вокруг Себя, говорит: вот Матерь Моя и братья Мои” (Марк 3:31-34). Реакция Иисуса станет понятной, если учесть, что мать и братья Иисуса пришли, чтобы “взять Его”, ибо “говорили, что Он вышел из себя”, то есть обезумел.

Обобщим. Новый завет рисует зловещую обстановку последних лет Второго храма, деградацию духовного сознания религиозной элиты и народа. Синайская Тора подменена учениями соферов (книжников), фарисеев и ессеев, «предания» господствуют над Божьим словом. Оккультизм захлестнул народное сознание, все недуги приписываются вредоносной деятельности бесов. «Изгнанием бесов» занимаются не только Иисус и его апостолы, но и фарисеи, в ответ на упреки последних, что он изгоняет бесов силой веельзевула (Матф. 12:24), Иисус резонно возражает: «И если Я силою веельзевула изгоняю бесов, то сыновья ваши чьею силою изгоняют? Посему они будут вам судьями» (Матф.12:27). Иисус клеймит высокомерие книжников и лицемерие фарисеев, упрекает тех и других в подмене Священного Писания преданием (Матф. 15:3). Но что же он предлагает взамен? Пренебрежение к земной жизни, эсхатологию (учение о “конце света” и о близком наступлении “Царства Божия”), эклектическую мораль, весьма удобную для сильных мира сего, но обрекающую рабов на унижения и страдания, веру в бесов и “нечистых духов” и власть над этими сказочными тварями, лечение изгнанием “бесов“, а также “плюновением”, то есть черный мистицизм, суеверия и магию. Иисус столь далек от Синайского Учения, что считает свою оккультную практику (запрещенную Богооткровенной Торой под страхом смерти!) признаком пророческого дара, и когда его попытки “творить чудеса” в родном Назарете окончились провалом (ибо его земляки знали, что он не “богочеловек”, а потомственный плотник) Иисус воскликнул: “не бывает пророк без чести, разве только в отечестве своем и у сродников своих”. Подлинные пророки, однако, в бесов не верили и оккультной практикой на занимались, посему Иисусу следовало вместо слова "пророк", сказать "маг" или "волшебник". Слова “О, Иерусалим, Иерусалим, избивающий пророков” (Лук. 13:34), также заставляют думать, что Иисус под пророчеством понимал не то религиозные ереси, не то оккультизм, ибо ни один подлинный пророк в Иерусалиме никогда не был казнен.

В эпоху Второго храма иудаизм был представлен тремя течениями: саддукеев, фарисеев и ессеев. К какому течению тяготел Иисус? Ко всем трем. Больше всего к ессеям и близким к ним сектам, отсюда неприязненное отношение к земной жизни и вожделение призрачного “Царства Небесного”, осуждение богатства (даже нажитого праведным путем) и призыв вести нищую жизнь Лазаря. Отсюда же и начало Нагорной проповеди: “Блаженны нищие духом, ибо их есть Царство Небесное”. Но учение Иисуса содержит также позаимствованное у фарисеев. В той же Нагорной проповеди (которая в самом раннем евангелии от Марка еще отсутствует) нет ни одной сентенции или суждения, подобия которым не было бы в “Устной торе”, в мидрашах или в талмудической литературе, в частности в трактатах Сота, Калла, Бава Батра, Нидда (иногда совпадение полное, иногда частичное). Евангелие проникнуто индивидуальной эсхатологией (загробная жизнь, рай и “геенна огненная”) – это тоже соответствует учению фарисеев. Петр, который первым из апостолов признал в Иисусе “божьего сына”, называет его “равви”, то есть так, как называли фарисейских мудрецов и раввинов. Однако некоторые замечания Иисуса напоминают высказываниям саддукеев, стоявших на страже Священного Писания и отрицавших устную традицию, а посему полемизировавших с книжниками-писцами и фарисеями. “Он же сказал им (фарисеям) в ответ: зачем и вы преступаете заповедь Божию ради предания вашего?” (Матф. 15:3). Фарисеи “связывают бремена тяжелые и неудобоносимые и возлагают на плеча людям, а сами не хотят и перстом двинуть их” (Матф. 23:4). Однако, в отличие от саддукеев, стремившихся освободить народ от бремени устного предания и вернуть его к чистой Синайской Торе, Иисус предлагает отнюдь не Тору, а нечто прямо противоположное: близкое наступление “Царства небесного” (где оно, это «Царство»?) и даже “тайны Царствия Божия”, оккультизм и ущербную мораль.

О моральных предписаниях Иисуса речь пойдет в специальном разделе. Пока же стоит подчеркнуть, что его авторитет в народе базировался не на моральном учении, а на оккультной практике, даже свои проповеди он подкреплял ворожбой. Евангелие от Марка (по утверждению исследователей оно написано в 66-68 гг н.э., приблизительно на 20 лет раньше чем евангелие от Матфея, на 30 лет – чем евангелие от Луки и на 50 лет - чем евангелие от Иоанна), сообщает, что престиж Иисуса и интерес к новому учению базировался на его оккультизме, на его власти над “бесами”. “И все [присутст- вующие в синагоге] ужаснулись так что друг друга спрашивали: что это? что это за новое учение, что Он и духам нечистым повелевает со властью, и они повинуются Ему” (Марк 1:23-27); “И Он проповедывал в синагогах их по всей Галилее и изгонял бесов” (Марк 1:39), то есть подкреплял свое учение и свой авторитет ворожбой. Мыслимо ли что-либо подобное среди подлинных пророков? Есть ли нечто подобное в Писании? Но именно потому (например после того как Иисус якобы исцелил человека с высохшей рукой) “множество народа из Галилеи Иерусалима, Идумеи и из-за Иордана и живущие в окрестностях Тира и Сидона, услышав то, что Он делал шли к Нему в великом множестве» (Марк 3:7-8). Иисус научил «власти над нечистыми духами» и своих адептов, вначале 12 апостолов, а затем еще 70 учеников. Мистикой (что тоже строжайше запрещено Торой) веет также от слов, обращенных к апостолам: “Вам дано знать тайны Царствия Божия... “ (Матф. 4:11).


Обращение к Вселенской Церкви: "отпусти народ Мой!"
Гибнет народ от недостатка ведения...
 
ГалилеянкаОтправлено в: Среда, 09 Декабря 2009, 15:00 | Сообщение № 4

Администратор
Сообщений: 5457
C нами с 01 Июня 2006
Откуда: Израиль
Статус: Отсутствует
Разумеется, в тексте христианской Библии слова “помазанник”, “царь”, “сын” и соответствующие местоимения даны с заглавной буквы. Это обычный прием христианских комментаторов, но этот несложный грамматический трюк не может опровергнуть тот факт, что в псалме Давид говорит о себе, а не о мифическом “богочеловеке” И не только потому, что Иисус никогда не был помазан на израильский престол, никогда не владел Иудеей и Израилем и подвластными народами. И содержание и стиль псалма отражают мировоззрение израильского царя благочестивого и праведного, но сына своей эпохи, мечтающего о завоеваниях, о том, чтобы поразить другие народы “жезлом железным” и сокрушить их как “сосуд горшечника”. И одно дело, если свои чаяния в поэтической форме, прибегая к гиперболам, выражает царь-поэт, древний владыка, сын своей эпохи, когда народы и государства были юны и по неизбежности непримиримы друг к другу, и совсем другое, если эти слова (”Проси у Меня и дам народы в наследие тебе”, “ты поразишь их (народы) жезлом железным; сокрушишь их как сосуд горшечника”) переадресовываются Иисусу Христу, а аллегории “Я ныне родил тебя” придается прямой смысл. Получается кощунство, несуразное, неуклюжее, неблаговидное. Кстати, почему то, что Давид говорит о себе, должно иметь отношение к Иисусу, даже если допустить, что Иисус из Назарета произошел “из чресл” Давида, т.е. является его потомком в прямом, плотском, смысле? К чему бы эти экивоки? Ни один пророк, говоря о себе, не имел в виду кого-то другого, то же самое относится и к Давиду, хотя он не пророк.

Теперь по поводу слов: ”Я буду ему Отцем, и Он будет Мне Сыном”. Здесь, как уже говорилось, содержится ссылка на 2-ю книгу Царств (привожу ее в контексте, по христианской Библии): “Когда же исполнятся дни твои, и ты почиешь с отцами твоими, то Я восстановлю после тебя семя твое, которое произойдет из чресл твоих, и упрочу царство его. Он построит дом имени Моему, и Я утвержу престол царства его на веки. Я буду ему отцом, и он будет Мне сыном; и если он согрешит, Я накажу его жезлом мужей и ударами сынов человеческих; Но милости Моей не отниму от него, как Я отнял от Саула, которого Я отверг пред лицем твоим” (2-я книга Царств 7:12-15; в иудейском каноне 2-я книга Самуила 7: 12-15).

Вопреки уловкам Павла, в этих стихах речь идет не об Иисусе Христе, а о царе Соломоне. Это столь очевидно, что христианские редакторы Библии в данном случае не дерзнули прибегнуть к обычным манипуляциям с заглавными буквами. То, что апостол Павел мог столь бесцеремонно прибегать к “святому обману”, к заведомой лжи, вероятно, объясняется тем, что его паства была незнакома со Священным Писанием.

В Послании к Евреям (по мнению некоторых богословов это Послание принадлежит не Павлу, а другому христианскому автору, но в данном случае это не существенно) допущена следующая фальсификация. Павел говорит о Христе: “Ибо он достоин тем большей славы пред Моисеем, чем большую честь имеет в сравнении с домом тот, кто устроил его” (3:3). Эта точка зрения подкрепляется редакционными ссылками на Аггея (2:9) и Захарию (6:13). В указанном месте у пророка Аггея (Хаггая) говорится о том, что слава Второго храма будет больше, чем слава Первого; из контекста видно, что первый храм – это храм, построенный Соломоном, а второй – храм, восстановленный после возвращения из вавилонского плена. К Христу и христианству это не имеет никакого отношения. Слова пророка адресованы к “Заровавелю, сыну Салафниеву, правителю Иудеи, и к Иисусу, сыну Иоседекову, великому иерею” (так, на греческий манер, называет христианская Библия израильского первосвященника). Здесь заглавные буквы пока не в ходу. Вторую ссылку стоит привести полностью, сохраняя орфографию христианской Библии:

“И было слово Господа ко мне: Возьми у пришедших из плена, у Хелдая, у Товии и у Иедая, и пойди в тот самый день, пойди в дом Иосии, сына Софониева, куда они пришли из Вавилона. Возьми у них серебро и золото и сделай венцы, и возложи на голову Иисуса, сына Иоседекова, иерея великого. И скажи ему: так говорит Господь Саваоф: вот Муж — имя Ему ОТРАСЛЬ, Он произрастет из Своего корня и создаст храм Господен. Он создаст храм Господен и примет славу, и воссядет и будет владычествовать на престоле Своем; будет и священником на престоле Своем, и совет мира будет между тем и другим. А венцы те будут Хелему и Товии, Иедаю и Хену, сыну Софониеву, на память в храме Господнем” (Зах. 6: 9-14).

Захария совершенно определенно говорит о восстановлении храма после возвращения из вавилонского пленения и о возрождении династии когенов, священников-аронидов. По воле Всевышнего Иеhошуа, сын Иоцадака («Иисус, сын Иоседеков»), отрасль от своего корня, - династии когенов, призван возглавить воссоздание Храма и занять место первосвященника. Хелем, Товия и другие должны занять подобающие им места (вероятно, аронидов и левитов). Все это изложено достаточно ясно и не вызывает никаких сомнений. Применение авторами Нового завета заглавной буквы в слове “муж”, а также в местоимениях и написание слова “отрасль” большими буквами осуществлено для того, чтобы то, что говорится об Иошуа бен Иоцадаке (“Иисусе, сыне Иоседекове”), переадресовать на Иешу ха-Ноцри, на Иисуса из Назарета, на Христа. Удивительно много можно сделать, манипулируя грамматикой! Например, превратить одного Иисуса в другого.

В Послании к Евреям (1:2) Павел пишет: “В последние дни сии говорил нам в Сыне, Которого поставил наследником всего, чрез которого и веки сотворил”. В обоснование сего дана ссылка на 2-й псалом (8) и Исайю (9:6). Текст 2-го псалма и его христологическая трактовка разбирались выше, теперь рассмотрим ссылку на Исайю:

“Ты умножишь народ, увеличишь радость его, он будет веселиться пред Тобою, как веселятся во время жатвы, как радуются при разделе добычи. Ибо ярмо, тяготившее его и жезл, поражавший его, и трость притеснителя его Ты сокрушишь, как в день Мадиама. Ибо всякая обувь воина во время брани и одежда, обагренная кровию, будут отданы на сожжение, в пищу огню.Ибо младенец родился нам; сын дан нам; владычество на раменах его и нарекут имя ему: Чудный, Советник, Бог крепкий, Отец вечности, Князь мира. Умножению владычества его и мира нет предела на престоле Давида и в царстве его, чтобы ему утвердить его и укрепить его судом и правдой отныне и до века. Ревность Господа соделает это” (Ис. 9:3-7, цитир. по христианской Библии, без больших [заглавных] букв в соответствующих местоимениях).

Это пророчество (с обычными для Исайи гиперболами), по мнению еврейских комментаторов, относится к Хизкияhу, заменившему на престоле Ахаза – покровителя культа дамасских арамейцев, при котором страна погрязла в язычестве. Хизкияhу (это имя означает “моя крепость — Вечносущий”) был благочестивым царем; Священное Писание характеризует его как “делавшего праведное в глазах Вечносущего, (поступая) во всем так, как Давид, отец его” (в иудейском каноне - 2-я Царей [Мелахим бет] 18:3; в христианском – 4-я книга Царств 18:3). Хизкия сделал переворот в духовной жизни народа, очистил страну от мацевот (культовых языческих камней), от бамот (высот, на которых совершались языческие служения), уничтожил ашеры (культы хананейских богинь) и даже изломал медного змея, которого некогда сделал Моисей, ибо этот змей также стал предметом поклонения. Хизкия восстановил храмовое служение аронидов и левитов. При нем были одержаны победы над филистимлянами, во время его правления ангел Всевышнего поразил сто восемьдесят пять тысяч ассирийцев, пытавшихся захватить Иерусалим (2-я Царей 19:35), и, как и предсказал Исайя, стрела грозных ассирийцев не коснулась стен Иерусалима. Священное Писание пишет о Хизкии: «На Вечносущего, Бога израилева, полагался он; и такого, как он, не было среди всех царей иудейских ни после него, ни до него” (2-я Царей 18:5).

Как бы то ни было, но слова “Ты умножишь народ, увеличишь славу его, он будет радоваться пред Тобою, как веселятся во время жатвы... Ярмо, тяготившее его, и жезл, поражавший его, и трость притеснителя его ты сокрушишь... Всякая обувь воина во время брани и одежда, обагренная кровию, будут отданы на сожжение.»” и т.д. , никак не могут относиться к эпохе Христа и к последовавшим за ней временам, так же как и слова об укреплении царства Давида. Это был период тяжких бедствий, войн, восстаний, кровопролитий, горя и унижений для Иудеи. С другой стороны, слова “умножению владычества его и мира нет предела на престоле Давида” не могут относиться к Христу. Иисус не только не воссел на престол, но даже не претендовал на него гласно, ни владычества, ни мира он не был удостоен, напротив, его ожидала жестокая и позорная казнь.

В данном случае повторяется тот же прием, что и с 14-м стихом 7-й главы (о беременной “альме”). Цель в обоих случаях одна и та же: перенести события, свершившиеся задолго до Иисуса, на самого Назарянина и таким образом доказать, что о нем “вещали закон и пророки”. Ш. Гольдинг в “Опровержении миссионерских учений” (издание Института Библейской полемики в Иерусалиме, перевод М. Вейнгер, год издания не указан) пишет по этому поводу: “Исайя рассказывает о чем-то всем известном”. Что же касается словосочетания Эль Гиббор (Бог крепкий), как составной части имени иудейского царя, то такие имена в Священном Писании не редкость. Ш. Гольдинг приводит примеры: «В Первой книге Царств (1:1) [в иудейском каноне 1-я книга Самуила 1:1] упоминается человек по имени Элиhу, что означает “Мой Бог-Он”, во Второй книге Царств (23:24) [в иудейском каноне 2-я Самуила 23: 24] — человек по имени Эльханан, что означает “Бог милостивый”». Добавлю, что отца пророка Шемуэля звали Элькана, что означает “Бог-ревнитель”. Таких примеров можно привести множество, но эти имена не делают людей богами. “Так почему же мы должны полагать, что если часть имени ребенка Эль Гиббор, то он бог?”, — замечает р. Гольдинг. “В рамках библейского контекста пророчество можно истолковать таким образом: ибо родился у нас мальчик, сын дан нам, чтобы нести власть на своих плечах, его замыслы чудные, в войне он подобен Богу, он – отец своего народа во все дни свои, князь мира”.

В заключение – еще одна важная цитата, на которую ссылаются христианские богословы и редакторы Нового завета. К ней они адресуют нас для подтверждения того, что сказано в евангелиях от Матфея (11:2-3), от Луки (9:35), от Иоанна (1:45; 5:39; 5:46). Это слова Моше: “Пророка из среды твоей, из братьев твоих, подобного мне, воздвигнет тебе Вечносущий, Бог твой, - его слушайтесь” (Двар.-Второз.18:15). Разумеется, в тексте христианской Библии слово “пророк” написано с заглавной буквы. С помощью этого несложного приема “пророк из братьев твоих”, для которого образцом должен служить Моисей, превращается в Иисуса Христа, т.е. в христианского бога. Нет сомнений, однако, что речь идет не о христианском божестве, а об израильских пророках — слово “пророк” употребляется здесь в собирательном смысле, ниже разъясняется, как отличить подлинного пророка от ложного. Для того, чтобы понять истинный смысл сказанного в книге Дварим-Второзаконие, надо прочитать все написанное в данном разделе, а не вырывать из контекста одну фразу. А написано так: “Ибо те племена, которые ты изгоняешь, волхвов и кудесников слушают они, тебе же не таковых назначил Вечносущий, Бог твой. Пророка из среды твоей, из братьев твоих, подобного мне поставит тебе Вечносущий, Бог твой, его слушайтесь” (Двар.-Второз. 18:14-16). Вспомним, что рождение Иисуса было предсказано волхвами, а сам он занимался “изгнанием бесов” и лечил слепоту “брением из плюновения”, т. а занимался кудесничанием. Посему слова пророка Моше (Моисея) следует рассматривать как предостережение против христианской ереси, а не как ее подтверждение. Посмотрим, что сказано в книге Дварим-Второзаконие далее:

“Пророка поставлю Я им из среды братьев их, подобного тебе, и вложу слова Мои в уста его, и будет он говорить им все, что Я повелю ему. И так, человек, который не послушает слов Моих, которые он говорить будет Моим именем, с того Я взыщу. Но пророк, который дерзнет говорить Моим именем то, что Я не повелел ему говорить, и который говорить будет именем богов иных, умереть должен такой пророк. А если скажешь в сердце твоем: как же мы узнаем слово, которого не говорил Вечносущий? То, что говорить будет пророк, и это не сбудется и не настанет,— это такое слово, которого не говорил Вечносущий, с дерзостью говорил его пророк, не страшись его” (Двар.-Второз. 18:18-22).

Итак, коль скоро христианские авторы (апостолы, составители евангелий и богословы) утверждают, что Христос был тем пророком, о котором говорится в 18-й главе Второзакония, а эта глава содержит разъяснение, как отличить истинного пророка от ложного, нам, руководствуясь Священным Писанием и не мудрствуя лукаво, остается посмотреть, сбылись ли пророчества Христа. Вот его пророчества:

“Когда же будут гнать вас в одном городе, бегите в другой. Ибо истинно говорю вам: не успеете обойти городов Израилевых, как придет Сын Человеческий” (Матф.10: 23).

“Истинно говорю вам: есть некоторые из стоящих здесь, которые не вкусят смерти, как уже увидят Сына Человеческого, грядущего в Царствии Своем” (Матф16: 28).

“Ибо, как молния исходит от востока и видна бывает даже до запада, так будет пришествие Сына Человеческого;Ибо, где будет труп, там соберутся орлы. И вдруг, после скорби дней тех, солнце померкнет, и луна не даст света своего, и звезды спадут с неба, и силы небесные поколеблются; Тогда явится знамение Сына Человеческого на небе; и тогда восплачут все племена земные, и увидят Сына Человеческого, грядущего на облаках небесных с силою и славою великою;И ниспошлет Ангелов Своих с трубою громогласною, и соберут избранных Его от четырех ветров, от края небес до края их. От смоковницы возьмите подобие: когда ветви ее становятся уже мягки и пускают листья, то знаете, что близко лето; Так когда вы увидите все сие, знайте, что близко, при дверях.Истинно говорю вам: не прейдет род сей, как все сие будет. Небо и земля прейдут, но слова Мои не прейдут (Матф.24: 27-35; Марк 13: 24-31; Лука 21: 25-33).

“И сказал им: истинно говорю вам: есть некоторые из стоящих здесь, которые не вкусят смерти, как уже увидят Царствие Божие, пришедшее в силе” (Марк 9: 1).

“Кто будет веровать и креститься, спасен будет, а кто не будет веровать, осужден будет.Уверовавших же будут сопровождать сии знамения: именем Моим будут изгонять бесов, будут говорить новыми языками; Будут брать змей; и если что смертоносное выпьют, не повредит им; возложат руки на больных, и они будут здоровы” (Марк 16: 16-18).

“Говорю же вам истинно: есть некоторые из стоящих здесь, которые не вкусят смерти, как уже увидят Царствие Божие (Лука 9: 27).

“Вы знаете, что, если бы ведал хозяин дома, в который час придет вор, то бодрствовал бы и не допустил бы подкопать дом свой. Будьте же и вы готовы, ибо в который час не думаете, приидет Сын Человеческий” (Лука 12: 39-40).

“Истинно, истинно говорю вам: наступает время и настало уже, когда мертвые услышат глас Сына Божия и, услышавши, оживут” (Иоан. 5: 25).

“Не дивитесь сему, ибо наступает время, в которое все, находящиеся в гробах, услышат глас Сына Божия. И изыдут творившие добро в воскресение жизни, а делавшие зло в воскресение осуждения” (Иоан.5:28-29).

Таковы пророчества Христа, и по тому, исполнились они или нет, можно судить, являлся ли Иисус истинным пророком или ложным. Впрочем, отцы церкви и христианские богословы считают Христа не только пророком, но и богом, с чем едва ли согласился бы, несмотря на свой мистический угар, и сам Иисус из Назарета.

Познакомимся с пророчествами наиболее активного из апостолов – Павла: “Я вам сказываю, братия; время уже коротко, так что имеющие жен должны быть как неимеющие; И плачущие как не плачущие; и радующиеся как не радующиеся; и покупающие как не приобретающие; И пользующиеся миром сим, как не пользующиеся; ибо проходит образ мира сего” (1-е Кор. 7: 29-31). Павел считает, что его поколение достигло “последних веков” (1-е Кор. 10:11).

“Говорю вам тайну: не все мы умрем, но все изменимся. Вдруг, во мгновение ока при последней трубе; ибо вострубит, и мертвые воскреснут нетленными, а мы изменимся; Ибо тленному сему надлежит облечься в нетление и смертному сему – облечься в бессмертие” (1-е Кор. 15: 51-53).

“Не хочу же оставить вас, братия, в неведении об умерших, дабы вы не скорбели как прочие, не имеющие надежды. Ибо, если мы веруем, что Иисус умер и воскрес, то и умерших в Иисусе Бог приведет с Ним, Ибо сие говорим вам словом Господним, что мы, живущие, оставшиеся до пришествия Господня, не предупредим умерших;Потому что Сам Господь при возвещении, при гласе Архангела и трубе Божией, сойдет с неба, и мертвые во Христе воскреснут прежде, Потом мы, оставшиеся в живых, вместе с ними восхищены будем на облаках, в сретение Господу на воздухе, и так всегда с Господом будем” 1-е Фессал. 4:13-17), - здесь имеется ссылка на слова Христа: ”И когда пойду и приготовлю вам место, приду опять и возьму вас к Себе, чтобы и вы были где Я” (Иоан. 14:3).

Нет сомнений, что Павел предсказывал быстрое, при жизни того поколения, второе пришествие Христа и считал что он, Павел, и его соратники вообще не умрут, а в соответствии с обещанием Иисуса, живыми поднимутся на небо. .

А вот лжепророчество “ангела”, обращенные к Марии: “И сказал Ей Ангел, не бойся Мария, ибо Ты обрела благодать у Бога; И вот, зачнешь во чреве, и родишь Сына, и наречешь Ему имя Иисус; Он будет велик и наречется Сыном Всевышнего; и даст Ему Господь Бог престол Давида, отца Его;. И будет царствовать над домом Иакова вовеки, и Царству Его не будет конца” (Лука 1: 30-33).

