Маргарита Алигер

Ты видел этот ров. Ты всё узнал:
И города сожженного оскал,
И чёрный рот убитого младенца,
И ржавое от крови полотенце.
Молчи - словами не смягчить беды.
Ты хочешь пить, но не ищи воды.
Тебе даны не воск, не мрамор. Помни -
Мы в этом мире всех бродяг бездомней.
Не обольстись цветком: и он в крови.
ТЫ ВИДЕЛ ВСЁ. ЗАПОМНИ И ЖИВИ.

Илья Эренбург

(Всемирно известный писатель, поэт, журналист и общественный деятель)

В это гетто люди не придут.
Люди были где-то. Ямы тут.
Где-то и теперь проходят дни,
Не проси ответа, МЫ - одни.
Потому что у тебя беда.
Потому что на тебе звезда.
Потому что твой отец другой.
Потому что у других покой.

1944 год.

Бабий Яр: 70 лет после трагедии



Спустя ровно 70 лет после начала массовых расстрелов мирного населения в урочище Бабий Яр, состоялась панихида в память о погибших в той ужасной трагедии. С самого утра небо затянуло тяжелыми тучами и не стихал ливень. Люди, пришедшие на панихиду в Национальный историко-мемориальный комплекс «Бабий Яр», шепотом переговаривались между собой, что это «небо льет слезы по невинно погибшим». Прячась под зонтами, представители общественных организаций, родственники и близкие жертв трагедии и просто небезразличные люди зажигали свечи, делились между собой цветами и молились.



Сегодня урочище Бабий Яр — это братская могила, где обрели последнее пристанище от ста до двухсот тысяч человек. Начиная с 29 сентября 1941 года, первые пять дней здесь расстреливали только еврейское население Киева, потом — ромов, караимов, украинских националистов, военнопленных и священников. Буквально за первые два дня здесь погибло более 34 тысяч евреев. Самой молодой жертве трагедии было всего три дня: ребенок родился 26 сентября, а уже 29 разделил трагическую судьбу своих родителей. Самой старшей жертве, покоящейся на дне урочища, было 103 года.



Илья ЛЕВИТАС, президент Еврейского совета Украины, президент фонда «Память Бабьего Яра», президент Совета национальных обществ Украины:

— С 29 сентября по 3 октября расстреливали только евреев, потом было затишье, а затем стреляли всех: и военнопленных, и националистов, и всех, кто им мешал. Поэтому по инициативе израильской стороны поминание погибших евреев перенесено на третье октября, потому что сейчас, во время иудейского Нового года, религией запрещены все действия.

Сегодня киевляне очень мало знают о трагедии в Бабьем Яру. Нужно делать «уроки памяти», каждый киевлянин должен пройти по памятникам Бабьего Яра: и евреям, и националистам, и Тане Маркус — всем. Наверное, молодому поколению воспринимать эту трагедию как свою трудно. Это уже правнуки тех людей. Но об этом нужно помнить. Люди должны знать, что была такая трагедия, особенно киевляне, на чьей земле она произошла. В Киеве расстреливали не только в Бабьем яру, но и в ботаническом саду на Печерске, около памятника «Родина-мать», в Голосеевском районе... Мы хотим, чтобы день памяти всех жертв был именно 29 сентября.

В Украине есть 630 мест, где расстреливали евреев. На некоторых из них есть памятные знаки, а многие находятся в полях, лесах и никак не обозначены. Более того, украинцы сами себя не уважают — более 2000 тысяч сел было сожжено в Украине вместе с их жителями во время войны, но до сих пор нет официальной даты почтения их памяти.

Что касается трагедии в Бабьем Яру, то 2 июля 1976 года, через 35 лет после трагедии, поставили этот памятник, являющийся не воплощением трагедии, а примером соцреализма. Он неуместен, ведь это должен быть памятник скорби. Он стоит не на том месте, где расстреливали, так как там, где расстреливали, земля была очень мягкая, и макет памятника в ней просто тонул. В последние несколько месяцев советской власти успели поставить и Менору — семисвечник, еврейский религиозный символ. Он стоит и сейчас, но тоже не там, где расстреливали евреев, а на месте еврейского кладбища, которое в свое время было самым большим в Европе. Кстати, оно переходило в мусульманское кладбище и в караимское. Его разрушили в конце 1950-х. Здесь построили телевышку, стадион и автозаправку — именно на месте, где были кости сотен тысяч похороненных...

Василий ШЕПЕЛЮК, начальник отдела использования информации документов Центрального государственного архива-музея литературы и искусства Украины:

— Когда просматриваешь документы областных архивов, то почти в каждом находишь какие-то места массового уничтожения населения — в Винницкой, Волынской областях, Западной Украине. А Ивано-Франковский областной архив предоставил нам даже фотографии расстрела мирного населения, в частности — евреев, священников. Имеются документы Житомирского областного архива, где фигурирует город Бердичев, в котором в то время проживало много евреев — там расстрелы начинались еще в августе 1941 года, когда за Киев еще продолжались бои. В южной части Украины — Одесской, Николаевской, Херсонской областях, где проживали многие этнические группы населения, были аналогичные «бабьи яры»...

Как архивист я считаю, что все архивы должны быть раскрыты. Уже не должно быть ничего засекреченного вокруг этой темы. Более того, все должно выйти в общем сборнике документов, посвященном как киевскому Бабьему Яру, так и «бабьим ярам» в других городах и селах. После войны эта тема была закрыта, и только в 1960-е годы благодаря правозащитнику и писателю Виктору Некрасову и нашему известному литературоведу Ивану Дзюбе эта тема начала раскрываться. По данным архивистов, свидетелей трагедии, археологов, около 200 тысяч человек было расстреляно в Бабьем Яру за сентябрь 1941-го — октябрь 1943 годов.

Нина ТОПИШКО, директор Центрального государственного кинофотофоноархива Украины имени Г.С. Пшеничного:

— Детальное изучение и сравнение фотодокументов и бумажных источников дает нам правдивую историю этой трагедии — без переписывания, без купюр. И каждый раз те, кто пишет учебники, кто печатает аналитические статьи, должны обращаться к архиву, чтобы проанализировать и сравнить новые документы. Мы можем переосмысливать и говорить о тех событиях с позиции сегодняшнего дня, но опираться нужно на архивные документы.

Свою историю нужно помнить и знать в деталях. Иногда можно услышать, что трагедия Бабьего Яра — это трагедия еврейского народа и других национальностей. Мы говорим и ищем пути, чтобы восстановить истину. Важно знать правду, которая не может быть сегодня одной, а завтра — уже другой.