А вот пророчество св. Иоанна Богослова: ”Се, гряду скоро и возмездие Мое со Мною, чтобы воздать каждому по делам его” (22:12). «Свидетельствующий сие говорит: ”Ей, гряду скоро. Аминь. Ей гряди, Господи Иисусе”» (22: 20). По утверждению христианского богослова А. Гарнака, христианский мир ожидал появления “Царства Христова” (т.е. второго пришествия) до 220 г.

Рассмотрим еще одну необоснованную ссылку на Исайю, являющуюся одновременно лжепророчеством: «И пришел в Назарет, где был воспитан, и вошел по обыкновению Своему в день субботний в синагогу и встал читать. Ему подали книгу поророка Исайи; и Он, раскрыв книгу, нашел место, где было написано: “Дух Господен на Мне; ибо Он помазал Меня благовествовать нищим и послал Меня исцелять сокрушенных сердцем, проповедывать пленным освобождение, слепым прозрение, отпустить измученных на свободу, проповедывать лето Господне благоприятное”. И, закрыв книгу, и отдав служителю, сел; и глаза всех были устремлены на Него. И он начал говорить им: ныне исполнилось писание сие, слышанное вами”» (Лука 4: 16-21). В данном случае Иисус прочитал отрывок из Исайи (61: 1-2), где пророк говорит о своей собственной миссии, а вовсе не о Христе. Дело не только в том, что Исайя пользуется личными местоимениями 1-го лица. В указанной главе пророк говорит о том будущем, когда Израиль вернется из рассеяния, будет освобожден из плена, застроит вековые пустыни, восстановит древние развалины и разоренные города, возродится также духовно, станет народом священников (Ис. 61: 4-6). Пророк обещает вместо пепла – украшение, “вместо плача – елей радости” (61:3). Сказанное возможно относится ко времени персидского владычества, к эпохе Кира, когда евреям предстояло вернуться из вавилонского пленения, возродить Иудею и восстановить Храм, а быть может – к отдаленному будущему, но в любом случае сказанное не может относиться к эпохе Христа, которую никак нельзя считать временем избавления, временем тех отрадных событий, о которых пророчествовал Исайя. Ни во времена Христа, ни после него ничего подобного не произошло, и слова Иисуса “ныне исполнилось писание сие” звучат не только как лжепророчество, но как зловещий сарказм: вопреки христову предсказанию, Иудее, предстояли страшные испытания, войны и разруха, гибель страны, рассеяние народа, тяжкое ярмо рабства и преследований на протяжении 19 веков.

Пророческие книги Исайи (по мнению исследователей, они написаны не одним автором) в силу особенностей пророческого языка (обилие иносказаний и гипербол) представляют собой материал, удобный для целенаправленной христологической фальсификации. Приемы, к которым прибегают христианские богословы, все те же: ухищрения с заглавными буквами, переадресовка того, что пророк говорит об Израиле, о царе и о себе самом, на Иисуса и т.д. Надо отдать справедливость христианским интерпретаторам, они не оставили незаполненной ни одной ниши, не преминули использовать любое неясное выражение, чтобы втиснуть туда Христа. Даже там, где пророк говорит в первом лице, т.е. от своего имени, отдельные фразы и абзацы переадресовываются на Иисуса Назарянина. Хотя отчего бы пророку не называть вещи своими именами? К чему бы такие экивоки? Христианские фундаменталисты, так часто ссылающиеся на Исайю, не могли не заметить; что пророк почти не употребляет слово “машиах” (которое в греческом переводе звучит “христос”). Кажется, это слово встречается всего один раз в начале 45-й главы, где речь идет о персидском царе Кире: “Так сказал Вечносущий машиаху Своему Киру, которого Я держу за правую руку...”. Можно не сомневаться, что.если бы не упоминалось имя царя, сказанное о Кире было бы переадресовано на Иисуса. На самом деле, книги Исайи не только не подтверждают “божественность” Иисуса и троичность божества, но косвенно опровергают христианство, как и другие разновидности язычества. “Скажите, что произойдет в будущем, и мы будем знать, что вы боги”, — восклицает пророк (41:23). Разве это нельзя отнести к лжепророчествам о скором “втором пришествии”? Ведь оно должно было осуществиться при жизни современников Иисуса! Пророк осуждает волшебство и чародейство, а разве не этим занимались Иисус и его ученики? Осуждает гадание по звездам, а разве не таким образом предсказали волхвы рождение “Царя Иудейского”?

Пророчества Исайи решительно предостерегают от “триединства”, от обожествления кого бы то ни было, в том числе, разумеется, и Иисуса. “И кому же вы уподобите Меня, с кем сравните? — говорит Святой” (40.25). “Я, Я – Вечносущий, и нет кроме Меня избавителя (43:11). “С кем сравните Меня и сопоставите, уподобите Меня (кому), чтобы мы сходны были?” (46:5). “Я – первый и Я – последний, и кроме Меня – нет Бога” (44:6). “Есть ли Бог кроме Меня? И нет твердыни, какой не знаю Я” (44:8). “Не Я ли Вечносущий? И нет Бога, кроме Меня, Бога справедливого и спасающего нет, кроме Меня” (45:21), “Слушай Меня, Яаков, и Израиль, призванный Мой, Я – Он, Я – первый и Я последний” (48:12). “Я, Я Сам Утешитель ваш, кто ты, что боишься человека смертного и сына человеческого, который то же, что трава” (51:12). Эти слова — предостережение и против обращения в христианство, так же как и следующие: “Так сказал Вечносущий Избавитель твой и Творец твой от утробы (материнской): Я – Вечносущий, который создал все, распростер небеса Я Один, разостлал землю Сам; (Который) расстраивает знамения обманщиков и обнаруживает безумие чародеев, поворачивает мудрецов вспять и знание их делает глупостью” (44:24-25). Все сказанное здесь звучит как предостережение евреям против христианства, лжепророчества и мистики. Между прочим, Сыном Человеческим Новый Завет называет Иисуса, и если христианские фундаменталисты всерьез считают, что Исайя пророчествовал об Иисусе, они должны обратить внимание на то, что сказано у этого пророка о сыне человеческом (см. выше 51: 12) Не мог же Исайя, пророча о Христе, не знать, что сего “богочеловека” будут называть именем Сын Человеческий!

О чем же на самом деле говорит Исайя? В его пророчествах прослеживается несколько узловых моментов:

1. Роль которую возлагал Всевышний на избранный Им народ (Израиль – раб, служитель Бога, призванный стать светочем для народов).

2. Осуждение Израиля за то, что он не оправдал возложенных на него надежд, оказался недостойным высокой миссии народа-избранника. Еврейский народ изображается как одна коллективная личность, как один субъект: раб, служитель Всевышнего. При этом глава часто начинается с восхваления миссии избранного народа, с описания идеального Израиля, затем в той же главе следует осуждение Израиля, не оправдавшего возложенных на него надежд. Поскольку еврейский народ выступает в пророчествах как одна личность, как служитель Бога, создаются условия для фальсификации: сказанное об Израиле переадресовывается на Иисуса. Для примера посмотрим, как изложено начало 42-й главы в Синодальной библии: “Вот Отрок Мой, которого Я держу за руку, избранный Мой, к которому благоволит душа Моя. Положу дух Мой на него и возвестит народам суд”. Здесь фальсифицированный перевод: вместо “раб мой” (авди) написано “Отрок Мой”. Для чего понадобился этот подлог? Дело в том, что во второй части главы говорится уже о несостоятельности “раба” (Израиля), который не справился со своей задачей, не оправдал надежд: “Кто так слеп как раб Мой и глух как вестник Мною посланный? Кто так слеп как возлюбленный, так слеп как раб Господа?” (19). Если бы христианские переводчики не фальсифицировали бы перевод и написали бы в первом стихе не “Отрок”, а “раб” (т.е. так, как в подлиннике), им пришлось бы адресовать Иисусу также упрек в духовной слепоте и глухоте, что, разумеется, их не устраивало, потому-то “раб” и превратился в “Отрока”.

3. ”Переоценка ценностей”, — новый взгляд окружающих народов на еврейский народ, когда Израиль будет вновь возвращен к Богу. Народы, которые “ни во что не ставили его”, посмотрят на Израиль иными глазами. Тот, кто был ужасом, притчей и посмешищем, станет уважаемым и чтимым. Все поймут, что Израиль страдал за чужие грехи, - за грехи окружающих народов, которым он подражал в силу слабости человеческой натуры. И то, что прощалось другим, не прощалось Богоизбранному народу. “И он изранен преступлениями нашими, сокрушен грехами нашими, наказание за благополучие наше на нем, и ранами его исцеляемся мы” (53:5).

Это пророчество о прозрении народов начинается 12-м стихом 52 главы. Вот как изложена концовка 52-й главы в Синодальной библии: «Ибо вы выйдете неторопливо, и не побежите, потому что впереди вас пойдет Господь и Бог Израилев будет стражем позади вас. Вот раб Мой будет благоуспешен, возвысится и вознесется и возвеличится. Как многие изумлялись, смотря на Тебя — столько был обезображен, паче всякого человека лик Его, и вид Его паче сынов человеческих! Так многие народы приведет Он в изумление, цари закроют перед Ним уста свои, ибо они увидят то, о чем не было говорено им, и узнают чего не слышали” (52:12-15). Обратим внимание: “раб” написано со строчной (малой) буквы, местоимения (тебя, его, ним), относящиеся к этому же рабу — с заглавной (большой) буквы, хотя несомненно здесь речь идет об одном и том же субъекте — об Израиле. Таким образом, кое-что из сказанного вырывается из контекста и искусственно переносится на Иисуса, но это грубая натяжка. 53-я глава содержит и описание нового взгляда народов на Израиль и раскаяние по поводу прежнего отношения к евреям. “он был презрен и умален перед людьми, муж скорбей, и мы ни во что не ставили его. Но он взял на себя наши немощи и понес наши болезни, а мы думали, что он был поражаем, наказуем и уничижен Богом” (53:3-4, цитировано по христианской Библии без заглавных букв в местоимениях) С такой оценкой можно не соглашаться, еврейский народ не безгрешен, вина наша перед Всевышним велика, и наказание, которое мы несем, заслужено. Но то, что Исайя говорит в данном случае именно об Израиле (со свойственной ему гиперболизацией), - несомненно. Это следует из последних стихов 52-й главы (12-15), неразрывно связанных с 53-й главой.

Во всяком случае, сказанное в 52-53-й главах не может относиться к Иисусу из Назарета. Описание “мужа скорбей”, в котором не было “ни вида, ни величия”, едва ли соответствует христианскому представлению об Иисусе, “Он был презрен и умален перед людьми” - это не соответствует тому, что пишут об Иисусе евангелия, в частности Лука: «и разнеслась слава о Нем по всей окрестной стране. Он учил в синагогах, и от всех был прославляем” (4:14-15). Иисус отнюдь не был смиренным (”Кто не со Мною, тот против Меня”, “Врагов же моих, которые не хотели, чтобы я царствовал над ними, приведите сюда и убейте предо мною”, “Не думайте, что Я пришел принести мир на землю; не мир пришел Я принести, но меч”). Слова “Не было лжи в устах Его” (Ис: 53:9) трудно совместить с лжепророчеством о скором втором пришествии, которое должно было осуществиться при жизни современников Иисуса. (”Не прейдет род сей как все сие будет”). Он отнюдь не был кроток и “безгласен”, напротив, мастерски и красочно бранился с книжниками, фарисеями, саддукеями и просто с иудеями. Вот образцы этой элегантной риторики: “порождения ехиднины”, “лицемеры”, “род лукавый и прелюбодейный”, “безумные и слепые”, “змии, порождения ехиднины”; “уподобляетесь украшенным гробам, которые снаружи кажутся красивыми, а внутри полны мертвых костей и всякой нечистоты”; “Да придет на вас вся кровь праведная, пролитая на земле..”; “Ваш отец диавол, и вы хотите исполнять похоти отца вашего...”

Что же касается слов “Он взял на Себя наши немощи и понес наши болезни” (53:4), то по мнению Нового Завета Исайя в данном случае предсказывал, что Иисус будет лечить, изгоняя бесов. Вот что пишет евангелие: «Когда же наступил вечер, к Нему привели многих бесноватых, и Он изгнал духов словом и исцелил всех больных. Да сбудется реченное чрез пророка Исайю, который говорит: “0н взял на Себя наши немощи и понес болезни” (Матф. 8:16-17). И, наконец, к Иисусу никак не могут относиться слова: “Посему Я дам ему часть между великими и с сильными будет делить добычу” (Ис. 53: 12)

4. Наряду с коллективным мессией, народом Израиля, Исайя рисует также идеального вождя – потомка Давида, призванного установить справедливость и мир. Разумеется, в подобных случаях христианские богословы не преминули заявить, что речь идет об Иисусе. Вот один отрывок (по христианской Библии):

“И произойдет Отрасль от корня Иесеева, и ветвь произрастет от корня его. И почиет на Нем Дух Господень, дух премудрости и разума, дух света и крепости, дух ведения и благочестия. И страхом Господним исполнится, и будет судить не по взгляду очей Своих, и не по слуху ушей Своих решать дела. Он будет судить бедных по правде, и дела страдальцев земли решать по истине, и жезлом уст Своих поразит землю и духом уст Своих убьет нечестивого. И будет препоясанием чресл его правда, и препоясанием бедр Его истина. Тогда волк будет жить вместе с ягненком, и барс будет лежать вместе с козленком, и теленок и молодой лев, и вол будут вместе, и малое дитя будет водить их. И корова будет пастись с медведицей, и детеныши их будут лежать вместе, и лев, как вол, будет есть солому, и младенец будет играть над норой аспида; и дитя протянет руку свою на гнездо змея. Не будут делать зла и вреда на всей святой горе Моей, ибо земля будет наполнена ведением Господа, как волны наполняют море” (11:1-9).

Большие (заглавные) буквы в слове “отрасль” и в местоимениях, как всегда, предназначены для того, чтобы показать, что речь идет об Иисусе Назарянине. Однако, вопреки стараниям христианских интерпретаторов, сказанное в 11-й главе не подтверждает, а опровергает версию о мессианстве Иисуса. И не только потому, что понятие справедливости вообще чуждо Новому Завету, а призыв к рабам терпеть незаслуженные побои (см. 1-е Петра 2:18-21) никак нельзя считать решением “дел страдальцев по истине”. Главное в другом. Учение Христа не принесло человечеству мира и милосердия. Лев не ест солому, волк с аппетитом пожирает ягненка, козленок предпочитает держаться подальше от барса. М и р н е н а с т у п и л. Войны, раздоры, инквизиция, Варфоломеевские ночи, — вот что принесло миру христианство, вся история его – история войн и насилий. Следовательно, не об Иисусе пророчествовал Исайя, следовательно, Иисус не есть истинный мессия. Апологеты христианства, в совершенстве владеющие искусством «святой лжи», нашли выход из положения. Они утверждают, что в 53 главе книги Исайи речь идет о первом пришествии Христа (поскольку там говорится о страданиях), в то время как 11 глава Исайи содержит пророчество о «втором пришествии». Но почему в таком случае столь грубо нарушена хронолология и последовательность? Почему вначале (в 11 главе) говорится о втором пришествии, а “под занавес“, в 53 главе о первом пришествии. Кроме того, в той же 11 главе Ишаяhу (Исайи) говорится о возвращении израильтян из Ашшура (Ассирии), из Патроса (область Верхнего Египта), из Шинара (Вавилонии), из Куша (страна, расположенная южнее Египта), о прекращении вражды между Эфраимом (Северным царством, Израилем) и Иеhудой (Южным царством, Иудеей), о грядущих победах евреев над филистимлянами, над Эдомом, Моавом и Аммоном. Речь идет, таким образом, о народах и странах давно не существующих и о событиях, которые должны были осуществиться в глубокой древности (даже задолго до рождения Иисуса из Назарета), а не об иллюзорном будущем, когда якобы должно произойти второе пришествие Иисуса, превратившегося (согласно евангелию от Иоанна) из мессии в главное божество христианской троицы («Отец любит Сына и все дал в руку Его», «Ибо Отец и не судит никого, но весь суд отдал Сыну», Иоан. 3: 56, 5: 22). Кроме того, слова о грядущих событиях: «И произойдет отрасль от корня Иесеева, и ветвь произойдет от корня его», никак не могут относиться ко «второму пришествию», ибо эта «отрасль» и «ветвь» уже произошла и даже воскресла и поднялась на небеса. Ведь новозаветное пророчество о втором пришествии имеет в виду не повторное рождение Иисуса, а его нисхождение в качестве христианского божества с небес! К тому же, если у Исайи речь идет о “втором пришествии”, то есть о нисхождении с небес христианского божества, главного лица троицы, почему говорится, что почиет на нем дух Господен, и что он преисполнится страхом Господним? Такое может быть сказано только о человеке, но отнюдь не о боге. На деле 11 глава книги Исайи содержит несбывшиеся чаяния древнего иудея о воцарении справедливого царя из рода Давида, о восстановлении единства еврейского народа, о возрождении былого величия и могущества Израиля, а не о “втором пришествии” христианского божества.


Обращение к Вселенской Церкви: "отпусти народ Мой!"
Гибнет народ от недостатка ведения...
 
ГалилеянкаОтправлено в: Среда, 09 Декабря 2009, 15:00 | Сообщение № 5

Администратор
Сообщений: 5457
C нами с 01 Июня 2006
Откуда: Израиль
Статус: Отсутствует
Иешу hа-Ноцри (как называет его раввинская традиция) – трагическая личность эпохи римского владычества, эпохи разложения иудаизма в последние годы Второго храма. Его ученики – ограниченные люди, даже не понимающие смысла его незатейливых притч. Их моральный багаж тоже не слишком богат. Именно ап. Петр, который способствовал заблуждению Иисуса, трижды отрекся от своего учителя в роковую минуту. Разве поступил бы так, скажем, оруженосец царя Саула или полководец Давида Иоав? Последние дни и часы Иисуса – это тяжкая драма души, мятущейся между жизнью и добровольной смертью. И не было рядом преданного друга, который остановил бы эту душу на краю пропасти, отрезвил бы ее от мистического опьянения, объяснил бы Иисусу, что он не “богочеловек”, не сверхъестественный “Мессия”, а обычный иудей, что спасение Израиля не в мистике и не в оккультизме, а в строгом и точном соблюдении Синайского Учения. Что Бог, Истинный и Единый, ждет от нас не человеческих жертв, а преданности и добрых дел. Именно это спасло бы Иисуса от унижений, страданий и мучительной смерти. Даже в эти роковые минуты Иисуса можно было разубедить и спасти. Ибо Иисус колеблется, он не хочет умирать, он до конца не уверен в своей миссии, в благодетельности и неизбежности своей смерти. ”И взяв с собой Петра и обоих сыновей Заведеевых, начал скорбеть и тосковать. Тогда говорит им Иисус: душа Моя скорбит смертельно; побудьте здесь и бодрствуйте со Мною. И отошед немного, пал на лице Свое, молился и говорил: Отче Мой! Если возможно, да минует Меня чаша сия. Впрочем не как Я хочу, но как Ты. И приходит к ученикам, и находит их спящими, и говорит Петру: Так ли не могли вы один час бодрствовать со Мною” (Матф. 26: 37-39). Еще дважды тосковал и молился Иисус. Что же делают в это время апостолы, которых он просил быть с ним и бодрствовать? Они мирно спят, а затем убегают, бросив своего учителя.

Другая трагическая фигура новозаветного лицедейства - Иуда Искариот. Новому завету чуждо понятие справедливости, к тому же авторы этого опуса отнюдь не стремились к логике, даже элементарной. В самом деле, если Иисус должен был стать искупительной жертвой за «первородный грех» Адама и если Иуда, был обречен стать предателем помимо своей воли, в чем его вина? Кроме того, разве не сам Иисус способствовал этому лиходейству, вселив в Иуду сатану? (Иоан. 13:26-27)? Освободившись от наваждения и став хозяином самого себя, обретя свободу воли, Иуда отказывается от тридцати сребренников и в ужасе от совершенного предательства кончает жизнь самоубийством. (Матф. 27:3-5). Чем он хуже своих «коллег», которые спали блаженным сном, когда на Иисуса надвинулась смертельная тень, а затем бросили своего «Господа» и бежали, спасая свои драгоценные жизни? Новому завету не присущи стремление к правосудию. Разве мыслимо подобное в Торе? Разве Священное Писание вменяет в вину сыновьям Яакова то, что они предали в рабство своего брата Иосифа? Отнюдь нет! Ибо они обречены были это сделать, чтобы проложить потомству Яакова-Израиля дорогу в Египет.

Из сказанного в этом разделе отнюдь не следует, что существование Иисуса – факт, доказанный историей. Просто синоптические евангелия рисуют нам весьма правдоподобный облик мистика, вышедшего из недр еврейского народа, и по мнению большинства исследователей, такой человек действительно существовал. Иное дело, что он не был таким знаменитым, как об этом повествует Новый завет. В противном случае мы имели бы не короткие упоминания о нем у Флавия, Светония и Тацита, а обширные трактаты.

4. Творческая лаборатория апостолов и богословов

В евангелиях то и дело встречаются ссылки на “Ветхий” Завет, имеющие целью доказать, что Иисус есть истинный мессия, что пришествие этого “мессии” было предсказано пророками и царем Давидом. Приводятся также “ветхозаветные” доказательства божественности Христа. Все эти ссылки и «доказательства» весьма далеки от истины, они базируются на домыслах и натяжках. Удивительно, что ни один из богословов не задумался над тем, что для такого важного события, как приход “божественного мессии”, нужно всего лишь одно-единственное пророчество, ясное и недвусмысленное, одна лишь фраза, понятная всем, а не десятки надуманнных, вымученных «аргументов», фундамент которых - софизм. Детальный разбор всех ссылок потребовал бы специальной монографии. Ограничимся отдельными примерами. Для начала отметим некоторые приемы, которыми пытаются обосновать божественность Иисуса из Назарета.

1. 3амена древнееврейского слова “машиах” словом “Христос” в тех случаях, когда это соответствует целям христологической пропаганды, и словом “помазанник”, когда употребление слова “христос” этим целям не соответствует. Формально ивритское слово “машиах” по-русски переводится как “помазанник”, а по-гречески - “христос”. Но слово “Христос” давно уже стало означать имя христианского бога, а не законного обладателя царского титула или на сана первосвященника (и первый и второй проходили обряд помазания священным елеем и посему назывались помазанниками). Неискушенный читатель, не знающий всех этих семантических тонкостей, попадает в миссионерскую ловушку, он думает, что Писание и впрямь толкует о грядущем христианском божестве, в то время как речь идет о земном царе или первосвященнике. Честный переводчик во всех случаях переводил бы слово “машиах” русским словом “помазанник”, или, если он так уж влюблен в греческий язык, словом “христос”. Но не таковы христианские богословы. Например, там, где пророк Исайя называет машиахом персидского царя Кира, слово это переведено как “помазанник”, а не как “христос” (потому что указано имя помазанника – Кир), а там, где пророк Даниил называет машиахом убитого первосвященника Ония III (на то, что в данном случае речь идет об Онии III указывает, в частности, и протестантский теолог и сириолог Фридрих Бетген), слово “машиах” переведено как “Христос”, поскольку имя первосвященника не указано и создается возможность лишний раз «подтвердить», что Ветхий Завет пророчил об Иисусе.

2. Употребление при переводе заглавной (большой) буквы. В древнем (как и в современном) иврите заглавных букв нет, даже личные имена пишутся со строчной (малой) буквы. При переводе христианские авторы произвольно употребляют заглавные буквы в словах “сын”, “царь”, “пророк” и даже “раб”, а также в местоимениях, намекая, что под этими словами подразумевается Христос, в то время как на самом деле речь идет об Израиле, о Давиде, о пророках, о первосвященнике. Порой в одной и той же главе, где речь идет, скажем, об Израиле, в одних случаях местоимения пишутся с заглавной, в других – со строчной буквы. Проиллюстрирую это следующим примером. Возвышенный тон 49-й главы Исайи, образное описание высокой миссии, возлагаемой на Израиль и на пророка Исайю, - все это порождает у христианских богословов соблазн переадресовать сие на Иисуса, и они, ничтоже сумняшеся, строчную букву в местоимениях заменяют заглавной, давая этим понять, что Исайя говорит об Иисусе, хотя в тексте прямо сказано, что речь идет об Израиле. Вот как это выглядит (цитир. по христианской Библии): “Слушайте Меня острова и внимайте народы дальние: Господь призвал Меня от чрева, от утробы матери Моей называл имя Мое. И соделал уста Мои как острый меч; тению руки Своей покрывал Меня, и соделал Меня стрелою изощренною; в колчане Своем хранил Меня. И сказал Мне: Ты раб мой И з р а и л ь, в Тебе прославлюсь” (Ис.49:1-3). Здесь ясно сказано, что речь идет об Израиле, о Богоизбранном народе, о высокой миссии этого народа, прославить имя Божие своими добродетелями и праведным образом жизни. Сказано однозначно: “ты раб Мой, Израиль”, тем не менее и здесь не обошлось без трюка: местоимения снабжены заглавной буквой, чтобы переадресовать сказанное об Израиле на Иисуса.

З. Софизмы, искусственная и противоречащая здравому смыслу интерпретация текста Священного Писания. Например, утверждение, что Христос есть тот камень, из которого Моисей ударом жезла извлек воду, чтобы напоить израильтян, или что Христу надлежит быть вознесенным (распятым на кресте), подобно тому, как Моисей вознес змея (речь идет о медном змее, взглянув на который странствующий по пустыне израильтянин исцелялся от ядовитого укуса).

4. Спекуляция на непонятных и сомнительных текстах “Ветхого” Завета, например, на третьей книге Бытия (искушение Евы змеем и так называемый “первородный грех”).

5. Выхватывание из контекста отдельных фраз, что предоставляет широкие возможности для фальшивой интерпретации.

6. Замена словосочетания “мой господин” (адони) словом “Господь”. Вот пример: ”Когда же собрались фарисеи, Иисус спросил их: что вы думаете о Христе? Чей он сын? Говорят Ему: Давидов. Говорит им: как же Давид по вдохновению называет Его Господом, когда говорит: “Сказал Господь Господу моему: седи одесную Меня, доколе положу врагов Твоих в подножие ног Твоих”. Итак, если Давид называет Его Господом, как же Он сын ему?” (Матф. 22: 41-45). Здесь процитирован 1-й стих 109-го (в еврейском каноне – 110-го) псалма. Как видим, сделана попытка доказать, что существует, по крайней мере два Господа. Но весь новозаветный фокус заключается в неправильном переводе (возможно, однако, что Иисус, попросту не знал иврита и пользовался искаженным арамейским переводом). Подлинный перевод таков: “Слово Вечносущего к господину моему (адони): седи одесную Меня доколе положу врагов твоих в подножие ног твоих”. Ясно, что автор псалма, кто-то из придворных, говорит о своем господине – царе Давиде, враги которого по воле Божией будут низложены к его ногам. Кстати, этот псалом озаглавлен “Ле-Давид”, т.е. “для Давида”, следовательно, не сам Давид является автором этого псалма.

Разумеется, это не полный перечень приемов, с помощью которых пытаются доказать, что рождение “богочеловека” было предсказано не только волхвами, но и “Ветхим” Заветом.

Разберем одну из главных ссылок на Священное Писание. “А все сие произошло, - вещает автор первого евангелия, - да сбудется реченное Господом чрез пророка, который говорит: ”Се, Дева во чреве примет и родит Сына, и нарекут Ему имя Еммануил, что значит: “с нами Бог” (Матф. 1:22-23). Автор евангелия ссылается на пророчество Исайи, где не только не сказано, что зачатие будет «непорочным», от “святого духа”, но вообще говорится о событиях времен Исайи, а не о том, что свершится спустя 7 веков, т.е. ко времени рождения Иисуса. Сказано: ”hиней hа-алма hара” — вот эта конкретная, существующая в данное время (на это указывает определенный артикль ה - ha) молодая женщина, которая беременна, родит сына (Ис.7:14) Древнееврейское слово “альма” может означать и молодую женщину и девушку, но для обозначения девственницы употребляется слово “бэтула” (Ваик.-Лев. 21:3; Двар.-Второз. 22:19, псалмы). В Пятикнижии “девственность” обозначается словом “бэтулим” (Двар.-Второз. 22:14,17); в книге Ваикра-Левит, где говорится о выборе жены для первосвященника сказано: “Вэhу иша бивтулеhа ика”, - “Он же жену в девственности брать должен” (21:13). Бивтулеhа, а не биальмеhа! Из контекста следует, что младенец Имману Эль должен был родиться во времена царя Ахаза, жившего в 7 в. до н.э., в то время, когда против Иудеи (Южного царства) готовились выступить расположившиеся в земле Ефремовой (т.е. в Израиле) Рецин – царь Арама и Пеках – царь Израиля (Северного царства): “И было во дни Ахаза, сына Йотама, сына Узияhу, царя иудейского, пошел Рецин, царь арамейский и Пеках, сын Ремалияhу, царь израильский, войной на Иерусалим, но не смог завоевать его”. (Ис. 7:1). Далее сказано: “И скажи ему (Ахазу): храни спокойствие, не бойся, и пусть сердце твое не робеет перед двумя остатками этих дымящихся головней – гневом Рецина и Арама и сына Ремалияhу” (Ис.7:4). “Ибо прежде нежели этот отрок (т.е. Имману Эль) будет разуметь отвергать худое и избирать доброе, земля та, которой ты страшишься, будет оставлена обоими царями ее” (Ис.7:16). От этого периода до рождения Иисуса из Назарета оставалось «всего лишь» 700 лет.

Вот еще примеры ссылок на “Ветхий” Завет. Евангелие от Матфея гласит, что ангел явился во сне Иосифу – мужу Марии – и приказал бежать в Египет, дабы спасти младенца Иисуса от Ирода (Матф.2:13-15). “Он (Иосиф) встал, взял Младенца и Матерь Его ночью и пошел в Египет, и там был до смерти Ирода, да сбудется реченное Господом чрез пророка, который говорит: ”из Египта воззвал Я Сына Моего”. Здесь содержится ссылка на Осию (11:1). Посмотрим, о чем говорит пророк на самом деле: ”Когда Израиль был отроком, Я любил его и из Египта вызвал Я сына Моего”. Речь, как видим, идет об Израиле, об избавлении его от египетского рабства, об исходе из Египта. Причем же здесь Христос? Разве речь идет о нем? Даже христианские переводчики не дерзнули в тексте пророчества Осии написать слово “сын” с большой буквы. В данном случае имеет место не заблуждение автора евангелия, а заведомый обман.

Следующая ссылка на “Ветхий” Завет связана с якобы имевшим место избиением иудейских младенцев в Вифлееме и его окрестностях. Автор евангелия восклицает: “Тогда сбылось реченное чрез пророка Иеремию, который говорит: “Глас в Раме слышен, плач и рыдание, и вопль великий; Рахиль плачет о детях своих и не хочет утешиться, ибо их нет” (Матф. 2:17-18). На самом деле пророк Иеремия, на которого ссылается Матфей, говорит вовсе не об убитых Иродом иудейских младенцах, а об уводе в плен израильтян. Вслед за цитатой, которую привел Матфей (Иер. 31:14), пророк говорит от имени Всевышнего: ”удержи голос твой от рыдания и глаза твои от слез; ибо есть награда за труд твой, говорит Господь, и возвратятся они из земли неприятельской” (Иер. 31:15-16). Разве речь здесь идет о возвращении убитых младенцев? Автор евангелия вновь прибегает к “святому обману”.

Псалмы Давида (фактически сюда включены также псалмы Шломо [Соломона], Асафа, сынов Кореевых и, по-видимому, других авторов) в силу особенностей поэтической речи представляют собой удобный материал для целенаправленной ложной интерпретации. Псалмы – не пророчества, а род священной поэзии. Они содержат аллегории, метафоры, гиперболы, и это открывает широкие возможности для софистики. “Деяния апостолов” приводят “доказательство” ап. Петра, что Христос есть потомок Давида, причем в самом натуральном «анатомическом» понимании: “плод чресл его”, и что Христос воскрес. Основанием для этих выводов служит 15-й псалом. “Мужи братия! - восклицает Петр, - да будет позволено с дерзновением сказать вам о праотце Давиде, что он и умер и погребен, и гроб его у нас до сего дня; будучи же пророком и зная, что Бог с клятвой обещал ему от плода чресл его воздвигнуть Христа во плоти и посадить на престоле его, он прежде сказал о воскресении Христа, что не оставлена душа Его в аде, и плоть Его не видела тления” (Деян. 2:29-31). Процитирую 15-й ( в иудейском каноне 16) псалом, на который ссылается Петр: “ибо Ты не оставишь души моей в аде и не дашь святому Твоему увидеть тление. Ты укажешь мне путь жизни; полнота радостей пред лицем Твоим, блаженство в деснице Твоей вовек” (15:10-11). Нет сомнений, что речь в этом псалме идет не об аде в мистическом смысле, как о месте обитания душ умерших грешников (кстати, веры в загробный мир во времена Давида у израильтян вообще не было). Речь и не о тлении в прямом смысле, а о бедствиях и пагубном пути, от которых Давид просит избавить его, дабы вступить на путь добродетельной и счастливой жизни. Ад и тление здесь не буквальные понятия, а аллегории, и говорит Давид не о грядущем ‘’Христе”, долженствующем появиться “от плода чресл его” (т.е. от чресл Давида), а о себе самом. Вот как переводит слова этого псалма (16: 10-11) ученый лингвист и педагог Иехошуа Штейнберг (1825-1908), автор многих научных работ в области лексикографии и грамматики древнееврейского языка: “Ибо Ты не выдашь души моей могиле, и не позволишь Твоему праведнику увидеть разрушение. Ты покажешь мне путь жизни – обилие радостей пред лицем Твоим; в деснице Твоей – обилие отрады навек!”. Для подтверждения правильности слов апостола богословы – редакторы Нового Завета – ссылаются (в дополнение к 15-му псалму) на 2-ю книгу Царств (7:12-19; в иудейском каноне 2-я книга Самуила 7: 12-19), но там говорится отнюдь не о Христе, а о царе Соломоне, а также на 131-й (в иудейском каноне 132) псалом, соответствующее место которого стоит процитировать: “Клялся Господь Давиду в истине, и не отречется от ее: от плода чрева твоего посажу на престол твой. Если твои сыновья будут сохранять завет Мой и установления Мои, которым Я научу их, то и их сыновья вовеки будут сидеть на престоле твоем” (131:11-12). Речь, как видим, идет о естественных потомках Давида (”от плода чрева твоего”), а не об Иисусе, якобы “бессемянно рожденном” от “Духа Святого”, причем престол обещан только Соломону. Последующим же потомкам престол обещан только при условии строгого соблюдения Синайского Завета. Как известно, уже Соломон к концу своей жизни грубо нарушил Завет, покровительствуя языческим культам своих жен, пагубным путем шли и многие другие цари – потомки Давида (точнее, большинство их), что в соответствии со сказанным в 131-м псалме лишило их священного права на престол Давида.

Примером грубой фальсификации служит христологическое изложение 44-го (в еврейском каноне 45-го) псалма. Содержание псалма, именуемого “Учение сынов Кореевых, Песнь любви”, не оставляет сомнений, что речь идет о Давиде или об ином израильском царе: “Ты прекраснейший из сынов человеческих... Препояши бедро мечом твоим, храбрец... Стрелы твои заострены – народы падут под тобой - (вонзятся) в сердце врагов царя... Дочери царские (среди тех), кто дорог тебе, царица стоит по правую руку твою в офирском золоте. Слушай, дочь, и смотри, и приклони ухо твое и забудь народ твой и дом отца твоего. И возжелает царь красоты твоей; он господин твой, а потому поклонись ему... В узорчатых одеждах подведут ее к царю, за ней – девицы, подруги ее, к тебе приводят их”. Короче говоря, гимн царю, поучение царице, песнь любви. Но и в этом псалме (который христианские теологи увязывают с различными разделами Нового Завета, в частности, с некоторыми высказываниями евангелия от Луки и Откровения Иоанна) употребляются большие буквы в слове “царь” и в соответствующих местоимениях, а выражение “он – господин твой” переведено “он Господь твой”. Дескать, - сие суть пророчество о Христе (на сей раз сынов Кореевых, которые тоже угодили в пророки). Между прочим в Откровении Святого Иоанна Богослова – последней книге Нового Завета – говорится: “наступил брак Агнца (так Иоанн называет Иисуса), и жена Его приготовила себя”. Неясно, какой смысл богословы вкладывают в сие “пророчество». В том же псалме, дабы доказать, что речь идет о Христе, сделана фальсификация перевода. 8-й стих изложен так :”Ты возлюбил правду и возненавидел беззаконие, посему помазал Тебя, Боже, Бог Твой елеем радости более соучастников Твоих”. Здесь снова сделана попытка доказать, что существует, как минимум, два Бога. Но это опять-таки ложный перевод. Подлинный текст стиха таков: “Ты возлюбил правду и возненавидел беззаконие; посему помазал тебя Элоhим, Бог твой (Элоhейха), елеем радости более собратий твоих”. Кстати, если авторы псалма, сыны Кореевы пророчили об Иисусе из Назарета, каких его “соучастников”, помазанных “елеем радости“ они имели в виду?

Послания ап. Павла содержат образцы наиболее вычурной и фальшивой экзегезы, примеры бесцеремонного насилия над текстом Священного Писания, стремление поставить все с ног на голову. Вот конкретный образец:

«Моисей пишет о праведности от закона: “исполнивший его человек жив будет им”. А праведность от веры так говорит: “не говори в сердце твоем: “кто взойдет на небо?” то есть Христа свести; или: “кто сойдет в бездну?” то есть Христа из мертвых возвести. Но что говорит Писание? “Близко к тебе слово, в устах твоих и в сердце твоем”, то есть слово веры, которое проповедуем. Ибо если устами твоими будешь исповедывать Иисуса Господом и сердцем твоим веровать, что Бог воскресил Его из мертвых, то спасешься» (Римл. 10:5-9). В примечаниях христианских редакторов к Библии («Библия, книги священного писания Ветхого и Нового завета канонические», издано в Финляндии, год издания не обозначен) указано, что под словами «Моисей пишет о праведности от закона» Павел имеет в виду слова книги Левит 18:5, а под словами «праведность от веры» - то, что сказано в книге Второзаконие 30:12-14. Привожу в точном переводе сказанное в обоих местах Пятикнижия:

Ваикра-Левит 18:5: «Соблюдайте же уставы Мои (хукотай) и законы Мои (мишпатай), исполняя которые человек будет жив ими; Я Вечносущий».

Как видим, сказанное в стихе 18:5 книги Ваикра-Левит – это слова Самого Бога, Истинного и Единого, это подчеркивается заключительными словами: “Я Вечносущий [повелел вам это]”. Такое завершение содержится в наиболее важных разделах Синайской Торы (например, в стихах 19 главы книги Ваикра-Левит). Поскольку строгое и точное выполнение уставов и законов Истинного и Единого Бога (то, о чем говорится в стихе 18:5 книги Ваикра-Левит и что Павел называет «праведностью от закона») полностью исключает уклонение в христианскую ересь, сей апостол пытается внушить своим ученикам, что эти слова (вопреки начертанному в Писании) сказаны не Богом, а всего лишь написаны Моисеем “по собственной инициативе” и, следовательно, что эти слова не Богооткровенны.

А вот, что сказано в книге Дварим-Второзаконие (30:11-14): «Ибо заповедь сия (hа мицва hазот) которую я заповедую тебе ныне, не недоступна она для тебя и не далека она. Не на небе она, чтобы сказать: кто взашел бы для нас на небо, и достал бы ее нам, и и возвестил бы ее нам, чтобы мы исполняли ее? И не за морем она, чтобы сказать: кто отправился бы для нас за море и достал бы нам ее и возвестил бы нам ее, чтобы мы исполняли ее ? А весьма близко к тебе слово сие: оно в устах твоих и в сердце твоем, чтобы исполнять его»

Павел пытается убедить своих учеников, что сказанное в стихах 30:11-14 книги Дварим-Второзаконие это не слова пророка Моисея, не его призыв бесхитростно и просто блюсти Синайский Закон, соблюдая преданность Единому и Истинному Богу, а нечто противоположное, а именно - призыв заменить «праведность от закона» (Синайскую Тору) «словом веры, которое проповедуем» (Новым заветом). Но, во-первых, сказанное в стихах 30:11-14 книги Дварим-Второзаконие – это слова Моисея, ибо вся эта книга представляет собой изложение и разъяснение Торы, сделанное именно им, пророком Моше (Моисеем), вся книга (кроме начальных и заключительных слов) написана от его имени в первом лице. Во-вторых, сказанное в этих стихах отнюдь не представляет собой наказ отвергнуть Закон (Тору) и заменить его «словом веры, которое проповедуем», то есть христианской ересью, верой в то, что Иеhошуа, сын Марии-иудейки, есть бог. Напротив, эти слова призывают бесхитростно, точно и строго соблюдать «заповедь», «слово сие», т.е. именно Богооткровенный Синайский Закон, призывают блюсти слово Божие, которое близко и доступно разуму каждого человека, оно «в устах твоих», то есть таково каким ты его читаешь в Торе и в «в сердце твоем», то есть таково, каким ты его понимаешь сам своим бесхитростным разумом без помощи и вмешательства любых «мудрецов», лжепророков, «мессий» и христианских ересиархов.

Итак, Павел, по своему обыкновению приписывает начертанному в Торе (в данном случае - словам Моше), противоположное тому, о чем говорил этот пророк. Ибо Моше, человек Божий, предостерегал против религиозных спекуляций, и призывал, не мудрствуя лукаво, придерживаться только Синайского Учения. В словах Второзакония (30:11-14), на которые ссылается Павел, содержится не призыв к религиозной эклектике, а предостережение против нее, следовательно и предостережение против христианства, для обоснования которого апостолам и богословам то и дело приходится карабкаться в мистические небеса или погружаться в бездны оккультных опытов по изгнанию бесов, а равно прибегать к заведомой лжи, к извращению сказанного в Священном Писании. Надо ли доказывать, что слова Второзакония не содержат даже ни малейшего намека на необходимость “исповедывать Иисуса Господом”?

Имеет смысл еще раз проанализировать слова главного апостола иудео-христианской ереси, архитектора христианства как мировой религии, сделавшего все возможное, чтобы привлечь к этой ереси другие народы. Софизм ап. Павла содержит, по крайней мере четыре преднамеренных обмана.

Первый обман: Утверждение Павла, что сказанное в книге Левит 18:5 «Соблюдайте же уставы Мои и законы Мои, исполняя которые человек жив будет ими. Я Вечносущий..» - это всего лишь слова Моисея, лишь то, что «Моисей пишет» (от себя, а не от Всевышнего), т.е. это повеление не Богооткровенно. На самом деле – это слова Вечносущего, Истинного и Единого Бога, что подчеркивается концовкой стиха.

Второй обман: Сказанное во Второзаконии 30:11-14 – это не слова Моисея, призывающие выполнять Закон (Тору), а противоположный этим словам призыв отвергнуть Закон и придерживаться «праведности от веры», т.е. того, что проповедует он, апостол Павел. На самом деле, то, что сказано в Дварим-Второзаконие 30:11-14 - это слова пророка Моше, призывающие именно к простому и бесхитростному выполнению только Синайского Закона, данного Вечносущим, Единым и Истинным Богом.

Третий обман: Сказанное в книге Второзаконие 30:11-14 противоположно тому, что сказано в книге Левит 18:5. На самом деле сказанное в Дварим-Второзаконие 30:11-14 полностью соответствует тому, что начертано в книге Ваикра-Левит 18:5.

Четвертый обман: Слова книги Второзаконие 30:11-14 призывают “устами твоими...исповедывать Иисуса Господом и сердцем твоим веровать, что Бог воскресил Его из мертвых”, причем обещают за подобную веру «спасение». Более наглую и беззастенчивую ложь просто невозможно придумать. Нельзя не увидеть в данном случае отличие христианства от других языческих религий, например, от буддизма. Исповедники буддизма заблуждаются, христианство же в лице фарисея Павла преднамеренно обманывает, нагло изврашая сказанное в Торе. Добавим, что в стихах 30: 11-14 Второзакония никакого упоминания о нисхождении в “бездну” («”кто сойдет в бездну?”,то есть Христа из мертвых возвести») нет и в помине.

В 1-м Послании к Коринфянам Павел утверждает, что “отцы наши” некогда “крестились в Моисея в облаке и в море”, превращая, таким образом, и великого пророка в некое сверхъестественное существо (10.2), что камень, из которого Моисей ударом жезла извлек воду, чтобы напоить израильтян, был не что иное, как Христос (10:4). Сей полет фантазии лишь доказывает мистико-языческую сущность христианства и, с другой стороны, неистощимую способность творить домыслы и, цепляясь за “Ветхий” Завет, приписывать ему совершенно несуразные вещи. Позаимствованный у Филона и фарисеев метод “читай не так, но так”, т.е. метод целенаправленного искажения слов Священного Писания, ощущается в следующей интерпретации: «Какая совместность храма Божия с идолами, - восклицает Павел. - Ибо вы храм Бога живого, как сказал Бог. “вселюсь в них и буду ходить в них; и буду их Богом, а они будут Моим народом”» (2-е Кор. 6:16). Для подтверждения сказанного апостолом редакторы евангелия ссылаются на книгу Левит (26:12), где речь идет об израильтянах, а отнюдь не о христианах и, что важно отметить, речь идет не о вселении в людей, дабы “ходить в них”, превращая человека в мистический храм. Сказано иначе: ”И поставлю жилище (точнее, обитание) Мое среди вас, и душа Моя не возгнушается вами. И буду ходить среди вас, и буду вашим Богом, а вы будете Моим народом” (Ваикра – Левит 26:11-12). Необходимым условием для обретения этого удела было строгое и неуклонное выполнение израильтянами повелений, данных Всевышним: “Если вы будете поступать по уставам Моим, и заповеди Мои будете хранить и исполнять их” (Ваикра-Левит 26:3). Речь идет, таким образом, о заповедях и установлениях, данных Истинным Богом на горе Синае и вошедших в Тору, т.е. именно о том, что апостолы и христианские богословы объявили устаревшим, “ветхим”, как будто слово Божие может устареть или обветшать! Ап. Павел даже назвал заповеди “смертоносными буквами”, начертанными на камнях (об этом речь впереди).

Читая Новый Завет, особенно послания Павла, невольно ощущаешь себя в обществе витийствующего лукавца, совсем не считающегося с истиной и логикой и твердо убежденного в том, что цель оправдывает средства. Цель – подтверждение “божественности” Иисуса ссылками на “Ветхий” Завет. Средства - заведомое искажение сказанного в Священном Писании или целенаправленная фальшивая интерпретация. Вот пример из Послания к Галатам (3:16): «Но Аврааму даны были обетования и семени его. Не сказано “и потомкам”, как бы о многих, но как об одном: “и семени твоему”, которое есть Христос». Едва ли надо доказывать, что обещание, данное Богом Аврааму, касалось его потомков и что “семя авраамово” - это Израиль. Поразительно другое. По-видимому, новообращенные христиане вообще не читали Пятикнижия, коль, ссылаясь на него, можно было утверждать совсем не то, что там сказано. Ибо именно о потомках сказано в тех частях Торы, на которые ссылается Павел. Вот они: “И явился Вечносущий Авраму и сказал: потомству твоему отдам Я землю сию” (Береш.-Быт. 12:7). “И вывел его наружу и сказал: посмотри на небо и сосчитай звезды, если ты можешь счесть их. И сказал ему: столько будет у тебя потомков” (Береш.-Быт.15:5). И если древнееврейское слово “зера” означает и потомство и семя (в том же смысловом значении), то сравнение со звездами ясно указывает, что речь идет о множестве потомков. Да и, в конце концов, если Иисус из Назарета есть всего лишь семя авраамово, к чему утверждать, что он бог?

В Послании к Евреям (1:5) Павел, рассуждая о величии Христа, восклицает: ”Ибо кому когда из Ангелов сказал Бог “Ты Сын Мой, Я ныне родил Тебя”? (ссылка на псалом 2:7). И еще: ”Я буду Ему Отцем, и Он будет Мне Сыном” (ссылка на 2-ю книгу Царств 7:14).

Процитирую оба источника, вначале 2-й псалом (по христианской Библии):

“Зачем мятутся народы, и племена замышляют тщетное?

Восстают цари земли, и князья совещаются вместе против Господа и против помазанника Его.

“Раcторгнем узы их, и свергнем с себя оковы их”.

Живущий на небесах посмеется, Господь поругается им.

Тогда скажет им во гневе Своем, и яростию Своею приведет их в смятение: “Я помазал царя Моего над Сионом, святою горою Моею;

Возвещу определение: Господь сказал мне: ты — сын Мой; Я ныне родил тебя;

Проси у Меня, и дам народы в наследие тебе, и пределы земли во владение тебе; ты поразишь их жезлом железным; сокрушишь их, как сосуд горшечника” (2:1-9).


Обращение к Вселенской Церкви: "отпусти народ Мой!"
Гибнет народ от недостатка ведения...
 
ГалилеянкаОтправлено в: Среда, 09 Декабря 2009, 15:00 | Сообщение № 6

Администратор
Сообщений: 5457
C нами с 01 Июня 2006
Откуда: Израиль
Статус: Отсутствует
5. Мораль Христа и мораль христианства

В Новом завете прослеживаются различные источники морали, и не будет преувеличением сказать: моральные предписания христианства базируются на компиляциях. Здесь ощущается дыхание буддизма, влияние философов-стоиков, здесь отчетливо видна мораль иудаизма эпохи Второго храма, которая основывается с одной стороны на справедливых и милосердных требованиях Торы, а с другой – на творчестве книжников-писцов и фарисеев, пытающихся ослабить эти требования, приспособить их к запросам эпохи и к интересам власть имущих. Влияние мозаизма (вспомним, что этим термином обозначается разъяснение Торы пророком Моше) также очевидно. Иисус, еще полностью не порвал с Законом – это сделали впоследствии его приверженцы. Иисус еще сохраняет глубокое уважение к моральным требованиям Торы. В ответ на слова некоего юноши: “Учитель Благий! Что сделать мне доброго, чтобы иметь жизнь вечную?” – Иисус, отнюдь не считавший себя божеством, сказал: “что ты называешь меня благим? Никто не благ как только один Бог. Если хочешь войти в жизнь вечную, соблюди заповеди”. Далее Иисус перечисляет те мицвот, которые изложены в Торе, в книгах Шемот (Исход), Ваикра (Левит), Дварим (Второзаконие): не убивай, не прелюбодействуй, не кради, не лжесвидетельствуй, почитай отца и мать, люби ближнего твоего как самого себя. Правда вслед за этим он предлагает юноше продать имение и раздать деньги бедным. Это трудно выполнимое требование лежит уже за пределами Синайского Закона. Синайское Учение требует активной помощи неимущим, освобождения раба-еврея после шести лет служения, оно требует предоставления убежища любому беглому рабу (независимо от его национальности) и запрещает возвращать этого раба рабовладельцу, оно обязывает любить ближнего и пришлого инородца как самого себя, запрещает ростовщичество, предписывает оставлять на полях и в садах, в виноградниках и оливковых рощах «недожинки» и «недобирки» для всех неимущих, прощать долги на исходе седьмого (субботнего) года, но требования о полном отказе от имущества в Торе нет. Содержащийся в евангелии призыв: “Просящему у тебя дай, и от хотящего у тебя занять не отвращайся” (Матф. 5:42) позаимствован из Второзакония (15: 7-8), но о шемите – прощении невыплаченных долгов на исходе седьмого, субботнего года, о чем говорится в той же главе книги Дварим-Второзаконие (15: 1-2, 9), в евангелии ничего не сказано. Это, конечно, не случайно: к моменту написания евангелий шемита (прощение долгов) была фактически упразднена влиятельным таннаем первого поколения Гилелем, который заменил ее прозболом – юридической фикцией, позаимствованной у греков.

В ответ на вопрос фарисея, какая наибольшая заповедь в Законе, Иисус отвечает: “Возлюби Господа Бога твоего всем сердцем твоим, и всею душою твоею, и всем разумением твоим”; Сия есть первая и наибольшая заповедь; вторая же, подобная ей: “возлюби ближнего твоего, как самого себя” (Матф. 22: 36 – 39), речь идет, как видим, о заповедях Торы (Дварим-Второзаконие и Ваикра-Левит). В самом раннем евангелии – от Марка, эта заповедь начинается словами: “Слушай, Израиль, Господь Бог наш есть Господь Единый”, далее следуют слова о любви ко Всевышнему, изложенные выше. В данном случае (Марк 12: 29-30) повторяются почти дословно слова пророка Моше (Второз. 6: 4-5). Хотя евангелие от Марка почти целиком вошло в евангелия от Матфея и от Луки, слова “Слушай, Израиль, Господь наш есть Господь Единый” в них опущены, едва ли это случайность. Мировоззрение иудео-христиан все дальше уходило от великой правды Синайской Торы, все больше объязычивалось; и слова о единстве представлялись уже сомнительными.

Хотя Иисус сурово обличает поведение фарисеев и даже их приверженность “преданию” (Матф. 23), он все же предписывает своим апостолам и ученикам придерживаться фарисейского учения. “На Моисеевом седалище сели книжники и фарисеи; итак, все, что они велят вам соблюдать, соблюдайте и делайте; по делам же их не поступайте, ибо они говорят, и не делают” (Матф. 23: 2-3). “Ибо, говорю вам, если праведность ваша не превзойдет праведности книжников и фарисеев, то вы не войдете в Царство Небесное” (Матф. 5: 20). Некоторые моральные требования аналогичны у фарисеев и у Иисуса. Приведу примеры. Евангелие запрещает обеты (Матф. 5: 34-37); слова Иисуса «но да будет слово ваше “да, да” и “нет, нет”, а что сверх того, то от лукавого»” (Матф. 5:37) почти полностью совпадают со словами Талмуда: «пусть твое “да” будет “да”, а твое “нет” -”нет”» (Бава Мециа, 49а); “не клянись”, “кто не дает обета, выше того, кто дал обет и исполнил”, “дающий обет – грешник” (цитир. по русскому переводу Талмуда Н. Переферковича, т. 3, стр. 182). Еще один пример: “Я говорю вам, что всякий гневающийся на брата своего напрасно подлежит суду, кто же скажет брату своему “рака” (пустой человек) подлежит синедриону, а кто скажет “безумный” подлежит геене огненной’’ (Матф. 5:22). Нечто подобное говорили и талмудические “хахамы”: словесное оскорбление влечет за собой лишение удела в загробной жизни.

Следующее изречение характеризует отношение Христа к труду: “Посему говорю вам: не заботьтесь для души вашей, что вам есть и что пить, ни для тела вашего, во что одеться... Взгляните на птиц небесных: они не сеют, ни жнут, ни собирают в житницы; и Отец ваш Небесный питает их. Вы ли не гораздо лучше их?” (Матф. 6:25-26). Сопоставим это со следующим талмудическим высказыванием: “Рабби Симон, сын Элазара, говорит: “Видел ли ты когда-нибудь, чтобы зверь или птица занимались ремеслом? А между тем, они живут безбедно; почему же я не живу безбедно, если они созданы, чтобы служить мне, а я создан, чтобы служить Создателю моему? Но это от того, что я поступаю дурно и тем уменьшаю свое содержание” (цитир. По Переферковичу. Талмуд. Мишна и Тосефта, т.З, стр.423). Поскольку Талмуд был оформлен и записан уже после возникновения христианства, прямые заимствования из него исключаются. Но в фундаменте Мишны и Талмуда (Гемары) лежит устное учение книжников-писцов и фарисеев, которое старше христианства. По-видимому, и авторы евангелий и талмудисты пользовались одним и тем же источником – этим устным учением.

Иное дело, отношение к труду в книгах ТАНАХа. Сравним изречение Христа и высказывание рабби Симона со словами Притч, отражающими отношение к труду человека, исповедующего Синайский Закон: “Пойди к муравью, ленивец, посмотри на действия его, и будь мудрым. Нет у него ни начальника, ни приставника, ни повелителя. Но он заготовляет летом хлеб свой, собирает во время жатвы пищу свою”; “С зимы ленивый не пашет: будет он просить во время жатвы – и нет ” (Притчи 6:6-8; 20:4). Синайское Учение не считает труд чем-то ненужным и даже предосудительным, чем-то противоречащим упованию на Бога. Труд – естественное состояние и обязанность человека. Всевышний, создав человека, наделил его разумом и способностью к труду. Иное дело, что человек, исповедующий Синайское Учение, уповает на помощь Бога, надеется, что Всевышний даст дождь в нужное время, благословит землю и труд (”Я дам дождь земле вашей ранний и поздний, и будешь собирать хлеб твой, и вино твое, и елей твой”), но вспахать и засеять поле должен ты сам. Нельзя, подобно “птицам небесным” не сеять, не жать, подобно лилиям, не заботиться об одежде, не думать о завтрашнем дне. Разумеется, это антисоциальные и опасные для общества поучения Христа впоследствии были соответствующим образом истолкованы, дабы приблизить их к реальной жизни, но не являются ли для христианина слова Иисуса более авторитетными, чем слова богословов?

Еще один пример близости христовой и фарисейской морали. Иисус поучает: “Итак, во всем, как хотите, чтобы с вами поступали люди, так поступайте и вы с ними, ибо в этом закон и пророки” (Матф. 7:12). Эта сентенция близка к изречению Гилеля Вавилонянина: “Что тебе неприятно, того не делай ближнему, в этом сущность всей Торы; все остальное только комментарий”. Поучение Гилеля не оригинально, за 5 веков до него то же самое говорил Конфуций. В книге “Луньюй” (”Беседы и суждения”) сказано: “[Ученик] Цзы Гун спросил учителя: “Можно ли одним предложением выразить правило, которому необходимо следовать всю жизнь?” Учитель ответил: “Можно. Чего не желаешь себе, того не делай и другим” (глава “Лин Вэй Гун”). Гилель, таким образом, лишь повторил то, чему задолго до него учил Конфуций. Заметим, что в изречении Гилеля (которое сводится всего лишь к принципу «не вреди») содержится упрощение и грубая ошибка. Тора учит не этому. Мало не причинять ближнему того, что “неприятно”, надо еще любить его как самого себя, помогать ему, делать ему добро, а также увещевать, удерживая его от греха. Иными словами, надо радеть о нем как о самом себе и, в частности, заботиться о его моральном облике. Кроме того, надо соблюдать и все прочие заповеди, законы и предписания Синайской Торы, причем все эти добрые дела должны иметь в своей основе страх Божий, любовь к Нему и благоговение перед Его волей. Но сколь бы не был несовершенен принцип Гилеля “Что тебе неприятно, того не делай ближнему”, сентенция Иисуса (получившая название “золотого правила“): “Как хотите, чтобы с вами поступали люди, так и вы поступайте с ними”, при всей своей внешней привлекательности попросту опасна, ибо она обязывает христианина то, что он считает благом для себя, делать и другим, не спрашивая на то их согласия, например, побуждать их к крещению и даже насильственно крестить (в том числе и детей). Гилелевский (точнее, конфуцианский) принцип «не делай», по крайне мере, такой опасности не содержит.

Христианству чуждо правосудие. Призыв Иисуса: “Не судите и не судимы будете“ (Матф. 7:1-2) противоположен требованию Торы “увещевай ближнего твоего и не понесешь за него греха” [то есть грех берешь ты на себя, если не увещеваешь ближнего] (Ваик.-Левит 19:17).

Важная моральная установка христианства - непротивление злу, она нашла свое выражение в следующих словах: «Вы слышали что сказано “око за око, и зуб за зуб”. А Я говорю вам: не противься злому. Но кто ударит тебя в правую щеку твою, обрати к нему и другую; и кто захочет судиться с тобою и взять у тебя рубашку, отдай ему и верхнюю одежду; и кто принудит тебя идти с ним одно поприще, иди с ним два”» (Матф. 5:38-41).

В Синайском Законе повеления “не противься злому” нет (это, кстати, противоречит и человеческой натуре). Непротивление злу весьма импонирует насильникам и является тяжелым бременем для беззащитных членов общества. Эта идея свойственна буддизму, отсюда она проникла в античный мир и была ассимилирована зарождающимся христианством. Что можно сказать по поводу призыва “не противься злому”? Во-первых, Иисус не понимал смысла выражения “око за око, зуб за зуб”. Вопреки мнению галилейского мистика, эта формулировка отнюдь не представляет собой призыв к пострадавшему в отместку за выбитый зуб выбить зуб у обидчика. Богооткровенный Закон категорически запрещает месть: ”Не мсти и не храни злобы на сынов народа твоего, а люби ближнего твоего как самого себя” (Ваик.-Левит 19:18). Об этом же толкуют и Притчи: «Не скажи: ”Как он поступил со мною, так и я поступлю с ним, воздам человеку по делам его”» (24: 29). Или: ”Если голоден враг твой — накорми его хлебом; и если он жаждет, напои его водою; ибо горящие угли собираешь ты на голову его, и Вечносущий воздаст тебе” (25: 21-22). Итак, не мсти, а отвечай на зло добром, разбуди в сознании врага твоего “горящие угли” (то есть раскаяние). Таков моральный принцип Синайского Закона. Что же касается формулы “око за око, зуб за зуб”, - речь здесь идет о нормах судебного права, о талионе: судебное воздаяние должно быть адекватным, то есть по тяжести равным совершенному преступлению. Суд не должен быть ни жестоким, ни милосердным, он должен быть справедливым.

Таким образом, Синайский Закон запрещает месть и предписывает творить добро своему личному врагу, но это вовсе не аналогично призыву “не противься злому”. Бьют по щеке (в прямом и переносном смысле) слабого, грабят – бедного и беззащитного, и жестоко требовать от слабого подставлять щеку, а от бедняка – поощрять грабителя к дальнейшему грабежу; “подставление щеки” отнюдь не остановит злодея, а лишь даст ему повод для нового удара. Непротивление злу – это жестокость по отношению к слабым и, с другой стороны, это искушение для обидчиков, ибо “подставление щеки” поощряет их продолжать свои лихие дела. Трогательный призыв “не противься злому” на самом деле далек от добродетели и праведности. Раскаяние у личного врага надо вызвать, делая ему добро, помогая в трудную минуту, а также увещевая, но не подставляя щеку для нового удара.

В связи с этим целесообразно процитировать еще одно высказывание Христа, которое свидетельствует, что он не понимал смысла некоторых повелений Синайского Закона. Иисус говорит: “Вы слышали, что сказано “люби ближнего твоего и ненавидь врага твоего” (Матф. 5:43). По сему случаю богословами — редакторами евангелия делается ссылка на книгу Левит (19:17-18). На самом деле там сказано совсем другое: “Не питай к брату твоему ненависти в сердце твоем; ты увещевай ближнего твоего и не понесешь за него греха. Не мсти и не храни злобы на сынов народа твоего, а люби ближнего твоего как самого себя; Я Вечносущий [повелеваю тебе это]” В другом месте (Левит 19:34) говорится об обязанности любить также пришлого инородца, как самого себя. Где же “ненавидь врага твоего”? И в Пятикнижии, и в Притчах, и в Книге Иова осуждается недоброжелательство и месть личному врагу. Попытка приписать Торе повеление ненавидеть “врага твоего” - следствие вопиющей некомпетентности “богочеловека“ Иисуса, если не считать это заведомой инсинуацией.

Важный аспект христианской морали – отношение к инородцу. Вопрос этот решается по-разному Иисусом и ап. Павлом. “Сих двенадцать послал Иисус и заповедал им, говоря: на путь к язычникам не ходите и в город Самарянский не входите. А идите наипаче к погибшим овцам дома Израилева. Ходя же проповедуйте, что приблизилось Царство Небесное" (Матф. 10:1-7). “Не хорошо взять хлеб у детей и бросить псам” (Матф. 15:26). Своим ученикам апостолам Иисус обещает: “...когда сядет Сын Человеческий на престоле славы Своей, сядете и вы на двенадцати престолах судить двенадцать колен Израилевых” (Матф. 19:28; Лука 22:30). Как видим Иисус весьма далек от космополитизма и универсализма, его мировоззрение можно с достаточным основанием считать “религиозным национализмом“, что вполне объяснимо: Иудея была подвластна Риму и тяготилась гнетом чужеземцев; отношения с самаритянами и другими народами, населявшими Иудею, тоже были недружелюбными. Иисус возражает даже против прозелитизма, предназначая свое еретическое учение только евреям: «Не давайте святыни псам и не бросайте жемчуга вашего перед свиньями, чтоб они не попрали его ногами своими и, обратившись, не растерзали вас» (Матф. 7:6). “Я послан только к погибшим овцам дома Израилева”, - восклицает Христос (Матф. 15:24) Лишь когда христианство перестало быть иудейской сектой и начало распространяться среди язычников оно обогатилось идеей ложного универсализма. Это нашло свое отражение в словах Павла: ”...нет ни Еллина, ни Иудея, ни обрезания, ни необрезания, варвара, Скифа, раба, свободного, но все и во всем Христос” (Колос. 3:11), Эта идея не является оригинальной, она позаимствована у античных философов-стоиков, которые учили (правда лишь на словах), что “нет более ни афинянина, ни коринфянина, ни эллина, ни варвара – все люди – братья” (Энцикл. словарь Брокгауза-Ефрона, т. 31а, стр. 676). Но если у стоиков братство не связано с причастностью к определенной религии, то у Павла это обусловлено принадлежностью к христианству. На смену этническому национализму Иисуса Назарянина пришла религиозная нетерпимость Павла.

Особого рассмотрения заслуживает отношение Христа и апостолов к браку. Иисус – убежденный противник разводов, что не по душе его ученикам. “Говорят Ему ученики Его: если такова обязанность человека к жене, то лучше не жениться. Он же сказал им: не все вмещают слово сие, но кому дано. Ибо есть скопцы, которые из чрева матернего родились так; и есть скопцы, которые оскоплены от людей, и есть скопцы, которые сделали себя сами скопцами для Царства Небесного. Кто может вместить, да вместит” (Матф. 19:10-11). Итак, кто может оскопить себя для Царства Небесного, да свершит сие. По-видимому, эта сентенция стала причиной возникновения изуверской секты скопцов. Отрицательное отношение к браку можно видеть и в учении ап. Павла. Его послания не содержат категорического запрещения брака, но предпочтение отдается безбрачию. “Безбрачным же и вдовам говорю: хорошо им оставаться как я. Но если не могут воздержаться, то пусть вступают в брак; ибо лучше вступить в брак, нежели разжигаться” (1-е Кор. 7: 8-9). “По настоящей нужде за лучшее признаю, что хорошо человеку оставаться так”, - говорит Павел, имея в виду воздержание от брака (1-е Кор. 7:26). “Но кто непоколебимо тверд в сердце своем и, не будучи стесняем нуждой, но будучи властен в своей воле, решился в сердце своем соблюдать свою деву, - тот хорошо поступает. Посему выдающий замуж свою девицу поступает хорошо, а не выдающий поступает лучше” (1-е Кор. 7:37-38, выделено в тексте Нового завета). Итак, и Иисусом и апостолами вступление в брак рассматривается не как благо, не как естественное состояние человека, но как уступка человеческим слабостям. Такая установка антигуманна и, по-существу, безбожна, как и всякое отступление от естества, предустановленного Богом при творении. Отказ от брака – это зло, основа разврата и половых извращений.

Имеется существенная разница между отношением к рабству Синайского Закона и Нового завета. Синайский Закон не одобряет рабства и нигде не обязывает раба самоотверженно трудиться на господина. Фактически Тора признает право раба покинуть жестокого владыку и обязывает каждого израильтянина дать убежище беглому рабу: “Не выдавай раба господину его, когда он спасается к тебе от господина своего. У тебя пусть останется он, в среде твоей, на месте, которое он выберет в каком-либо из ворот твоих, где ему угодно, не обижай его“ (Двар.-Второз. 23:16-17). Апостолы же то и дело призывают рабов к покорности и усердному труду на господ. В 1-м послании к Тимофею (6:1-2) сказано: “Рабы, под игом находящиеся, должны почитать господ своих достойными всякой чести, дабы не было хулы на имя Божие и учение. Те, которые имеют господами верных, не должны обращаться с ними небрежно, потому что они братья; но тем более должны служить им, что они верные и возлюбленные и благодетельствуют им. Учи сему и увещевай”. В другом месте Павел пишет: “Рабы, повинуйтесь господам (своим) по плоти со страхом и трепетом, в простоте сердца вашего, как Христу, не с видимой (только) услужливостью, как человекоугодники, но как рабы Христовы, исполняя волю Божию от души, служа с усердием, как Господу, а не (как) человекам” (Ефес. 6:5-7), Во всех этих случаях редакторских ссылок на “Ветхий” Завет нет. Но в том единственном случае, где Павел, наконец, решился обратиться и к владыкам: “И вы, господа, поступайте с ними так же, умеряя строгость...” (Ефес. 6:9), - там уже имеются ссылки на Второзаконие, Вторую книгу Царств и Книгу Иова. Интересно отношение к этому вопросу самого Иисуса Христа: «Кто из вас, имея раба пашущего или пасущего, по возвращении его с поля, скажет ему: “пойди скорее, садись за стол”? Напротив, не скажет ли ему: “приготовь мне поужинать и, подпоясавшись, служи мне, пока буду есть и пить, и потом ешь и пей сам”? Станет ли он благодарить раба сего за то, что он исполнил приказание? Не думаю. Так и вы, когда исполните все повеленное вам, говорите: ”мы рабы ничего не стоящие, потому что сделали, что должны были сделать”» (Лука 17:7-10). Как видим, это поучение исходит из твердого убеждения, что господин имеет право быть жестоким по отношению к рабу, что эта жестокость является нормальным явлением и не подлежит осуждению. Более того, это приводится как обоснование, что раб не заслуживает даже благодарности господина. Можно себе представить негодование израильского пророка по поводу подобной жестокости к измученному рабу, который после тяжелого, изнурительного трудового дня, голодный и усталый, должен прислуживать своему праздному господину, не имея права даже на словесную благодарность. Иисус же не только не осуждает этого, но считает это нормой, он рекомендует своим ученикам уподобляться этому рабу и при этом считать, что так и должно быть: “мы рабы ничего не стоящие, потому что сделали то, что должны были сделать”. А вот поучение ап. Петра, толкующее о том же: “Слуги, со всяким страхом повинуйтесь господам, не только добрым и кротким, но и суровым. Ибо то угодно (Богу), если кто, помышляя о Боге, переносит скорби, страдая несправедливо. Ибо что за похвала, если вы терпите, когда вас бьют за проступки? Но если, делая добро и страдая, терпите, это угодно Богу. Ибо вы к тому призваны; потому что и Христос пострадал за нас, оставив нам пример, дабы мы шли по следам Его” (1-е Петра 2:18-21). Это требование (очень удобное для тиранов и жестокое по отношению к слабым и обездоленным) не только несправедливо и бесчеловечно, но и противоречит логике. Выходит, галилейский “мессия” - Иисус принял муки и умер для того, чтобы страдали и другие, не для блага своих последователей, а для того, чтобы они безропотно переносили побои и унижения, причем не за проступки (это у ап. Петра понимается как само собой разумеющееся), а незаслуженно, по прихоти господина. Ни сострадания к слабым и обездоленным, ни чувства справедливости, ни ума! Такую установку можно охарактеризовать как призыв к страданиям.

Еще одна особенность христианской морали – взгляд на грех как на необходимое условие спасения. Вспомним притчу о блудном сыне, вспомним притчу о потерянной овце. В самих притчах нет ничего дурного, грешнику не закрыт путь к исправлению. Предосудителен вывод: “Сказываю вам, что так на небесах более радости будет об одном грешнике кающемся, нежели о девяноста девяти праведниках, не имеющих нужды в покаянии” (Лука 15:7). Какой же вывод можно сделать из этого? Разве не тот, который христианский простолюдин выразил в поговорке: “Не согрешишь – не покаешься, не покаешься – не спасешься”? Разве это не призыв грешить? Разве это не стимул творить зло? Ведь во сто раз лучше быть кающимся грешником, чем праведником, не имеющим нужды в покаянии! Как же не грешить? Синайское Учение не знает подобных, порочных и не совместимых со справедливостью парадоксов.

Весьма сомнительно в нравственном отношении и такое поучение Христа: “И Я говорю вам: приобретайте себе друзей богатством неправедным, чтобы они, когда обнищаете, приняли вас в вечные обители” (Лука 16:9). А может лучше избегать неправедного богатства, не иметь его вовсе? А притча о бедном Лазаре и о богаче наводит на мысль, что бедность – сама по себе добродетель, а богатство – само по себе грех. Синайский Закон не осуждает тех, кто имеет достаток, нажитый праведным путем, и, с другой стороны, не отождествляет бедность с добродетелью. Тора лишь осуждает равнодушие к ближнему, требует активной помощи бедняку, сострадания и милосердия. Как все притчи Иисуса, сказ о богаче и бедном Лазаре занимателен, но весьма далек от мудрости. Предосудительно и жестоко следующее откровение Христа: “Не думайте, что Я пришел принести мир на землю; не мир пришел Я принести, но меч. Ибо Я пришел разделить человека с отцом его, и дочь с матерью ее, и невестку со свекровью ее. И враги человеку – домашние его. Кто любит отца или мать более, нежели Меня, недостоин Меня; и кто любит сына или дочь более, нежели Меня, не достоин Меня“ (Матф. 10: 34-37). “Если кто приходит ко Мне, и не возненавидит отца своего и матери, и жены и детей, и братьев и сестер, а притом и самой жизни своей, тот не может быть Моим учеником” (Лука 14:26). По существу это призыв к нарушению заповеди «Чти отца твоего и мать твою, как повелел тебе Вечносущий, Бог твой» и Божия веления «Люби ближнего твоего, как самого себя». А афоризм Христа «Кто не со Мною, тот против Меня» (Лука 11: 23) послужил образчиком для лозунга тиранов: «Кто не с нами, тот против нас». Точно так же догматическим обоснованием для аутодафе (что означает «акт веры») для сожжения на кострах марранов и прочих отступников от христианства явилось изречение: «Кто не пребудет во Мне, извергнется вон, как ветвь, и засохнет, а такие ветви собирают и бросают в огонь, и они сгорают» (Иоан. 15: 6).


Обращение к Вселенской Церкви: "отпусти народ Мой!"
Гибнет народ от недостатка ведения...
 
ГалилеянкаОтправлено в: Среда, 09 Декабря 2009, 15:00 | Сообщение № 7

Администратор
Сообщений: 5457
C нами с 01 Июня 2006
Откуда: Израиль
Статус: Отсутствует
6. Догмат искупления и учение о благодати

Догматическую основу христианства составляют вера в искупление человечества смертью Иисуса Христа и учение о благодати (благодать – награда за эту веру). Идея искупления основана на предании об искушении Евы змием и вкушении первыми людьми плода с древа познания, что навлекло проклятие на род человеческий. Наличие противоречий в первых книгах Бытия, сходство с общесемитскими мифами, легенда о говорящем змее, который был “хитрее всех зверей полевых” и уговорил Еву съесть запретный плод («будете как боги, знающие добро и зло»), за что и был осужден: “проклят ты из всех скотов и из всех зверей полевых; на чреве твоем будешь ходить и прах будешь есть во все дни жизни твоей” (как видим, "змий" – не какое-то сверхъестественное существо, а один из скотов и зверей; что же касается представления о том, что змеи питаются прахом земным, оно встречается не только у семитов, но и у просвещенных греков и римлян). Выражение “вот Адам стал как один из нас” (то есть как один из богов), слова “и увидели сыны богов (бней hа-элоhим) дочерей человеческих, что красивы они и брали себе жен, каких выбирали” (Бытие 3:1,5,14,22; 6:2), - все это подчеркивает мифологический характер первых глав книги Бытия. По-видимому, именно к этим фрагментам относятся слова пророка Иеремии о “лживом пере писцов”, осквернившем Тору ложью (8:8). Мир несомненно сотворен Богом, об этом сказано в Священном Писании, но мы не можем знать, каким образом это было осуществлено, и мы не должны стремиться к подобному познанию, как сказано: “Сокрытое – это Вечносущему, Богу нашему, открытое же нам и сынам нашим навечно чтобы исполнять все слова учения сего” (т.е. данной на все времена и для всех поколений Синайской Торы) (Дварим-Второзаконие 29:28). Если даже считать предание о Еве, змее и «запретном плоде» достоверным, та же 3-я книга Бытия указывает, какое наказание должно было последовать за совершенный проступок: потеря бессмертия, труд в поте лица для мужчин, родовые страдания для женщин. Но коль скоро человечество уже понесло наказание, нет необходимости в дополнительных жертвах. Кроме того, согласно книге Бытия над потомками Ноя пребывает уже не проклятие, а благословение Божие: “И благословил Бог Ноя и сынов его и сказал им: плодитесь и размножайтесь и наполняйте землю” (Берешит-Бытие. 9:1). И, наконец, если все же для искупления этой вины принесен в жертву Христос, почему не упразднены последствия этого греха? В самом деле, христианские богословы утверждают (цитирую Энциклопедический словарь Брокгауза-Ефрона, т. 25, стр. 370), что “хотя Он [Христос] страдал один за весь род человеческий, но так как Он лицо Божеское, с которым не могут сравниться не только люди, но и весь мир в своей совокупности, то Его страдания и смерть составляют жертву не только вполне удовлетворяющую Божию правосудию, но и преизбыточествующую...”. Но в этом случае люди должны стать вновь бессмертными, женщинам не должно быть больно рожать и т.д. И вообще весь род людской должен был преобразиться.

Попытаемся отыскать исторические корни “основного догмата’’, а также рассмотреть моральные аспекты доктрины об искуплении. Прообраз догмата об искуплении мы находим в греческих мистериях, где главными моментами были изображения страданий, умирания и воскресения богов, а также доктрина о врожденной греховности человека, о том, что “человек весь в грехе от рождения, и чтобы жить вечно, он должен очиститься милостью богов и приобщиться к их вечной жизни” (История религии. Изд. «Мысль», М. 1909. стр. 63). Языческое учение о врожденной греховности, представление об умирании и воскресении божества (например, Диониса), стремление освободиться от врожденной греховности милостью богов и приобщением к ним, - здесь, несомненно, прообразы христианских догматов об искуплении и о благодати.

Синайское Учение (если не прибегать к грубой фальсификации, к “святой лжи”) не дает оснований для христологических спекуляций. Иное дело, иудейская мистика, несомненно, находившаяся под языческим воздействием. В качестве примера можно привести апокриф Эзра II и Апокалипсис Баруха, где толкуется о “небесном Иерусалиме”, о том, что “воскреснут все умершие с верой в Мессию”. Здесь содержится своя, отличная от 3-й книги Бытия, оценка последствий “первородного греха”, весьма близкая к той, которую впоследствии стали проповедовать христианские богословы и отцы церкви. Цитирую по статье “Баруха Апокалипсис“ (Е.Э. Брокг.-Ефр., т.3): “0 Адам, что ты сделал всем тем, которые происходят от тебя? И что нужно сказать о первой Еве, которая послушалась змея, так, что вся эта большая толпа идет к гибели, и тем, которых огонь пожирает, нет числа”. Согласно Апокалипсису Баруха осуществится воскресение мертвых, умершие “воскреснут в том же телесном виде, в каком они умерли, дабы узнали их живые, убедились, что воскресение мертвых совершилось. Но потом соблюдавшие закон праведники преобразуются и примут вид ангелов, живых существ, что под престолом, или звезд, нечестивцы же, пренебрегавшие законом будут иметь вид страшных чудовищ” Здесь – прообраз христианского учения о последствиях “первородного греха”, а также вариант учения о воскресении мертвых (это учение позаимствовано иудейскими мистиками из Авесты, священной книги древних персов, исповедовавших зороастризм).

В самой идее спасения ценой страданий и смерти Иисуса (даже не “богочеловека”, а просто человека) содержится грубое отступление от морали Синайского Учения. Идея эта неправедна, эгоистична, несправедлива, жестока. Вопреки тому, что говорят христианские богословы (см. выше цитату из Энцикл. словаря Брокгауза-Ефрона), здесь нет правосудия. Правосудие предусматривает наказание виновного и исключает наказание безвинного. Невиновный не должен страдать, дабы преступные и ленивые к добродетели наслаждались благополучием, купленным ценой его страданий. Путь к спасению – не жертвоприношения, а добрые дела, исполнение заповедей и установлений, данных Единым, Истинным Богом и изложенных в Синайском 3аконе. “Лишь бы слушался ты голоса Вечносущего, Бога твоего, соблюдая все заповеди Его, которые я заповедаю тебе ныне, дабы делать угодное пред очами Вечносущего, Бога твоего” (Дварим-Второзаконие 13:19). Жертвоприношения, о которых пишется в Пятикнижии, имели символическое значение, они не искупали никаких преступлений и серьезных проступков.

Новый завет рассматривает Иисуса Христа как некое подобие жертвы, искупительной, очистительной и даже пасхальной:

“Но пришедши к Иисусу, как увидели Его уже умершим, не перебили у Него голеней... Ибо сие произошло, да сбудется Писание: “кость Его да не сокрушится” (Иоан. 19:33, 36). Евангелие содержит редакторскую ссылку на книгу Исхода (12:46), где речь идет о пасхальной жертве и где сказано: “костей ее не сокрушайте”. Удивительно, что христианские богословы упорно не замечают абсурдность сказанного в евангелии от Иоанна. О том, что кровь Иисуса очищает от всякого греха, говорится в 1-м послании Иоанна, об искуплении “Кровию” Христа говорится в Послании к Колоссянам и в Послании к Ефесянам.

Стремление изобразить иудейского мистика Иисуса из Назарета жертвенным агнцем и обрести себе спасение ценой его страданий и крови видится еврею, исповедующему Богооткровенную Синайскую Тору, нелепым, безнравственным и жестоким. Новый завет гласит: “Ибо если кровь тельцов и козлов и пепел телицы чрез окропление освящает оскверненных, дабы чисто было тело, то кольми паче Кровь Христа, Который Духом Святым принес Себя непорочного Богу, очистит совесть нашу от мертвых дел для служения Богу живому и истинному!” (Евр. 9:13-14). “Да и все почти по закону очищается кровью, и без пролития крови не бывает прощения” (Евр. 9:22). Это типично языческая точка зрения, согласно которой принесение в жертву человека имеет преимущество перед жертвоприношением животного. Точно так же утверждение, что “без пролития крови не бывает прощения”, отражает языческое представление, что главное не добрые дела, а кровавые жертвы.

О необходимости “искупительной крови” пишут многие миссионерские брошюры, в частности, широко распространенная книжица “Жизнь” (“Лэхаим”). Речь идет, разумеется, о крови Иисуса Христа. Автор упомянутой анонимной брошюры цитирует в подкрепление своих слов Пятикнижие: “Потому что душа тела в крови она, и Я разрешил ее вам для жертвенника, на искупление душ ваших; ибо кровь - она душу искупает” (Левит. 17:11). Однако эти слова следует рассматривать в контексте всей главы:

“Дабы сыны израилевы приносили жертвы свои, которые они зарезывают на поле, и представляли Вечносущему у входа шатра соборного к священнику и зарезывали их в жертвы преданности (шеламим) Вечносущему”; “И дабы не приносили более жертв своих демонам, за которыми они блудно ходят” (Ваик.-Левит. 17:5,7). “И всяк из дома израилева и из живущих между ними пришельцев, который есть будет какую-нибудь кровь, то обращу внимание Мое на лице, едящее кровь, и истреблю его из среды народа его. Потому что душа тела – в крови она, и Я разрешил ее вам для жертвенника, на искупление душ ваших, ибо кровь – она душу искупает” (Ваикра-Левит 17:10-11). Из сказанного следует, что жертвоприношение у соборного шатра (а в последующем в Иерусалимском храме) имело целью отучить древних евреев от служения воображаемым демонам и от употребления в пищу крови. Наряду со всесожжениями, праздничными жертвами и жертвами преданности существовала искупительная жертва (”хатат”) за грех, совершенный по неведению, и повинная жертва (”ашам”) за небольшие грехи: сокрытие найденной вещи и присвоение имущества (но даже за эти мелкие проступки предусматривался штраф и материальная компенсация пострадавшему, жертва же имела чисто символическое значение - как знак раскаяния). Все прочие преступления и грехи (убийство, насилие, разврат, кража, идолопоклонство, нарушение субботы и т.д.) не искупались жертвами, а влекли за собой наказание. В качестве жертвы разрешалось, взамен кровавой, приносить бескровную (минху, мучное приношение). Посему слова что “без пролития крови не бывает прощения”, только подчеркивают языческую сущность догмата искупления кровью Христа.

На самом деле, жертвоприношения были уступкой психологии древнего еврея, который не понимал иной формы ритуального служения Богу. Пророки относились к ним скептически Пророк Самуил (Шемуэль), собрав народ для богослужения в Мицпе, прибегнул к бескровной процедуре водоизлияния. Ему же принадлежат слова: “неужели всесожжения и жертвы (столь же) желанны Вечносущему, как послушание гласу Вечносущего? Ведь послушание лучше жертвы, повиновение лучше тука овнов” (I Самуила 15:22). Против подмены праведности жертвами решительно выступал Амос: вместо жертв пусть “правосудие хлынет, как вода, и правда, как неиссякающий поток” (5:24). Против жертвоприношений, поскольку этим обрядом пытались заменить добрые дела, протестовали Исайя (1:11-15), Иеремия (6:20), Осия (5:6). У Амоса мы находим такие слова: “Приносили ли вы Мне жертвы и хлебные приношения в пустыне на протяжении сорока лет, дом израилев?” (5:25), а у Иеремии: “Потому что Я не говорил отцам вашим и не повелел им в день, когда вывел их из земли Египетской, о всесожжениях и жертвах. А вот, что заповедал Я им, сказав: внимайте голосу Моему, и (тогда) Я буду вашим Богом, а вы будете Моим народом; и следуйте по всему тому пути, который Я заповедую вам, чтобы благоденствовать вам” (Иер. 7:22-23). Страх Божий, любовь к Вечносущему и неуклонную верность Ему нельзя подменять жертвоприношениями и молитвами. Подлинная верность Ему – в выполнении Его заповедей и законов из любви к Нему и из страха перед Ним, жертвоприношения же и молитва – лишь символ этой верности. Что же касается человеческих жертвоприношений, они категорически запрещены Синайским Законом: «Не делай так Вечносущему, Богу твоему; ибо все, чего гнушается Вечносущий, что Он ненавидит, делали они божествам своим; ведь даже сыновей своих и дочерей своих сжигают они на огне божествам своим» (12:31)

В отличие от христиан мы, исповедующие Синайское Откровение, верим в Единого, Истинного Бога, Который справедлив и милосерд, Которому нужны добродетели, добрые дела, а не муки мифического “богочеловека”. Наша вера несовместима с недоброй концепцией об искуплении нашей вины чьей-то кровью. Свои проступки и грехи мы должны искупать покаянием, усердием в выполнении заповедей и предписаний Синайского Закона, нашей надеждой на милость Всевышнего, Который, как уже говорилось, требует от нас не жертв, а соблюдения Его заповедей, уставов и законов, ибо Ему угодны добрые дела, а не чьи-то страдания и кровь. И ни в каком спасении (даже не такой жестокой ценой, которую навязывает людям Новый завет) человечество не нуждается. Само понятие трансцендентного “спасения”, равно как и утверждение, что человек грешен от рождения позаимствовано у греческих мистиков.

Уместно задать вопрос, оправдано ли с позиций нравственности спасение всего человечества ценой страданий и смерти отдельного человека (даже простого, а не “божественного”, каким евангелия изображают Иисуса из Назарета)? В “Братьях Карамазовых” устами одного из героев говорится, что вся мировая гармония не стоит слезинки одного-единственного замученного ребенка. Несправедливо это, жестоко, проклятье лежало бы на "гармонии", купленной такой ценой. Разве не то же самое относится и к искуплению ценой мук и смерти несчастного Иисуса? Разумеется, христианские богословы скажут (об этом упоминается и в книге Достоевского), что Христос сам, по своей воле, отдал жизнь для спасения человечества. Но (если даже прислушаться к этим неправедным словам) все-таки худо и порочно то благополучие, которое достигнуто ценой чужих мук и чужой крови. Да и где та гармония, где оно, пресловутое спасение? Смерть Иисуса, как уже говорилось, не устранила даже последствий “первородного греха”. Вымысел это, жестокая легенда, придуманная нищими духом иудео-христианами, зараженными языческой мистикой и нерадивыми к исполнению Синайского Закона. Разумеется, современный христианин, получивший свою религию в наследие и усвоивший ее с молоком матери, не несет вины за своих древних предшественников. Но еврею, свободному от мистицизма и исповедующему чистую Синайскую Тору, рассуждения об искуплении кровью Иисуса представляются не только жестокими, но и крайне циничными

Нравственная несостоятельность догмата об искуплении усугубляется “таинством евхаристии”, верой в то, что хлеб, вкушаемый при причастии, есть христово тело, а вино – его кровь. Сущность и смысл евхаристии изложены в евангелии от Иоанна, автор которого находился под сильным влиянием греческой философии и мистики. Вот что там написано: “Иисус же сказал им: истинно, истинно говорю вам: если не будете есть Плоти Сына Человеческого и пить Крови Его, то не будете иметь в себе жизни. Ядущий Мою Плоть и пиющий Мою Кровь имеет жизнь вечную, и Я воскрешу его в последний день; ибо Плоть Моя истинно есть пища, и Кровь Моя истинно есть питие. Ядущий Мою Плоть и пиющий Мою Кровь пребывает во Мне, и Я в нем” (Иоан. 6: 53- 56). Эта идея – идея евхаристии – несомненно позаимствована у язычников, сходство евхаристии с языческими мистериями признает и христианский автор Б. Мелиоранский, дающий этому весьма своеобразное объяснение, наивное и неискреннее: «если нечто сходное есть в язычестве (надписи на пеленах мумий “он ест бога”, отождествление Диониса с жертвенным животным, которое участники оргий разрывали и съедали, чтобы слиться с существом бога и т.п.), то значит, тут было в язычестве как бы предчувствие истины» (”Очерк христианского вероучения в первые три века существования христианской церкви”, статья “Христианство”, Энц. слов. Брокгауза-Ефрона).

Не все христианские мыслители соглашались понимать слова евангелия от Иоанна буквально. Один из виднейших отцов церкви Августин Блаженный писал: “Иисус Христос заявляет, что если мы не съедим тело сына человеческого, то не спасемся. Кажется, что в данном случае нам повелевают совершить преступление. Следовательно, это метафора, которую мы должны отнести к страсти господа, и при этом с приятностью и пользой для себя отметить в своей памяти, что его тело было распято и испытало муки за нас” (цитир. по Историческому и критическому словарю П. Бейля с сохранением орфографии, М., 1968. Т, 2, стр. 267-268. Курсив мой. – М.Р.). Возможно понимать слова евангелия не буквально, а в духе толкования Августина – меньшее зло, но все же и такая интерпретация не может не вызывать негодования. Как можно “с приятностью и пользой для себя” думать о страданиях и смерти человека, пусть не “божественного”, а обычного и даже весьма грешного? Как можно пользоваться миром и покоем, думая, что этот покой и мир куплены ценой чьих-то страданий? И как можно испытывать при этом не чувство неприятия, а напротив, “приятность” ?

Учение о благодати, о котором нам предстоит поговорить, столь же важно для церкви, как и догмат искупления; оно дополняет этот догмат. Если идея искупления имеет целью придать религиозный смысл страданиям и смерти Иисуса, показать их целесообразность, их благое предначертание, то учение о благодати содержит обещание вознаградить тех, кто поверит в это благое предначертание, в искупительную миссию Христа и в его божественную сущность. Такая вера, согласно учению апостолов (особенно Павла), должна заменить собой Синайский Закон, ибо спасают не дела Закона (т.е. исполнение повелений Истинного Бога), а вера в “божественность” Иисуса. Догмат искупления и учение о благодати морально несостоятельны: здесь нет ни справедливости, ни милосердия, ни интеллектуальной честности, но есть вопиющий антропоцентризм и крайний эгоизм.

Учение о благодати ограничивает свободу воли, так как подразумевает воздействие на человеческую волю и на поведение человека особой “божественной силы”. Благодать, как уже говорилось, - не воздаяние за выполнение Закона (имеется в виду “Ветхий” Завет), а вознаграждение за веру в Иисуса Христа, за признание его богом, то есть за отказ от точного и последовательного соблюдения повелений Истинного Бога, за измену Ему и Его Учению. “Да не будет у тебя иных богов пред лицом Моим”, - гласит вторая заповедь. “Познай же ныне и тверди сердцу твоему, что Вечносущий есть Бог на небе вверху и на земле внизу; нет более” (Двар.-Втор. 4:39). “Усмотрите же ныне, что Я, Я это, и нет богов при Мне” (Двар.-Втор. 32:39). “Так сказал Вечносущий, Царь Израиля и Избавитель его, Вечносущий воинств: Я – первый и Я – последний, и кроме Меня нет Бога” (Ис. 44:6). Таков фундамент Синайской Торы, вечный и неизменный, не допускающий никаких компромиссов, никаких отступлений, никакой двусмысленности. Новый же завет фактически требует отказаться от слов пророка Моше: «Слушай, Израиль! Вечносущий, Бог наш, Вечносущий один», от категорического требования помнить о Его единстве и быть верным только Ему. Новый завет требует признать богом рожденного женщиной, евангелие от Матфея утверждает, что муж Марии Иосиф – прямой потомок царя Давида и, следовательно Иисус, который произошел от “чресл его”, является законным мессией, т.е. помазанником на иудейский престол, и в то же время уверяет, что Мария зачала его не от Иосифа, а от “Святого Духа’’, имеющего облик голубя.

Поскольку христианство выросло на иудейской почве, апостолы, и в частности Павел, вынуждены искусственно увязывать евангелия с “Ветхим” Заветом, не гнушаясь при этом «святой ложью», бесцеремонной фальсификацией. Мы уже видели, что они приписывают Иисусу то, что говорилось о Давиде, Соломоне, Исайе, израильском первосвященнике Иошуа бен-Иоцадаке («Иисусе сыне Иоседекове») и даже о народе Израиля, - все это для того, чтобы “доказать”, что появление «богочеловека» было предсказано “Ветхим” Заветом. Абсурдность и моральная несостоятельность подобных ухищрений очевидна. Язык не поворачивается говорить подобное о Торе, сказать однако надо: для «пророчества» о рождении христианского «бога» понадобилась бы одна-единственная фраза, понятная и ясная всем, эту фразу невозможно заменить сотнями вымученных, ложных толкований “Ветхого” Завета. Такой фразы в Писании нет, и о подобном даже грешно и преступно думать.

Не менее опасно выдвигать на суд разума христианские догматы. Повторим сказанное во 2-й главе: Синайская эмуна не отрицает значения разума, этого высшего блага, дарованного человеку Богом, христианское же учение боится разума. Пророк Моше говорит о заповедях, законах и уставах Синайского Откровения: “Храните же и исполняйте, ибо это мудрость ваша и разум ваш перед глазами народов, которые, лишь услышат о всех этих уставах, скажут: однако народ мудрый и разумный этот народ великий” (Двар-Второз. 4:6). Иное в христианстве. Вновь процитирую Бейля: “Святой Павел... признавал свое учение неясным и считал его несовершенным; он считал также, что в нем ничего нельзя понять, разве только бог ниспошлет духовное разумение; без этого же его учение может прослыть безумным. Он признается, что большая часть людей, обращенных апостолами, были невежественны и принадлежали к низам. Он не вызывал философов на спор, а увещевал верующих быть настороже но отношению к философам и избегать пререканий с этой наукой, погубившей веру у некоторых людей” (П. Бейль. Исторический и критический словарь. М., 1868. Т. 2, стр. 157, орфография сохранена). В подтверждение своих слов Бейль (а он, между прочим, был апологетом христианства) ссылается на 1-е Послание к Коринфянам, Послание к Колоссянам, 1-е Послание к Тимофею.

...Отринь Синайский Закон, ибо он устарел, он - “ветхий”, и отвергни разум, дабы поверить тому, что несовместимо с Богооткровенной Синайской Торой, c ее истиной и моралью; признай что Иисус из Назарета есть бог и признай троицу, уверуй в непорочное зачатие и в то, что Иоанн Креститель есть спустившийся с небес Илия-пророк, поверь, что болезни вызываются бесами, вселяющимися в людей, что хлеб и вино, употребляемые при причастии, есть тело и кровь Иисуса Христа, поверь, что Синайский Закон, данный Самим Богом, дан лишь для того, чтобы человек убедился в несостоятельности и невыполнимости этого Закона, короче говоря, стань язычником, и тогда на тебя сойдет благодать, даруемая не за соблюдение Богооткровенного Закона, а напротив, за отвержение этого закона, за измену Богу, Единому и Истинному. И лишь тогда ты спасешься. Так утверждает Новый завет.

Итак, если человек придерживается только Торы, твердо верит в Истинного Единого Бога и избегает веры в других богов, соблюдает субботу, чтит родителей и соблюдает другие заповеди, если он придерживается повелений и законов, изложенных, в книгах Шемот (Исход), Ваикра (Левит), Бемидбар (Числа) и Дварим (Второзаконие), оставляет на поле и в винограднике часть урожая для неимущих и пришлого инородца, если каждый третий год отдает десятину урожая для неимущего левита, для сироты, вдовы и для иноплеменника, поселившегося в среде Израиля, если он избегает ростовщичества, если прощает бедняку долг на исходе седьмого, субботнего, года, если он дает прибежище беглому рабу и отказывается выдать его жестокому господину, если увещевает ближнего, удерживая его от греха, если отвергает месть и любит ближнего как самого себя, если и пришлого инородца любит как самого себя, если не оскверняется ворожбой и гаданием, стремится к правде и исполняет также многое другое, что повелевает ему Синайский Закон, если он делает это потому, что любит Вечносущего всем сердцем, всею душою, всеми силами своими, как учил тому пророк Моше, если, наконец, свято верит, что только Вечносущий есть Бог, нет более кроме Него (Двар.-Втор. 4:35), - такому человеку, согласно Новому завету, нет спасения, гореть ему в ”геене огненной“. Но если этот человек отвергнет главное, что повелевает Синайский Закон, - верность Вечносущему, если он откажется от слов “нет более кроме Него” и признает богом “Сына Человеческого”, рожденного женщиной, а также благодетельную роль мук и смерти этого “богочеловека” тогда он спасен и ему вовсе не надо соблюдать Синайский Закон, т.е. то, что перечислено выше, ибо над ним - благодать, ибо “человек оправдывается верою, независимо от дел закона” (Римл. 3:28), ибо “верующий в Него (в Христа) не судится, а не верующий уже осужден, потому что не уверовал во имя единородного Сына Божия” (Иоан. 3:18). Разве это справедливо? Разве приемлемо с позиций Богооткровенной Торы, ее праведности и морали?

Здесь уместно вспомнить моральные стимулы Синайской Эмуны с одной стороны и христианства – с другой. Для того, кто исповедует чистую Синайскую Эмуну (а не христианство и не мистический иудаизм), моральным побуждением творить добро является не стремление обрести личное вознаграждение в загробной жизни (о чем в Торе абсолютно ничего не сказано), а любовь к Вечносущему, сознание ответственности перед Ним (страх Божий) и забота о благе народа. Пророк Моше (Моисей) страстно призывал народ верить в единство Вечносущего, любить Его всем сердцем, всею душою и всеми силами своими и передавать эту верность и любовь из поколения в поколение (Дварим-Второзаконие 6:4-9). Он повелел, сделав доброе дело, отдав десятину на нужды бедняков, пришлого-инородца и левита, просить у Вечносущего благословения не для себя, а для народа (Дварим-Второзаконие 26:12-15). Само собой разумеется, что любовь к Богу и верность Ему, включают в себя благоговение перед Его волей, веру в вечность Его закона, стремление неукоснительно выполнять Его повеления и заповеди, ибо это Его повеления и Его заповеди. Вера в праведность Бога исключает возможность отмены Его Закона, Его заповедей и повелений и замены их чем-то другим, исключает также необходимость хитроумных толкований. Законы, заповеди, уставы Истинного Бога просты, понятны разуму и сердцу каждого человека, они не превышают человеческих возможностей, ибо Всевышний милосерд. Справедливость Бога исключает фатализм, ибо если нет свободы воли, если человек обречен делать добро или зло, если он является не свободным существом, а живым роботом, действия которого заранее предопределены, - он не должен отвечать за свои поступки, добрые или злые, он не заслуживает ни награды, ни наказания.

Моральные императивы христианства иные. В основе поведения христианина лежит стремление к личному блаженству в загробном мире. Н. Бердяев, ссылаясь на христианского мыслителя Константина Леонтьева, называет это “трансцендентным эгоизмом”. Как следует из этого, христианин в своей “земной жизни” может быть самоотверженным альтруистом, подвижником, но все это для достижения указанной цели – потустороннего спасения души, блаженства в “будущей жизни”. Правда, в учениях апостолов говорится и о “любви к Богу” (т.е. к христианскому божеству), но эта “любовь” носит странный себялюбивый, беззастенчиво кощунственный характер:

“В том любовь, что не мы возлюбили Бога, но Он возлюбил нас и послал Сына Своего в умилостивление за грехи наши” (1-е Иоан. 4:10);

“Будем любить Его потому что Он прежде возлюбил нас (1-е Иоан. 4:19).

“Но Бог свою любовь к нам доказывает тем, что Христос умер за нас, когда мы были еще грешниками. Посему тем более ныне, будучи оправданы кровию Его спасемся Им от гнева. Ибо если, будучи врагами, мы примирились с Богом смертию Сына Его, то, тем более, примирившись, спасемся жизнию Его” (Римл. 5:8-10).

Под внешней кротостью слащавых слов здесь скрыто жестокое себялюбие эгоистический беспредел. Кроме того, здесь несомненно имеет место (быть может бессознательная) измена Истинному Богу, подмена Его иным богом (“богом-Отцом”), породившим “Сына”, чтобы принести его в жертву самому себе. Особенно четко такая мысль возникает после следующего призыва Павла: “И живите в любви, как и Христос возлюбил нас и предал Себя за нас в приношение и жертву Богу, в благоухание приятное” (Ефес. 5:2).

Тот, кто верит в Единого Бога, Праведного и Милосердного, запретившего человеческие жертвоприношения и осудившего за них языческий мир, не может не понимать, что Павел толкует здесь об ином боге. Повторим еще раз сказанное Истинным Богом устами пророка Его: “Не делай так Вечносущему, Богу твоему, ибо все противное Вечносущему, что Он ненавидит, делали они богам своим; ведь даже сыновей своих и дочерей своих сожигают они на огне богам своим” (Дварим-Второзаконие 12:31). Вечносущий, Бог Авраама, Ицхака и Яакова милостив, Он не дал Аврааму принести в жертву своего сына Ицхака, то есть сделать то, что христианское божество безжалостно и жестоко делает со своим сыном. Наряду с этим нельзя не повторить уже высказанную ранее мысль: стремление обрести спасение “Кровию Христа” (1-е Иоан. 1:7; Римл. 3:24-25; 5:8-10; Ефес. 1:7), жестоко, несправедливо и безнравственно. Путь праведности иной. Пророк Моше (Моисей) восклицал: “Смотри, я предлагаю вам ныне благословение и проклятие: Благословение, если послушаете заповедей Вечносущего, Бога вашего, которые я заповедую вам сегодня. А проклятие, если не послушаете заповедей Вечносущего, Бога вашего, и совратитесь с пути, который Я заповедую вам сегодня, чтобы следовать божествам иным...” (Дварим-Второзаконие 11:27-28). Праведный путь – это безукоризненная верность Единому и Истинному Богу и неукоснительное выполнении Синайского Закона, данного Им навечно.


Обращение к Вселенской Церкви: "отпусти народ Мой!"
Гибнет народ от недостатка ведения...
 
ГалилеянкаОтправлено в: Среда, 09 Декабря 2009, 15:00 | Сообщение № 8

Администратор
Сообщений: 5457
C нами с 01 Июня 2006
Откуда: Израиль
Статус: Отсутствует
7. Апостол Павел сражается с Синайским Законом

Учение о благодати - это, по существу, отрицание Божественной справедливости. Согласно этому учению действия, основанные на свободном выборе добра, исполнение заповедей и законов Торы (то есть выполнение повелений Бога!) не способны спасти человека. Спасение - в страданиях и смерти Христа, в его искупительной жертве, оно должно придти в виде дара небес, в награду за веру в Иисуса, независимо от соблюдения или несоблюдения Закона; Закон же (Тора), напротив, лишь ведет к греху. Таким образом, учение о благодати базируется на антиномианизме (этим термином обозначают враждебное отношение к Синайскиму Закону) - на стремлении упразднить этот Закон, сохранив за ним лишь видимость религиозной реликвии. Выдающуюся роль на этом греховном поприще сыграл ап. Павел - иудей по происхождению и фарисей по воспитанию, по душевному складу и по методу суждений. Павел говорил о себе: "Я иудеянин, родившийся в Тарсе Киликийском, воспитанный в сем городе при ногах Гамалиила, тщательно наставленный в отеческом законе" (Деян. 22:3). Следующий эпизод позволяет оценить норов Павла. Задержанный за распространение христианской ереси и приведенный для разбора в высший суд - синедрион, Павел нашел выход из опасного положения. "Узнав же, Павел, что тут одна часть саддукеев, а другая - фарисеев, возгласил в синедрионе: мужи братия! Я фарисей, сын фарисея; за чаяние воскресения мертвых меня судят. Когда же он сказал это, произошла распря между фарисеями и саддукеями, и собрание разделилось. Ибо саддукеи говорят, что нет ни воскресения, ни Ангела, ни духа, а фарисеи признают и то и другое" (Деян. 23:6-8). В данной ситуации Павел прибегнул к спасительной лжи, ибо задержан он был не за веру в воскресение мертвых, а за проповедь христианства, фарисеем по вере он к этому времени уже не был. Не будучи уже фарисеем по вере, Павел, однако, остался таковым по приемам толкования священных текстов. В соответствии с задачами новой религии он делает все, чтобы унизить, скомпрометировать и в конечном счете, отменить Синайский Закон, в то же время лицемерно уверяя, что он не противник этого закона. Разберем это на конкретных примерах.

"Потому что делами закона не оправдывается пред Ним никакая плоть; ибо законом познается грех, - пишет Павел. - Но ныне, независимо от дел закона, явилась правда Божия, о которой свидетельствуют закон и пророки. Правда Божия чрез веру в Иисуса Христа во всех и на всех верующих; ибо нет различия, потому что все согрешили и лишены славы Божией, получая оправдание даром, по благодати Его, искуплением во Христе Иисусе, которого Бог предложил в жертву умилостивления в Крови Его чрез веру, для показания правды Его в прощении грехов, сделанных прежде... Ибо мы признаем, что человек оправдывается верою, независимо от дел закона" (Римл. 3:20-25, 28). Далее Павел лицемерно восклицает: "Итак, мы уничтожаем закон верою? Никак; но закон утверждаем" (Римл. 3:31). Но это всего лишь уловка, ибо если "делами закона не оправдывается пред Ним никакая плоть" и если оправдание достигается не выполнением Закона, а даром, по благодати, купленной ценой страданий и смерти несчастного Иисуса из Назарета, Закон оказывается упраздненным, он уже не нужен, он уже не у дел. Внушается мысль, что "не делающему, но верующему" "вера его вменяется в праведность" (Римл. 4:5). Более того, провозглашается, что закон играет отрицательную роль: "Ибо закон производит гнев, потому что, где нет закона, нет и преступления" (Римл. 4:15).

Далее в "Послании к Римлянам" следует жестокая альтернатива благоденствию, обещанному Израилю за соблюдение Синайского Закона. Здесь я вынужден повторить ранее приведенную цитату, этот конгломерат павлианского кощунства, эгоизма и жестокости: "Но Бог свою любовь к нам доказывает тем, что Христос умер за нас, когда мы были еще грешниками. Посему тем более ныне, будучи оправданы Кровию Его, спасемся Им от гнева. Ибо, если, будучи врагами, мы примирились с Богом смертию Сына Его, то тем более, примирившись, спасемся жизнию Его" (Римл. 5:8-10). Удивительно, что на протяжении веков христианские богословы не увидели жестокость, безнравственность и безбожную сущность догмата искупления. То, что оказалось недоступным пониманию христианских теологов, осознали десятки тысяч русских тружеников-простолюдинов ("жидовствующих" или "иудействующих") в Тамбовской, Воронежской, Саратовской губерниях, в Области Войска Донского, на Кавказе и т.д., отвергнувших кровавую евангелическую легенду и пришедших к чистой "ветхозаветной" вере: ибо надо исполнять заповеди и законы Богооткровенной Синайской Торы, а не искать для себя спасения в страданиях, крови и смерти несчастного "Мессии" из Назарета.

Вернемся к Павлу. В соответствии с его христологической диалектикой Павел осуждает Закон (т.е. Тору), считая его генератором греха, и в то же время подчеркивает положительную роль греха: благодаря ему явилась благодать: "3акон же пришел после, и таким образом умножилось преступление. А когда умножился грех, стала преизобиловать благодать" (Римл. 5:20). Закон, таким образом, нужен лишь для того, чтобы умножились грехи и преступления, ибо только в этом случае может возникнуть "преизобилование" благодати.

Следуя логике Павла, отвергнув источник греха - закон и обретя "божественную силу" - благодать, новообращенные христиане должны были бы стать безгрешными. Павел и в самом деле внушает эту мысль пастве: "Грех не должен над вами господствовать, ибо вы не под законом, но под благодатию" (Римл. 6:14); "Освободившись же от греха, вы стали рабами праведности" (Римл. 6:18). Вера в благодать, однако, себя не оправдала, исповедники веры христовой, пребывающие "под благодатию", продолжали грешить и в 1-м Послании к Коринфянам Павел вынужден констатировать: "Есть верный слух, что у вас появилось блудодеяние, и притом такое блудодеяние, какого не слышно даже у язычников..." (5:1). Именно потому, что "благодать" оказалась химерой, не способной заменить собой мораль Синайской Торы, церкви пришлось пересмотреть свое отношение к Закону.

Руководствуясь Септуагинтой - древнегреческим переводом Торы, где термин "Тора" заменен словом "закон", авторы Нового завета и отцы церкви, толкуя о "законе", имеют в виду Синайскую Тору. На самом деле Тора, кроме нормативной части - Закона (включающего в себя моральные предписания и ритуал) содержит также Завет - клятвенный союз с Богом (Брит) и Эмуну - эмоциональное и интеллектуальное побуждение быть верным только Вечносущему, любить Его всем сердцем и всею душою. Жить по предписаниям Нового завета невозможно, и современное христианство признает моральные нормы Торы, сохраняя в то же время отрицательное отношение к Завету и к Синайской Эмуне. От нас, евреев, требуют "немногого": признать Иисуса, то есть изменить Вечносущему.

Коснемся еще раз фундаментального софизма Павла, отправной точки его рассуждений: доколе не было закона (Павел имеет в виду Синайский Закон) не было ни грехов ни преступлений. Здесь - подмена понятий: злые дела и лиходейства на самом деле были, но до получения Торы человек был неспособен различать между добром и злом. Синайский Закон был дан не для увеличения грехов и преступлений (утверждать такое может только кощунствующий язычник, каким, по существу, и был Павел), а для того, чтобы научить людей распознавать зло и избегать его; для того, чтобы указать путь верности и преданности Истинному Богу, Который требует от нас нравственной чистоты, честности, справедливости, правосудия, и милосердия. И закон этот, изложенный в Синайском Учении, не содержит ничего непостижимого, ничего скрытого, "эзотерического", он прост, и безусловно выполним, он не превышает человеческих возможностей, ибо Вечносущий, давший нам этот Закон милосерд. Закон понятен человеческому сердцу: слово Закона "в устах твоих оно и в сердце твоем, чтобы исполнять его" (Двар.-Второз. 30:14). Он благороден, этот Закон, велик в своей нравственной основе и простоте, он гласит: благоденствие твоего народа и твое личное благо, в твоих добрых делах, для этого тебе даны заповеди и уставы, указан праведный путь и дана свобода воли, дабы ты сам мог сделать выбор между добром и злом, зная, однако, путь добра, путь, угодный Всевышнему. В Законе этом нет жестокой и бесчестной мысли обрести спасение ценой чьей-то крови и чужих страданий.

Цель Павла - отменить этот Закон и заменить его Новым заветом, с его догматом искупления и учением о благодати, дабы жить "в обновлении духа, а не по ветхой букве" (Римл. 7:6). Этого он пытается достигнуть двумя путями: во-первых, унизив Закон, объявив его подоплекой греха, во-вторых, утверждая, что Закон этот дан вовсе не Богом, а ангелом (см. ниже).

Основная задача "апостола язычников" показать, что Закон не только не в состоянии предотвратить грех, но, напротив, способствует проявлению греха. До Закона грех был мертв, бездеятелен, Закон сделал грех живым. ''Что же скажем, - восклицает Павел, - неужели от закона грех? Никак; но я не иначе узнал грех, как посредством закона, ибо я не понимал бы и пожелания, если бы закон не говорил: "не пожелай". Но грех, взяв повод от заповеди, произвел во мне всякое пожелание; ибо без закона грех мертв. Я жил некогда без закона; но когда пришла заповедь, то грех ожил, а я умер; и таким образом заповедь, данная для жизни, послужила мне к смерти, потому что грех, взяв повод от заповеди, обольстил меня и умертвил ею" (Римл. 7: 7-11).

Как бы ни балансировал Павел на канате диалектики, как бы ни стремился он смягчить кощунство таким, например, заявлением: "закон свят, и заповедь свята и праведна и добра" (Римл. 7:12), основная его мысль не претерпевает изменений: закон, несмотря на свою святость, не способствует добродетельным поступкам, напротив, он ведет к греху. Цель Павла очевидна: показать бессилие Закона и, более того, его отрицательную роль как пособника греха. "Жало же смерти - грех, а сила греха - закон", - восклицает Павел в другом послании (1-е Кор. 15:56). Это должно послужить основанием для отмены Закона (т.е. Торы) и замены Закона благодатью, которая наверняка уж обеспечит безгрешность человека.

Павел склонялся к фатализму. "Ибо мы знаем, - пишет апостол, - что закон духовен, а я плотян, продан греху. Ибо не понимаю, что делаю, потому что не то делаю, что хочу, а что ненавижу, то делаю". "А потому уже не я делаю то, но живущий во мне грех" (Римл. 7:14 -15,17). Итак, Павел, как позднее Августин, отрицал свободу воли или, по крайней мере, считал ее крайне ограниченной. Без этого идея благодати, по-видимому, теряет свой смысл.

Вернемся к главному софизму Павла. Нет оснований утверждать, что до получения закона Божия грех был мертв, что "я не понимал бы и пожелания, если бы закон не говорил: "не пожелай" (речь, как видим, идет о десятой заповеди). Это заведомая ложь. Стремление завладеть чужой женой, чужим владением и т.д., так же как и прочие "пожелания" греховного свойства, были широко распространены в мире задолго до получения Торы. Потому-то и требовались Заповеди и другие предписания Торы (в том числе и заповедь "Не пожелай"), что подобные "желания" и поступки имели место. Задолго до получения Синайского Закона были широко распространены и другие отвратительные лиходейства: человеческие жертвоприношения, убийство, мужеложество, скотоложество, разврат, жестокость к ближнему, колдовство, волхование и т. д. Человек делал зло не потому, что Закон был, а потому, что Закона не было, и не было четкого различения между добром и злом. Грех не был мертв, он был жив и деятелен. Человеку следовало объяснить, что есть хорошо, а что плохо, дабы он, наделенный свободой воли, мог преодолеть в себе греховные желания и сделать правильный выбор. Конечно, Синайский Закон резко повысил моральную ответственность человека, ибо было отчетливо разъяснено, что следует считать злом, и указан путь к добру. Только моральный кодекс Синайского Учения - суть основа подлинной общечеловеческой нравственности, которая никогда ничем не может быть заменена, ибо в ее основе - Божественный Закон, а не человеческое законотворчество.

Утверждение, что Закон оживляет грех, что человек бессилен исполнять Закон и невольно вынужден действовать по своим греховным желаниям, и кощунственно и ложно. Синайский Закон не требует того, что выше человеческих сил; например, он запрещает разврат, но не запрещает брак, он требует милосердия к ближнему, но не требует жить подобно евангельскому Лазарю. Если быть справедливым, не "Ветхий", а Новый завет (если его понимать буквально и не смягчать целенаправленной интерпретацией) требует от идеального христианина невозможного, например, отказа от брака, а для тех, "кто может вместить" даже оскопления "для Царства Небесного" (Матф. 19:10-12). Для нормального человека безбрачие противоестественно, ибо противоречит естеству, которым наделил его Творец, рекомендовать воздержание от брака безнравственно и грешно.

Следующие слова Павла еще раз подтверждают, что его задача - отмена Синайского Учения: "Язычники, не искавшие праведности, получили праведность, праведность от веры, а Израиль, искавший закона праведности, не достиг до закона праведности. Почему? Потому что искали ее не в вере, а в делах закона, ибо преткнулись о камень преткновения" (Римл. 9:30-32). Но ведь это ложь: Израиль пал не потому, что соблюдал Синайский Закон, а потому, что нарушал его, изменял Богу, осквернялся чужими верованиями и суевериями, мистикой, эзотерической интерпретацией Торы, творчеством ложных мудрецов, подменявших Богооткровенную Тору человеческими домыслами, религиозной "наукой" и языческой философией. Кроме того, ошибочно противопоставлять Синайский Закон Синайской вере, точнее Синайской Эмуне, в основе которой - доверие Истинному Богу (эмун) и верность Ему (нээманут); ведь чтобы соблюдать Закон, надо быть верными Вечносущему, Богу Авраама, Ицхака и Яакова, страх перед Ним и любовь к Нему предшествуют добрым делам. С другой стороны, пренебрежение к "букве", т.е. к исполнению повелений и запретов Торы, на самом деле означает неуважение к воле Божией, на которой эта "буква" зиждется. Соблюдение Закона, таким образом не противоречит, а соответствует Синайской вере. Но вера вере рознь. Одно дело верить только в Вечносущего, Бога Авраама, Ицхака и Яакова, Творца и Хранителя вселенной, ее Вседержителя и Господа, и совсем другое, противоположное - верить в "богочеловека", вылезшего на свет Божий из утробы женщины. Синайская Эмуна с языческими домыслами не совместима.

Для упразднения Синайского Закона Павел прибегает не только к диалектическим софизмам, но и к примитивному кощунству. Во 2-м Послании к Коринфянам Павел призывает "быть служителями Нового Завета, не буквы, но духа; потому что буква убивает, а дух животворит". Далее апостол возглашает: "Если же служение смертоносным буквам, начертанным на камнях, было так славно, что сыны Израилевы не могли смотреть на лице Моисеево по причине славы лица его преходящей, - то не гораздо ли более должно быть славно служение духа? Ибо если служение осуждения славно, то тем паче изобилует славою служение оправдания. То прославленное даже не оказывается славным с сей стороны, по причине преимущественной славы последующего" (2-е Кор. 3:6-10).

Напомню, что в книге Шемот (Исход) сказано, что когда Моисей сходил с горы Синая со скрижалями Завета, на которых были начертаны Десять Заповедей, "стало лучами сиять лицо его от разговора Его с ним" (34:29). Таким образом, "святой апостол" называет "смертоносными буквами" не что иное, как Заповеди Всевышнего, начертанные на скрижалях. К ним же (к Заповедям) относится и его утверждение, что "буква убивает". Подобное кощунство означает не только полный разрыв с Синайской Эмуной (это очевидно и без павловой хулы), но и враждебно-агрессивное отношение к Божьему слову, к Богооткровенному Синайскому Закону. Причина столь непримиримой и откровенно кощунственной оценки Синайского Учения, в том числе даже Заповедей, начертанных перстом Божиим, объясняется тем, что Новый завет невозможно согласовать с Синайской Торой: Синайский Закон (в том числе и Заповеди, которые Павел назвал "смертоносными буквами, начертанными на камнях") - это препятствие на пути христианского новоязычества. По-видимому, ни одна другая языческая религия не прибегала к столь пошлому и циничному кощунству в адрес Заповедей, как раннее христианство в лице Павла. Что бы ни утверждали христианские богословы, между Синайской верой в Единого Бога и языческой эклектикой Нового завета, между Синайской моралью любви и преданности Вечносущему, которая обязывает совершать добрые дела во имя верности Ему, и христианским упованием на спасение ценой страданий и смерти обожествленного "Сына Человеческого" - непроходимая пропасть. В первом случае - сознание вечности и неизменности Закона, данного Истинным Единым Богом, во втором - отвержение этого Закона. В первом случае - стремление выполнять Закон и таким путем обрести милость Праведного Бога, во втором случае - отказ от выполнения Закона и желание обрести "Царство Небесное" не за дела, а за веру в божественность Иисуса и в благодетельную роль его мучений и смерти.

Отрицание Закона содержится и в Послании к Галатам: "человек оправдывается не делами закона, а только верою в Иисуса Христа, и мы уверовали во Христа Иисуса, чтобы оправдаться верою во Христа, а не делами закона, ибо делами закона не оправдается никакая плоть" (Гал. 2:16). "Не отвергаю благодати Божией, - говорит ниже Павел. - А если законом оправдание, то Христос напрасно умер" (Гал. 2:21).
Итак, альтернатива: или Закон или благодать. "Если законом оправдание" (то есть, если обещание, данное Всевышним, что безукоризненная верность Ему, выполнение Его воли, Его справедливых и милосердных заповедей и законов приведет к благополучию и процветанию Израиля), никакого жестокого искупления ценой страданий и смерти несчастного Иисуса Христа не нужно. Это признает и сам Павел. Но неужто можно сомневаться в праведности Истинного Бога, в правоте Его слов, Его обещаний?

Кощунственная попытка профанировать Синайское Учение продолжается и в 3-й главе Послания к Галатам. Павел пишет: "А все утверждающиеся на делах закона, находятся под клятвою. Ибо написано: "проклят всяк, кто не исполняет постоянно всего, что написано в книге закона" (Гал. 3:10-11). Здесь содержится ссылка на Второзаконие (27:26), которому предшествует перечень грехов, влекущих за собой проклятие (Двар.-Второз. 27:15-25). Сюда относится изготовление идолов, неуважение к родителям, передвигание межи, т.е. захват чужого земельного надела, сбивание слепого с пути, нарушение прав пришлого инородца, а также сироты и вдовы, сожительство с сестрой, с тещей, женой отца, скотоложество, кровосмешение, тайное убийство ближнего, получение взятки, чтобы погубить невинного. Неужто эти требования невыполнимы и надо искать спасение не в их исполнении, а в смерти Иисуса Христа? Неужто нельзя избежать проклятия, просто соблюдая эти запреты? Разве не в состоянии избежать этих грехов (и, следовательно, проклятия) любой человек? Кстати, в следующей, 28-й, главе Второзакония говорится о благословениях, которые снизойдут на Израиль, если он будет выполнять заповеди Вечносущего, прислушается к Его словам. И для выполнения этих слов, этих заповедей и уставов не требуется ни героизма, ни подвигов, а лишь любовь и преданность Богу. Они бесхитростны, просты, доступны уму и сердцу. Поэтому в 5-й книге Торы речь идет о выборе между благословением и проклятием, верностью и неверностью Богу. "Смотри предложил я тебе сегодня жизнь и добро, смерть и зло, - воскликнул Моше в земле Моавитской. - Заповедуя тебе сегодня любить Вечносущего, Бога твоего, ходить путями Его и соблюдать заповеди Его и уставы Его и законы Его, дабы ты жил и размножился, и благословит тебя Вечносущий, Бог твой, на земле, в которую ты входишь, чтобы овладеть ею. Если же отвратится сердце твое и не будешь слушать и собьёшься с пути и поклоняться будешь богам иным и будешь служить им, то я возвещаю вам сегодня, что наверное погибнете, не долго пробудете на земле, ради которой переходишь ты Иордан, чтобы войти туда владеть ею. В свидетели призываю на вас ныне небо и землю, жизнь и смерть предложил я тебе, благословение и проклятие. Избери же жизнь, дабы жить тебе и потомству твоему, любя Вечносущего, Бога твоего, слушая глас Его, прилепляясь к Нему, ибо Он жизнь твоя и долгота дней твоих, в кои пребывать (тебе) на земле, которую клялся Вечносущий отцам твоим Аврааму, Ицхаку и Иакову, дать им" (Двар.-Второз. 30:15-20). Таково завещание величайшего из пророков, такова основа Синайской веры, точнее Синайской Эмуны. А если кто-то скажет: в Бога я верю, но закон Его соблюдать не считаю нужным - разве он не лицемер, не кощунствующий безбожник? И если некто станет противопоставлять веру Закону - разве он не лжец, предающийся суемудрию? Ведь для того, чтобы исполнять повеления Закона, надо верить в Того, Кто этот Закон дал, быть верным Ему! Следовательно, вера не противоречит Закону, а предшествует ему. Но в том-то и дело, что прежде чем отвергнуть Закон, христианские апостолы и богословы отвергли веру в Истинного Бога, подменив ее верой в иного бога, а затем отвергли и Закон. На одной призрачной благодати христианство базироваться не могло, ибо благодати, ограничивающей свободу воли и совершенствующей человека автоматически, не было, нет и не может быть. Понадобился новый закон; новые догматы породили "таинства" и новые обряды. Догматы эти, таинства и обряды несовместимы с Синайским Откровением и примыкают к язычеству, а моральные требования нового закона положительны лишь постольку, поскольку позаимствованы из "Ветхого" Завета, Что сверх того, представляет собой или утопизм, или отрицательную нравственную норму (предпочтение безбрачия перед браком, требования к рабам терпеть побои и унижения, призыв к слабому и обиженному подставлять щеку для очередного удара и отдать грабителю ту часть одежды, которую грабитель не успел отнять, предпочтение, отдаваемое кающемуся грешнику перед праведником, требование возненавидеть близких во имя верности Иисусу и т.д. и, наконец, сам безнравственный и жестокий догмат о спасении ценой мук и крови Иисуса Христа).

Христианство догматически с Синайским Откровением не связано. Оно, скорее, антипод Синайского Закона. Основатели христианства (особенно наиболее активный из апостолов - Павел) видели свою задачу не только в целенаправленной превратной интерпретации Священного Писания, но и в прямой профанации, в попрании Синайского Учения, ибо оно представляло собой главное препятствие на пути христианского новоязычества. Вот примеры антисинайской аргументации Павла:

1. Обетование, данное Богом Аврааму, относится не к Израилю, а персонально к Христу. "Не сказано, - пишет Павел, - "и потомкам", как бы о многих, но как об одном: "и семени твоему", которое есть Христос" (Гал. 3:16). Об этом уже упоминалось ранее. Лживость апостольской интерпретации станет очевидной, если мы раскроем книгу Берешит-Бытие, где говорится не "как бы об одном", а о том, что у Авраама будет столько же потомков, сколько звезд на небе. Основываясь на этом софизме, Павел утверждает, что Синайское Учение дано для временного пользования "по причине преступлений, до времени пришествия семени, к которому относится обетование" (Гал. 3:19).

2. Синайский Закон дан не Богом, а "преподан чрез Ангелов, рукой посредника" (Гал. 3:19). Та же версия содержится в речи некоего Стефана, который говорил о Моисее: "Это тот, который был в собрании в пустыне с Ангелом, говорившем ему на горе Синае..." (Деян. 7:38). Евангелие содержит в данном случае редакционную ссылку на книгу Исхода (19: 3), где никакой ангел не упоминается, а говорится о словах Всевышнего.

3. Синайский Закон имеет недостатки, именно потому возникла необходимость в новом законе: "Ибо, если бы первый завет был без недостатка, то не было бы нужды искать место другому" (Евр. 8:7).

4. Синайский Закон "обветшал", устарел и близок к уничтожению, о чем, якобы, говорил пророк Иеремия: "Говоря "новый" показал ветхость первого, а ветшающее и стареющее близко к уничтожению" (Евр. 8:13). На самом деле Иеремия говорил не об "обветшании" Торы и не о замене ее новым законом, а о новом восприятии Торы, о постижении ее не только умом, но и сердцем: "вложу Я Тору Мою в глубину (души) их и в сердце их впишу" (31:32)

5. Синайский Закон ведет не к праведности, а к греху: "если бы дан был закон, могущий животворить, то подлинно праведность была бы от закона; но Писание всех заключило под грехом, дабы обетование верующим дано было по вере в Иисуса Христа" (Гал. 3:21). Это кощунственное утверждение низводит Синайский Закон до уровня пособника греха. Если следовать логике Павла, Синайский Закон (заповеди, уставы, повеления Бога) был дан для того, чтобы продемонстрировать его бессилие, во-первых, и греховную сущность, во-вторых.

6. Синайский Закон - ничто иное, как сын Авраама, рожденный рабыней Агарь. В том, что "Авраам имел двух сынов, одного от рабы, а другого от свободной", утверждает Павел, есть иносказание: "Это два завета: один от горы Синайской, рождающей в рабство, который есть Агарь, ибо Агарь означает гору Синай в Аравии и соответствует нынешнему Иерусалиму, потому что он с детьми своими в рабстве, а вышний Иерусалим свободен: он матерь всем нам" (Гал. 4:22-26). Ниже Павел пишет: "Что же говорит Писание? "Изгони рабу и сына ее, ибо сын рабы не будет наследником вместе с сыном свободной" (Гал. 4:30). "Итак, стойте в свободе, которую вам даровал Христос, и не подвергайтесь опять игу рабства" (Гал. 5:1).

Итак, с помощью несложного богословского софизма гора Синай (с которой прогремел глас Божий, провозгласивший Десять Заповедей), превращена в рабыню Агарь, а Синайский Закон (слова Вечносущего, Единого Бога!) в сына этой рабыни. Цель уловки предельно ясна: унизив Закон Истинного Бога, потребовать от новообращенных христиан изгнать этот Закон из своего сознания и более к нему никогда не возвращаться. Кощунственные поучения, призывы и разглагольствования Павла, сделавшего больше других апостолов для обоснования и распространения христианства, помогают осознать, что христианская религия не только чужда, но и враждебна Торе: Синайскому Завету (вечному союзу с Истинным Богом, нашей обязанности быть верными только Ему, Вечносущему), Синайскому Закону (заповедям и другим повелениям Бога), Синайской Эмуне - сердечной и интеллектуальной мотивации быть верными только Вечносущему и любить Его всем сердцем и всею душою. Кощунство, чередующееся с лицемерными реверансами в сторону Торы, существенно дополняет представление об этике и морали христианского миссионерства, родоначальником которого был апостол Павел. Павел не просто заблуждается, он прибегает к заведомой лжи.


Обращение к Вселенской Церкви: "отпусти народ Мой!"
Гибнет народ от недостатка ведения...
 
ГалилеянкаОтправлено в: Среда, 09 Декабря 2009, 15:01 | Сообщение № 9

Администратор
Сообщений: 5457
C нами с 01 Июня 2006
Откуда: Израиль
Статус: Отсутствует
8. Суеверия и мистика в христианстве

Как уже упоминалось, христианство - растение, выросшее на иудейской ниве, но из языческих семян. Какое бы влияние ни оказала нива, роль семян важнее. Христианству присущи те же предрассудки, что и языческой мистике. В этом легко убедиться, читая Новый Завет.
Рождение Иисуса, "царя иудейского", никогда, кстати, не ставшего царем, было установлено волхвами, т.е. кудесниками, причем с помощью гадания по звездам. Евангелие вещает: "Когда же Иисус родился в Вифлееме Иудейском во дни царя Ирода, пришли в Иерусалим волхвы с востока и говорят: "Где родившийся Царь Иудейский? Ибо мы видели звезду Его на востоке и пришли поклониться ему" (Матф. 2: 1-2). Напомню, что Пятикнижие и пророческие книги Исайи и Иеремии сурово осуждают волхование, в том числе, конечно, и гадание по звездам. Исайя с иронией и осуждением пишет о вавилонских "наблюдателях небес" и "созерцателях звезд". Иеремия предостерегает: "Путям язычников не учитесь и знамений небесных не страшитесь, как боятся их язычники, ибо пути народов суетны" (Иер. 10:2),

Евангелие описывает искушение Христа "диаволом" (Матф. 4: 3-11). Новый Завет верит в существование "бесов" и утверждает, что различные болезни вызываются бесами. Иисус то и дело занимается изгнанием этих сказочных персонажей. Вот одно из описаний этой процедуры:
"И когда Он прибыл на другой берег в страну Гергесинскую, Его встретили два бесноватые, вышедшие из гробов, весьма свирепые, так что никто не смел проходить тем путем. И вот они закричали: что Тебе до нас Иисус, Сын Божий? Пришел Ты сюда прежде времени мучить нас.
Вдали же от них паслось большое стадо свиней;
И бесы просили Его: если выгонишь нас, то пошли нас в стадо свиней.

И Он сказал им: идите. И они, вышедши, пошли в стадо свиное. И вот все стадо свиней бросилось с крутизны в море и погибло в воде" (Матф. 8:28-32). Та же языческая сказка описана в евангелии от Марка (5:1-13), где указано даже, что бесов был целый легион, а свиней, в которых вошли нечистые духи, около двух тысяч; та же легенда повторяется и в евангелии от Луки (8:27-33). Подобных изгнаний в евангелиях немало. Вот еще одно: "Когда же настал вечер, к Нему привели многих бесноватых, и Он изгнал духов словом и исцелил всех больных" (Матф. 8:16). Автор евангелия не стесняется при этом ссылаться на Священное Писание: "Да сбудется реченное чрез пророка Исайю, который говорит: "0н взял на себя наши немощи и понес наши болезни" (Матф. 8:17). Итак, согласно евангелию от Матфея Исайя пророчил, что Иисус будет изгонять бесов.

Даже воскреснув, Иисус первым делом выдворил из Марии Магдалины аж семь бесов (Марк. 16:9). В евангелии от Марка имеется яркое описание эпилепсии: "где ни схватывает его, повергает его на землю, и он испускает пену, и скрежещет зубами своими и цепенеет" (Марк. 9:18). Как исцелил его Иисус? Разумеется, изгнав злого духа, "сказав ему: дух немый и глухий! Я повелеваю тебе, выйди из него и впредь не входи в него" (Марк. 9:25). Следует заметить, что Гиппократ, живший за четыре с половиной века до христианского "богочеловека", в трактате "О священной болезни" писал, что эпилепсия обусловлена изменениями в мозгу, а не таинственными силами. Итак, христианское божество и его апостолы не знали того, что знал врач-язычник и по сравнению с ним выглядят темными и суеверными невеждами. "Чудотворения", колдовство (а как иначе назвать изгнание бесов, лечение плеванием и т.д.) - одна из наиболее неприятных сторон биографии Иисуса. Между прочим, Иисус был не единственным "чудотворцем". Оккультизм был широко распространен в те смутные времена. Бесов изгонял, в частности, некий Симон-волхв, ставший впоследствии христианином (Деян. 8:6-13).

Евангелие описывает исцеление "немого бесноватого", и здесь причиной немоты был бес (Матф. 9: 32-33). Иисус научил колдовству также апостолов: "И призвав двенадцать учеников Своих, Он дал им власть над нечистыми духами, чтобы изгонять их и врачевать всякую болезнь и всякую немощь" (Матф. 10:1), о том же повествуют Марк (3:14-15) и Лука (9:1).
Вот одно рассуждение Христа на оккультную тему: "Когда нечистый дух выйдет из человека, то ходит по безводным местам, ища покоя, и не находит; тогда говорит: возвращусь в дом мой, откуда я вышел. И пришед, находит его незанятым, выметенным и убранным; тогда идет и берет с собою семь других духов, злейших себя, и вошедши, живут там; и бывает для человека того последнее хуже первого. Так будет и с этим злым родом" (Матф. 12: 43-45).

К числу евангельских суеверий относится также вера в рай и ад - "печь огненную". "И пошлет Сын Человеческий Ангелов Своих, и соберут из Царства Его все соблазны и делающих беззаконие. И ввергнут их в печь огненную, там будет плач и скрежет зубов" (Матф. 13: 41-42). Синайское Учение не знает ада и рая, само представление о вечных муках грешников противоречит вере в милосердие Всевышнего.
Вспомним, что когда Иисус пришел в "отечество свое", где не очень-то верили в его сверхъестественные возможности, ибо знали его родителей, братьев и сестер ("Не плотников ли Он сын? Не Его ли Мать называется Мария, и братья Его Иаков и Иосий, и Симон и Иуда? И сестры Его не все ли между нами?" - Матф. 13:55-56), - чудеса у него не получались. "И не совершил там многих чудес по неверию их" (Матф. 13:58); "И не мог совершить там никакого чуда; только на немногих больных, возложив руки, исцелил их" (Марк 6:5). Уязвленный скепсисом земляков, Иисус сказал: "Не бывает пророка без чести, разве только в отечестве своем и у сродников и в доме своем" (Марк 6:4), - подтвердив, таким образом, наличие "сродников". Нужно отметить, что в евангелии от Матфея, написанном на десять лет позже евангелия от Марка, приводится дословно та же фраза, но без упоминания о "сродниках" (Матф. 13:57). По-видимому, это не случайность: обожествление Иисуса не очень вяжется с наличием родственников.

То, что в родном Назарете, "в отечестве своем", Иисус оказался "пророком без чести" и "не совершил там многих чудес по неверию их" (своих земляков, знавших, что он не машиах, всего лишь потомственной плотник), или (как пишет более древнее евангелие от Марка) даже "не мог там совершить никакого чуда", имеет простое объяснение. Э. Ренан, французский семитолог и историк, известный исследователь христианства, писал: "Наблюдение, которое никогда не было опровергнуто, убедило нас в том, что чудеса происходят только в такие времена и в таких местах, где в чудеса верят, и на глазах таких людей, которые расположены в их верить. Ни одно чудо не произошло на глазах людей, способных определить свойство чудесного деяния... Чудо есть в гораздо большей степени дело рук публики, чем того, кому оно приписывается".
Вот еще описания оккультных упражнений Иисуса: "В синагоге был человек, одержимый духом нечистым, и вскричал: Оставь, что Тебе до нас, Иисус Назарянин? Ты пришел погубить нас! Знаю Тебя, кто Ты, Святый Божий. Но Иисус запретил ему, говоря: замолчи и выйди из него. Тогда дух нечистый, сотрясши его и вскричав громким голосом, вышел из него (Марк 1:23-27).

"И Он исцелил многих больных, страдавших различными болезнями; изгнал многих бесов и не позволял бесам говорить, что они знают, что Он Христос" (Марк 1:34).
"И духи нечистые, когда видели Его, падали пред Ним и кричали: Ты - Сын Божий" (Марк 3:11).
"А книжники, пришедшие из Иерусалима, говорили, что Он имеет в Себе веельзевула и что изгоняет бесов силой бесовского князя" (Марк 3:22).
Интересна "методика" Иисуса, очень напоминающая приемы сельских знахарей-кудесников:
"Привели к Нему глухого косноязычного и просили Его возложить на него руку.
Иисус, отведши его в сторону от народа, вложил персты Свои в уши ему и, плюнув, коснулся языка его;
И воззрев на небо, вздохнул и сказал ему."еффафа", то есть, "отверзись",
И тотчас же отверзся у него слух, и разрешились узы его языка и стал говорить чисто" (Марк 7:32-35).
А вот как происходило исцеление слепого:
"Он, взяв слепого за руку, вывел его вон из селения и, плюнув ему на глаза, возложил на него руки и спросил его, видит ли что? (Марк 8:23).
Имеется и описание заболевания позвоночника, излеченного все тем же способом:
"В одной из синагог учил Он в субботу. Там была женщина, восемнадцать лет имевшая духа немощи: она была скорчена и не могла выпрямиться". Разумеется, Христос исцелил ее обычным своим методом, возложив на нее руки, за что получил замечание от начальника синагоги: дело ведь было в субботу. Интересен ответ Иисуса: "Лицемер! Не отвязывает ли каждый из вас вола своего или осла от яслей в субботу, и не ведет ли поить? Сию же дочь Авраамову, которую связал сатана вот уже восемнадцать лет, не надлежало ли освободить от уз сих в день субботний?" (Лука 13:10-15). Причина болезни здесь указана достаточно ясно - все те же козни дьявола.

Как уже упоминалось, Иисус не только сам занимался укрощением нечистой силы, но наделил этим мастерством двенадцать апостолов. Поскольку этого количества оказалось недостаточно, Иисус даровал оккультную сноровку еще семидесяти ученикам. "Семьдесят учеников, - повествует евангелие, - возвратились с радостью и говорили: Господи! И бесы повинуются нам о имени Твоем. Он же сказал им: Я видел сатану, спадшего с неба, как молнию. Се, даю вам власть наступать на змей и скорпионов и на всю силу вражию, и ничто не повредит вам. Однако ж тому не радуйтесь, что духи вам повинуются; но радуйтесь тому, что имена ваши написаны на небесах" (Лука 9:1; 10:1,17-20).
"Деяния апостолов" передают атмосферу первых лет христианства, обилие скитающихся заклинателей, которые пытались изгонять бесов, не получив на то санкцию Иисуса. Описан эпизод, когда поползновение самозваных волхвов на прерогативы Иисуса и Павла вызвали благородный гнев злого духа. "Даже некоторые из скитающихся Иудейских заклинателей стали употреблять над имеющими злых духов имя Господа Иисуса, говоря: заклинаем вас Иисусом, которого Павел проповедует. Это делали какие-то семь сынов Иудейского первосвященника Скевы. Но злой дух сказал в ответ: Иисуса знаю, и Павел мне известен, а вы кто? И бросился на них человек, в котором был злой дух, и, одолев их, взял над ними такую силу, что они нагие и избитые выбежали из того дома" (Деян. 19:13-16).

Мистицизм вошел в апостольские проповеди, в коллективное сознание христианских общин:
"Не хочу оставить вас, братия, в неведении о дарах духовных.
Знаете, что, когда вы были язычниками, то ходили к безгласным идолам - так, как бы вели вас.
Потому сказываю вам, что никто, говорящий Духом Божиим, не произнесет анафемы на Иисуса, и никто не может назвать Иисуса Господом, как только Духом Святым.
Дары различны, но Дух один и тот же;
И служения различны, а Господь один и тот же;
И действия различны, а Бог один и тот же, производящий все во всех.
Но каждому дается проявление Духа на пользу;
Одному дается Духом слово мудрости, другому слово знания тем же Духом;
Иному вера тем же Духом; иному дары исцелений тем же Духом;

Иному чудотворения, иному пророчество, иному различение духов, иному разные языки, иному истолкование языков.
Все сие производит один и тот же Дух, разделяя каждому особо как Ему угодно.
Ибо как тело одно, но имеет многие члены, и все члены одного тела, хотя их и много, составляют одно тело, - так и Христос" (1-е Кор.12: 1-12).
Перед нами гигантское мистическое капище, в котором каждый под воздействием "духа" предается оккультному творчеству в соответствии со своими склонностями. Один "творит чудеса", другой "различает духов", третий проповедует "слово знания" (само собой разумеется, что "знания" оккультного), четвертый занимается истолкованием языков (по-видимому, мистической интерпретацией), пятый владеет "дарами исцелений" (а как исцеляли Христос и его ученики, мы уже знаем) и т.д.
Языческая мистика, темная и ядовитая, призывающая в свидетели "дух", воду и кровь, ссылка на надругательство римских воинов над несчастным Иисусом из Назарета, смесь мистицизма и жестокости характерны для 1-го Послания Иоанна, как, впрочем, и для "святого благовествования" - евангелия от Иоанна:

"Кто побеждает мир, как не тот, кто верует, что Иисус есть Сын Божий? Сей есть Иисус Христос, пришедший водою и кровию (и Духом), не водою только, но водою и кровию, и Дух свидетельствует о Нем, потому что Дух есть и истина.
Ибо три свидетельствуют на небе: Отец, Слово и Святый Дух; и сии три суть едино.
И три свидетельствуют на земле: дух, вода и кровь: и сии три об одном" (1-е Иоанна 5:5-8). Для того чтобы было ясно, причем здесь вода и кровь, дается редакционная ссылка на евангелие от Иоанна: "Но один из воинов копьем пронзил Ему ребра, и тотчас истекла кровь и вода" (Иоан 19:34). Циничная жестокость вкупе с мистическими миазмами - вот что характерно для этих "святых" слов.
В Соборном Послании Иуды говорится о споре архангела Михаила с диаволом о моисеевом теле. При этом делается ссылка на Второзаконие и пророка Захарию, где ничего подобного нет и в помине. На самом деле мистический миф, который ап. Иуда преподносит как библейскую истину, позаимствован из иудейского еретического апокрифа "Вознесение Моисея".

И еще о мистицизме Павла. Мистические экскурсы заводят апостола весьма далеко. Напомню, что он считал, что мертвые воскреснут, а он, Павел, и его последователи вообще не умрут, а "преобразятся" и живыми воздымутся на небо (1-е Кор. 15:51-53). Во 2-м Послании к Коринфянам говорится о "человеке во Христе", который четырнадцать лет назад "восхищен был до третьего неба", "был восхищен в рай и слышал неизреченные слова, которых человеку нельзя пересказать" (2-е Кор. 12:2-4), Павел говорит о себе; "И чтобы я не превозносился чрезвычайностью откровений, дано мне жало в плоть, ангел сатаны, удручать меня, чтоб я не превозносился. Трижды молил я Господа о том, чтобы удалил его от меня. Но Господь сказал мне: "довольно для тебя благодати Моей, ибо сила Моя совершается в немощи" (2-е Кор. 12:7-9).
И, наконец, читая "Откровение святого Иоанна Богослова", попадаешь в такую мистическую топь, которая, пожалуй, превосходит мистические опусы других язычников. Иоанн характеризует свой Апокалипсис как "Откровение Иисуса Христа, которое дал Ему Бог, чтобы показать рабам Своим, чему надлежит быть вскоре. И Он показал, послав оное чрез Ангела Своего рабу Своему Иоанну" (1:1). "Блажен читающий и слушающий слова пророчества сего и соблюдающий написанное в нем, ибо время близко", - пишет далее Иоанн (1:3). Итак, речь идет о близком втором пришествии Христа.

Иисус здесь "лев от колена Иудина, корень Давидов", он же "Агнец, как бы закланный, имеющий семь рогов и семь очей, которые суть семь духов Божиих, посланных на всю землю" (5:5-6), он стоит посреди старцев и четырех животных. В языческом небесном царстве Иоанна: и ангелы, и животные, и четыре коня со всадниками, один из которых "конь бледный, и на нем всадник, которому имя смерть; и ад следовал за ним, и дана ему власть над четвертой частью земли - умерщвлять мечом и голодом, и мором и зверями земными" (6:8). Здесь можно узреть и "четырех ангелов, стоящих на четырех углах земли, держащих четыре ветра земли, чтобы не дул ветер ни на землю, ни на море, ни на какое дерево" (7:1), здесь и саранча, которой дана власть, "какую имеют земные скорпионы", функция которой - мучить тех людей, "которые не имеют печати Божией на челах своих" (9:3-5). "По виду своему саранча была подобна коням, приготовленным на войну; и на головах у ней как бы венцы, похожие на золотые, лица же ее как лица человеческие. И волосы у ней, как волосы у женщин, а зубы у ней были, как у львов. На ней были брони, как бы брони железные, а шум от крыльев ее - как стук от колесниц, когда множество коней бежит на войну. У ней были хвосты как у скорпионов, а в хвостах ее были жала; власть же ее была - вредить людям пять месяцев; царем над собой она имела ангела бездны; имя ему по-еврейски Аваддон, по-гречески Аполлион" (9:7-11). Здесь и всадники на лошадях, изо рта которых выходили огонь, дым и сера, с хвостами, подобными змеям, "Ибо сила коней заключалась во рту их и в хвостах их; а хвосты их были подобны змеям и имели головы, и ими они вредили" (9:19). Здесь и "жена, облаченная в солнце; под ногами ее луна, и на голове ее венец из двенадцати звезд. Она имела во чреве и кричала от болей и мук рождения" (12:1-2). Разумеется, это была богородица. Здесь и "большой красный дракон с семью головами и десятью рогами, и на головах его семь диадим; хвост его увлек с неба третью часть звезд и поверг их на землю. Дракон сей стал пред женою, которой надлежало родить, дабы, когда она родит, пожрать ее младенца" (12:3-4). Здесь и война Михаила и ангелов его против дракона, закончившаяся победой светлых сил (12:7); "И низвержен был великий дракон, древний змий, называемый диаволом и сатаною, обольщающий всю вселенную..." (12:9), и установлена власть Христа. Здесь и бесовские духи, подобные жабам, выходящие из уст дракона (16:13-14).

Сказанным, разумеется, не исчерпывается вся чертовщина Откровения святого Иоанна Богослова, приведена лишь небольшая часть. Перед читателем предстает яркая картина языческой мифологии и теогонии. Кстати, Откровение тоже подчеркивает, что Иисус - потомок Давида: "Я, Иисус, послал Ангела Моего засвидетельствовать вам сие в церквах. Я есмь корень и потомок Давида, звезда светлая и утренняя" (22:16). Не исключается, что во время написания Откровения (68-69 гг.) догмат о непорочном зачатии еще не зародился, и Иисус считался сыном мужа Марии - Иосифа, потомком Давида.
Откровение не только начинается, но и кончается пророчеством о близком пришествии Христа: "Се, гряду скоро: блажен соблюдающий пророчества книги сей" (22:7), "не запечатывай слово пророчества книги сей, ибо время близко" (22:10), "Се, гряду скоро, и возмездие Мое со Мною, чтобы воздать каждому по делам его" (22:12). "Свидетельствующий сие говорит: ей, гряду скоро!. Аминь. Ей, гряди, Господи Иисусе!" (22:20).

Завершая образ новозаветной доктрины, отмечу, что любая попытка провозгласить догматическую связь между Богооткровенной Синайской Торой и христианством не только несостоятельна, она грешна, кощунственна и преступна. Христианство н и к о г д а не возникло бы, если бы Синайская Тора сохранилась бы в чистом виде, если бы не языческое влияние и, как следствие этого, профанация Синайского Учения, подмена его так называемой "Устной торой", если бы не было лжепророчеств, религиозного творчества, суеверий и мистики.
Еврей, ставший на путь христианства, изменяет не только истинной вере. Он изменяет Истинному Богу. Миссионеры искусно используются нашим невежеством, они пытаются также спекулировать на мессианских чаяниях и мистических уклонениях от Торы (в частности, на каббале, в христианском мире были и есть сейчас горячие сторонники этого языческого учения). Лишь Богооткровенная Синайская Тора - наша надежная защита и от христианства и от других ересей, порожденных иудейским мистицизмом.


Обращение к Вселенской Церкви: "отпусти народ Мой!"
Гибнет народ от недостатка ведения...
 
ГалилеянкаОтправлено в: Среда, 09 Декабря 2009, 15:01 | Сообщение № 10

Администратор
Сообщений: 5457
C нами с 01 Июня 2006
Откуда: Израиль
Статус: Отсутствует
"Ибо ты не должен поклоняться богу иному,
потому что Вечносущий - "ревнитель" имя Ему
Бог - ревнитель Он"
(Шмот-Исход 34:14)
"Познай же ныне и тверди сердцу твоему,
что Вечносущий есть Бог на небе вверху
и на земле внизу; нет более
(Дварим-Второзаконие 4:39)

Большая ложь или Дорога на эшафот
Послесловие

Миссионерская экспансия набирает силу! Идет странный диалог одна сторона молчит или что-то невнятно шепчет, другая - кричит во всю ивановскую. Утром неискушенный и далекий от религии еврей находит в своем почтовом ящике послание от "мессианских евреев". Книги и книжицы, лекции в клубах, беседы на эстрадах. Популярные брошюры и толстые опусы. В России "Дружба народов" и "Огонек" печатают христианского философа Н. Бердяева, в Израиле разглагольствует миссионер К. Пюльц и печатаются рекламы "еврейского" евангелического центра в Ришон Ле-Ционе. Спешите креститься, глупые иудеи!

Куда идем, господа? По утверждению ренегатов, "мессианских евреев", топаем к светлому концу. А вот что утверждал в 1933 г. христианский богослов и миссионер, "друг евреев" Карл Людвиг Шмидт: "Евангельский богослов, которому приходится говорить с вами, должен говорить с вами как член церкви Иисуса Христа, должен стремиться говорить таким образом, чтобы передать послание церкви еврейству. Он должен делать это даже тогда, когда бы вы не стали приглашать его делать это. Утверждение миссии у вас может иметь несколько пригорковатый привкус и рассматриваться как нападение. Однако такое нападение как раз и влечет за собой заботу о вас, евреях, дабы вы могли жить вместе с нами как братья на нашей германской родине и во всем мире". Нечто подобное сулил накануне геноцида и Николай Бердяев. Он видел "большую правду" в обращении евреев в христианство.

Итак, большая правда или большая ложь? Лучшего арбитра, чем история, здесь не найти. С позиций моральных нельзя изменять Синайской вере ни для каких материальных и прочих благ. Недопустимо ни явное ренегатство (крещение), ни скрытое: подмена Синайской Торы "иудейским" мистицизмом, даже если он маскируется под святость и ученость. Но давайте рассмотрим вопрос с точки зрения, так сказать, утилитарной, практической. Дело в том, что еврейство Германии и Австрии уже проделало над собой этот бесславный и страшный эксперимент. На протяжении всего XIX и первых лет XX века переход евреев в христианство носил массовый и нарастающий характер, причем те, кто сохранил принадлежность к еврейству, не подвергали апостатов решительному осуждению. Еврейская общественность относилась к отступникам терпимо, толерантно, известны случаи, когда родители, оставаясь сами в еврействе, крестили детей. Словом, ответственность за ренегатство ложилась на весь народ.

Вот статистические данные по Австро-Венгрии. Количество крещений за XIX в. составило 44756, не считая крещеных детей от смешанных браков (число обращений в христианство в Австрии в три с половиной раза больше, чем в Венгрии). Волна крещений нарастала. В 1900-1903 гг. в Австрии (без Галиции и Буковины) ежегодно крестилось 900 евреев, только в одной Вене в 1901-1905 каждый год крестилось в среднем 580 чел. Австрия по числу крещений занимала первое место в Европе, а Вена превосходила все города мира.

Каковы результаты? Исполнились ли прогнозы христианских богословов и миссионеров и их "еврейских" прихвостней из числа выкрестов? Наступили ли мир, дружба, согласие? Отнюдь нет. Австрия стала "классической" страной антисемитизма, а Вена - его мировой столицей. Вспомним, что именно из Австрии вышли Гитлер, Кальтенбруннер и Эйхман - авторы и исполнители "окончательного решения еврейского вопроса".

А ведь так было не всегда. В конце XVIII в. положение евреев в Австрии было вполне благополучным. Император Иосиф II отменил подушную подать, ношение евреями отличительной одежды, разрешил аренду земли и т. д. В январе 1782 г. был издан "толеранц-патент" - эдикт терпимости, в котором говорилось о свободе для всех подданных, независимо от религии. Было запрещено насильственное крещение еврейских детей, к которому нередко прибегали "милосердные христиане". В последующем евреи стали играть большую роль в экономике и в политике. Евреи заседали в парламенте и 8 октября 1867 г. президент рейхсрата даже предложил отложить заседание в связи с праздником Иом-Киппур, чтобы не нарушать покой и не оскорблять религиозных чувств депутатов-евреев. Как не трудно догадаться, депутаты-евреи голосовали против этого предложения.

Массовое ренегатство евреев началось в 1878-1887 гг. В это время число ежегодных крещений только в Вене превышало 180 чел., в последующем оно неуклонно росло.

По мере нарастания волны крещений положение евреев неуклонно ухудшалось. Атмосфера терпимости и доброжелательности сменилась презрением и лютой ненавистью, причем ведущую роль в этом антисемитском спектакле играла церковь. Евреев ненавидели и третировали все: знать и плебеи, богатые и бедные, клерикалы и атеисты, консерваторы и либералы. Выступая в 90-х годах в парламенте, видный либерал Мареш заявил: "В нынешнее время - каждый антисемит". Росло число антисемитов в парламенте и в местных органах самоуправления, гремели юдофобские речи, издавались антисемитские брошюры, католический богослов и публицист Себастиан Бруннер (ученик выкреста-еврея, патера Эммануила Фейта) в "Церковной газете" обвинял евреев в ритуальных убийствах. Возникли две антисемитские партии. Три мутных потока юдофобии: христианский (возникший по почину патера Бруннера), национально-германский и "мелкобуржуазный", бюргерский, заполонили всю страну. Массовое крещение внесло свой весомый вклад в подготовку катастрофы европейского еврейства.

Перенесемся в Германию. В первой половине 18 в. случаев религиозного отступничества здесь почти не было. Положение было благополучным. Религиозные права евреев не ущемлялись, общественная атмосфера была доброжелательной. В 1781 г. вышла книга проф. X. Дома "Об улучшении гражданского положения евреев". В защиту гражданских прав евреев выступал главный фискал Фридриха Великого д' Аньер. В 1806 г. евреи были допущены к занятию общественных должностей, а в марте 1812 г. был принят "юденэдикт" и евреи были признаны гражданами Пруссии,

Были ли в это время антисемитские выступления? В первой половине XVIII в. не было ни массового ренегатства, ни антисемитской литературы, если не считать книги Иоанна-Андрея Эйзенменгера "Разоблачение иудаизма", но эта книга была конфискована властями. Но уже во второй половине XVIII в. религиозное ренегатство встречалось нередко, а в начале XIX в. стало массовым. Заполнялась роковая чаша национального греха и параллельно этому росла юдофобия. В 1811 г. в Берлине насчитывалось 32 семейства и 18 холостых, изменивших еврейству. По свидетельству историка И. Иоста, в 1813-1814 гг. все евреи-студенты Геттингенского университета готовились к крещению. Ренегатство было массовым среди еврейских "знаменитостей", где господствовал лозунг "лос фом юдентум" - долой из еврейства - и раздавались даже призывы к насильственному крещению! В Берлине в 1819-1823 гг. из общего числа 3610 евреев крестилось 1236, т.е. более трети. Всего в небольшой еврейской общине Германии крестилось в лютеранство в XIX в. 22 520 евреев, причем число крещений возрастало по годам, от 199 ежегодно в 1880-1884 гг. до 502 в 1900-1904. Это число не учитывает обращенных в католичество (10% к числу всех выкрестов-лютеран).

Как отразилось массовое ренегатство на положении евреев? В 1799-1804 гг писатель Хр. Паальцов издает три антисемитские брошюры, в их числе опус "Ди юден". В 1803 г. выходит брошюра Граттенауэра "Видер ди юден", содержащая призыв уничтожать всех евреев, брошюра пользовалась огромной популярностью. Подобные книжицы были изданы в разных городах. В последующем ганзейские города Гамбург, Бремен и Любек изгнали евреев из своих пределов. 2 августа 1819 г. произошел погром в Вюрцбурге, а вслед за этим - погромы в Бамберге, во Франкфурте-на-Майне, Дармштадте, Мейнингеме, Данциге и еще в пяти городах. В 1834 г. произошли погромы в Гамбурге, Любеке, Бремене.

В театрах шли антиеврейские пьесы. Продолжалась "литературная юдофобия". В книге "Дер юденшпигель" автор Гундт-Радовски рекомендовал "продать сыновей Израиля англичанам, которые торговали бы ими как невольниками-неграми; евреев следует превратить в евнухов, а евреек разместить по публичным домам всего света". Книга пользовалась колоссальным успехом. Появились и другие подобные опусы. Из обширной антисемитской литературы, выходившей в разные годы, стоит также упомянуть книгу Бруно Бауэра "Ди юденфраге", статью Карла Маркса "К еврейскому вопросу", "Антисемитские тетради" В. Марра и т. д. и особенно двухтомное издание Гастона Чемберлена "Основы XIX века". Против евреев выступали поэт Гете, историк проф. Генрих фон Штрейке, композитор Р. Вагнер, философ Евгений Дюринг и многие другие. С 1878 г. в стране функционировала антисемитская христианско-социальная партия, созданная авторитетнейшим протестантским богословом А. Штеккером. Штеккер заявлял в прусской палате, что он готов взять на себя ответственность за вспышку народного гнева против "еврейского духа". У христианнейшего Штеккера юдофобия носила уже расовый характер. Но особенно ярко проявился расизм в книге Е. Дюринга "Еврейский вопрос". Дюринг писал: "Евреи существовали бы и тогда, когда все они без исключения повернулись бы спиной к своей религии и перешли бы в одну из господствующих у нас церквей. Я утверждаю, что еврейский вопрос есть просто вопрос расовый, и евреи не только нам чуждая, но и врожденно и бесповоротно испорченная раса". Впрочем, не немцы, не Дюринг и даже не главный проповедник расовой юдофобии Гастон Чемберлен изобрели этого дракона. Когда в Испании обращение в христианство стало массовым (причем, вопреки существующему мнению, далеко не всегда принудительным), когда число "новых христиан"-конверсос достигло 200 тыс. (цифра по тем временам огромная), антисемитизм достиг невиданного накала, причем выкрестов ненавидели и преследовали гораздо больше, чем тех кто сохранил иудаизм. А в середине XVI в. был принят закон о чистоте крови (лимпьеса де сангре). Выкресты и их потомки были изгнаны из религиозных орденов и военных организаций, а также из учебных заведений, им было запрещено занимать оплачиваемые церковные должности (бенефиции) проживать в некоторых городах и т.д.

Вернемся в Германию, где причиной расового антисемитизма тоже было массовое ренегатство евреев. Заветная мечта миссионеров сбывалась: обращение в христианство стало обычным, повседневным и заурядным явлением, и вот юдофобия изменила свою окраску, она стала расовой, причем в числе ее приверженцев были клерикалы. Обращение в христианство перестало быть убежищем для выкрестов, их презирали не меньше, а пожалуй, больше, чем тех, кто оставался в лоне еврейства. В 1890 году на конференции лютеранского миссионерского общества было решено даже прекратить совращение евреев в христианство, ибо "обращаются большей частью сброд, накипь и отбросы еврейства".

В 1882 г. состоялся первый интернациональный антиеврейский конгресс (в Дрездене), в котором участвовали делегаты из Германии, Австро-Венгрии и Прибалтийского края. Возникли антисемитские партии, в частности партия Реформ, ею была принята многозначительная резолюция, что "антисемиты не связывают себя никакой теорией и готовы принять содействие любой политической партии".

Так развивались события. Народ, ведомый выкрестами-ренегатами, суеверными мистиками и активными безбожниками, приближался к роковой черте. Вспомним сказанное в первом разделе настоящей книги: в 1938-1939 годах Третий рейх (т. е. Германию вместе с аннексированной Австрией) стремилось покинуть 600 тыс. "расовых евреев". Из них 285 тыс. были выкрестами. Почти половина! А те, которые сохранили верность еврейству, относились к предательству своих братьев толерантно, терпимо.

Таков урок истории. Таковы результаты решения "еврейского вопроса" в духе обращения в христианство. Такое решение, вполне соответствующее рекомендациям нынешних "евреев-евангелистов", "мессианских евреев" и "евреев за Иисуса", на деле вылилось в "окончательное решение еврейского вопроса". На горизонте уже маячили остовы крематориев, тюки женских волос, горы человеческого пепла для удобрения арийских полей и тысячи кусков мыла, сваренного из человеческого тука, для омовения тел достойных учеников патера С. Брунера и пастора А. Штеккера. Нацистский монстр готовился править свой пир.

Интересно отметить, что те общины, которые не предавались оккультизму, не выдвинули из своей среды знаменитых мистиков и "ученых", не увлекались мидрашами, Талмудом и каббалой и не прибегали к религиозному отступничеству, на протяжении столетий не знали антисемитизма, во всяком случае, кровавого, плотоядного. Например, община индийских евреев Бану-Исраэль (Бней-Исраэль) в течение многих веков жила в мире и благополучии, не подвергалась погромам и преследованиям и пользовалась симпатией коренного населения, воинственных индуистов и мусульман. Сравнительно благополучным было положение грузинских евреев, придерживавшихся в основном Торы, не увлекавшихся подобно польским евреям, мистицизмом и не торопившихся (подобно многим австрийским и германским евреям) стать выкрестами. Многие грехи прощаются, измена же, ренегатство, - никогда. Рано или поздно приходит расплата.

Катастрофа европейского еврейства, осуществлявшаяся на глазах христианских народов, была серьезным испытанием моральных качеств этих народов. Среди мирян и священников встречались люди, спасавшие евреев. Увы, это было не правилом, а исключением. Мы высоко ценим их самоотверженную доброту и благородство (точно так же как доброту и благородство японского консула в Литве, турецкого консула на греческом острове Родос или некоторых альтруистов-мусульман из Албании). Но высшие иерархи и христианская церковь в целом относились к геноциду вполне толерантно, а нередко и одобрительно. "Святейший престол" в Риме не мог не получать отчеты о положении евреев от своих кардиналов в Европе и от дипломатов, аккредитованных в Ватикане. Папа многозначительно молчал.

Какова была позиция Евангелической церкви Германии? Эта церковь благословила и поддержала антиеврейскую деятельность Гитлера еще до знаменитой конференции в Ванзее, утвердившей "окончательное решение еврейского вопроса". Обратимся к документам. Вот выдержки из декларации церковных руководителей, епископов Саксонии, от 17. 12. 1941 года:

"Как представители этого германского народа, нижеподписавшиеся руководители немецкой Евангелической церкви стоят на переднем крае этой исторической борьбы в защиту нашей страны. Ради этого было необходимо составить заявление, утверждающее, что евреи - враги немецкого народа и всего мира, так же как в свое время Мартин Лютер на основании собственного горького опыта счел необходимым потребовать, чтобы против евреев были приняты самые суровые меры и чтобы они были изгнаны из всех германских стран.

... Переход в христианство никоим образом не меняет расовые особенности еврея, его биологическую природу и не уничтожает его принадлежности к еврейскому народу. Долг немецкой Евангелической церкви - поддерживать и поощрять религиозную деятельность немецкого народа. Христианам, являющимся евреями по рождению, нет и не может быть места в этой церкви".

В защиту гитлеровского режима выступили авторитетные богословы Герхард Киттель, Пауль Альтаус и Эммануэль Гирш. Непосредственные наши убийцы - эсэсовцы тоже отнюдь не были атеистами. Они были христианами, и клятва вступающего в СС (она приводится в материалах Нюрнбергского процесса) кончалась словами "Да поможет мне в этом Бог". Об этих фактах миссионеры предпочитают молчать.

Итак, церковь (евангелическая, католическая и всякая прочая) с помощью миссионеров, среди которых было немало выкрестов, вначале сладкими обещаниями заманила большое число евреев, а потом цинично отдала на съедение Гитлеру, можно сказать, преподнесла на блюдечке монстру еврейский народ. Помните детскую сказку: некто сладко играл на дудочке, и мыши шли за ним. Потом он зашел в реку, мыши утонули, а ему нипочем.

При всем том я далек от намерения во всем обвинять церковь. Церковь, миссионерство были нашим искушением, нашим испытанием на верность Богу. Мы экзамен не выдержали. Грехи влекут за собой кару, но прощаются, измена же Богу - нет. Покинутый народ без охраняющей его Десницы был обречен. Весь народ, потому что мы в ответе друг за друга. Как нельзя быть безучастным к страданиям ближнего, так нельзя быть равнодушным к его заблуждениям. Заповеди "Не оставайся равнодушным при крови ближнего твоего", "Люби ближнего как самого себя" и "Увещевай ближнего, и не понесешь за него вины" начертаны в одной и той же 19 главе книги Ваикра-Левит. Многие тысячи выкрестов, многие тысячи мистиков, подменивших Богооткровенную Тору мидрашами, агадой, каббалой и прочим языческим мистицизмом, многие тысячи исповедников эрзац-религии - догматического атеизма - утонули в бездне и потащили за собой безучастный к их отступничеству народ. Религиозное ренегатство явное (обращение в христианство) и скрытое (мистицизм) наша главная национальная вина. Мы не боролись с миссионерством, мы не обличали религиозных апостатов - выкрестов и мистиков-каббалистов, мы терпели их рядом с собой, и мы погибли вместе с ними. Шесть миллионов...

Церковь снова дует в волшебную дудочку, подкрепляя сие дутье мелкими и крупными подачками потенциальным ренегатам, готовым продать свое первородство за чечевичную похлебку на жирном свином бульоне. Миссионерское движение набирает силу. Дракон с нарастающим аппетитом пожирает государство Израиль. В стране - многие десятки (если не сотни) евангелических центров, клубы для охмурения еврейских детей, издательства, институт мормонов в Иерусалиме, в Хайфе и Тверии миссионерам принадлежат заводы Гальтроникс. Рассылается и разносится по домам миссионерская литература. Все это не встречает действенного сопротивления.

Щупальца дракона дотянулись и до России и других республик бывшего СССР. Ратоборствуют "мессианские евреи" и "евреи за Иисуса". Работают воскресные христианские школы для еврейских детей. Христианские "друзья Израиля" разъезжают по еврейским общинам СНГ, распространяют миссионерскую литературу, читают лекции. Число выкрестов растет.

Мы стоим перед выбором: жить или не жить. Что делать? Никто из нас не вправе прятать голову под крыло. Надо поставить заслон миссионерской агрессии, лживым речам миссионеров надо противопоставить правдивое слово, чистую Синайскую Тору. Надо предать анафеме наших злейших врагов - "мессианских евреев", и "евреев за Иисуса", а также проповедников каббалы и индуистского сектантства, надо в то же время придти на помощь их жертвам, тем, кого им удалось сбить с пути.

С этой целью и написана эта книга. В ней содержится опровержение фальшивой интерпретации "Ветхого" Завета, натяжек и фальсификаций, содержащихся в Новом завете. Право же, это следовало сделать не мне, а честным христианским мыслителям. Ибо натяжки, софизмы и домыслы авторов Нового завета столь очевидны, что это едва ли ускользнуло от внимания дотошных христианских ученых. И если подобная фальсификация не подвергается критике с их стороны, то лишь потому, что целью богословов (а тем более миссионеров) является не отыскание истины, а христологическая пропаганда любой ценой и любыми методами. Цель оправдывает средства!

В дореволюционных источниках при описании миссионерской деятельности употребляется термин "теория приспособления". Вот пример применения этой теории при "работе" в Индии. "Здесь действовали иезуиты Родес Нобили, установившие принцип, что можно допустить в состав местного христианства и элементы язычества, чтобы сделать первое более симпатичным новообращаемым. Нобили, изучив санкритский язык, выдавал себя за одного из потомков Брамы и обратил в христианство, между прочим, 70 браминов, убедив их, что христианские догматы - суть догматы таинственные того же браминства", - сообщает Энциклопедический словарь Брокгауза-Ефрона. Как видим, "святая" цель оправдывает отнюдь не святые средства. Думаю, что обмануть браминов было нетрудно еще и потому, что в религии браминов - в брахманизме - тоже содержится вера в "триединство". Описанный пример помогает понять нынешнюю тактику миссионеров и их авангарда - пятой колонны, "мессианских евреев" и прочих выкрестов: та же теория приспособления в действии.

Хочется думать, что эта книга поможет читателю, еврею и нееврею, разобраться в сущности христианства и в методах христологической пропаганды. И хочется надеяться, что еврейский народ выдвинет, наконец, из своей среды энтузиастов, убежденных в правоте и неизменности Богооткровенной Синайской веры и готовых светом ее истины разогнать удушливый миссионерский туман.

Михаил Розин


Обращение к Вселенской Церкви: "отпусти народ Мой!"
Гибнет народ от недостатка ведения...
 
Бейт-мидраш / Дом учения » ИУДАИЗМ VS ХРИСТИАНСТВО » Межрелигиозный Диалог » Дракон, пожирающий Израиль (книга)
Страница 1 из 11
Поиск:
Функции форума
Ленточный Вариант Форума  |  Правила поведения  |  Участники  |  RSS Лента  |  Поиск по Названиям Тем

Предупреждение: данный форум строго модерируем. Проводятся постоянные ревизии, чистки, а также удаляются устаревшие и потерявшие актуальность темы.

Цветовая маркировка групп: Читатель ~ Участник ~ Постоянный участник ~ Администратор

Поиск по всему сайту


Форум основан 1 июня 2006 г.
Хостинг от uCoz